Энни Дайвер – Бывшие. Порочная связь (страница 5)

– Эй-эй, Есень, ты чего? – Соня подскакивает ко мне и, обняв со спины, опускает подбородок на плечо. Она легонько нас покачивает. – Ты не о том думаешь. Я тебе уже говорила. Нужно смотреть в будущее, а ты вечно в прошлое пялишься, думая, как стоило поступить, чтобы прийти к другому результату. Никак. Отталкивайся от того, что имеешь.

– Я и пытаюсь оттолкнуться! – возмущаюсь, все еще обижаясь на все.

– Нет, ты пытаешься выкопать себе яму поглубже. Не понимаю только зачем. И давай, слезозавод сегодня закрыт, соляные шахты пусты, мой генерал, – мы обе прыскаем от смеха, и я все-таки оставляю кейс в покое. – А Дамир твой, может, осознал, что потерял. Ты так-то тоже не последний кусок хлеба доедаешь и не в табачном ларьке работаешь, – Соня вздыхает. – Так что сопли убирай и вперед навстречу сексуальным приключениям. Блин, если бы мне горячий мужик предложил потрахаться, я бы спросила, в какую позу мне встать для начала.

– Это потому что ты живешь как монашка, – цокаю. Соня, хоть и не дает мне унывать, сама давно отреклась от легких отношений, которые не приносят ничего, кроме кратковременного удовольствия. Теперь у нее в планах все под грифом «серьезно и до замужества». – Может, нужно было со мной в клуб идти?

– Я уже подумала об этом, не дави на больное, – улыбается она. – Но если вдруг у Дамира есть холостой красавчик, которому нужно не только присунуть, ты знаешь, чей телефончик ему дать, – Соня разворачивает меня и легонько хлопает по щекам. – Давай бодрее. Тебе еще на свиданку идти и жить свою лучшую жизнь. Тем более нет идеальнее способа забыть мужика, чем горячая интрижка, пусть и с бывшим. Тебе же лучше, он все знает и не надо рассказывать, как тебе больше нравится.

Мы смеемся и все-таки допиваем шампанское. Делаем маски, болтаем без умолку и даже печем ананасовый пирог. Ну как печем, я делаю все, а Соня просто не мешает, потому что эта женщина и десерты – два несовместимых понятия. Не то чтобы я была гуру. Шарлотка, брауни, омлет и жареная картошка – мой максимум. Больше эти руки ни для чего не приспособлены.

Я ненадолго сбегаю в душ, чтобы все-таки быть готовой на случай, если приедет Дамир. Точнее, меня туда чуть ли не пинками отправляет Соня, наставляя побриться во всех местах.

Когда я выхожу из ванной, обмотавшись в полотенце, то так и замираю в коридоре, натыкаясь взглядом на Дамира. Соня вертится, влезая в свои туфли и забирая сумочку с комода.

– Пирог вытащила, духовку выключила, посуду помыла. Если что, звони. Хорошего тебе вечера. Люблю-целую, – она незаметно показывает мне «класс», намекая на Дамира, и, протиснувшись через него в прихожей, выходит, закрыв за собой дверь.

Меня вдруг бросает в холод, хотя клубы пара еще вырываются из ванной. По плечам пробегает дрожь. Мне неловко, я не ожидала встретить Дамира в своей квартире. До его прихода еще целый час.

– Что ты здесь делаешь? – бросаю вместо приветствия. Обхватываю свои плечи руками, прикрываясь, хотя все стратегически важные места спрятаны под пыльно-розовой махрой.

– Я предполагал, что ты откажешься, поэтому решил тебя немного мотивировать, – ухмылка на его губах заставляет мой живот судорожно сжаться. – Твой наряд на вечер, – он кивает на огромный пакет, который стоит на комоде. Судя по всему, там не только платье.

Этот мужчина не оставляет мне выбора. Я знаю Дамира, и он не уйдет, пока все не начнут играть по его правилам. А они, к сожалению или к счастью, включают меня.

Наверное, во мне все еще осталось легкое опьянение, в трезвом состоянии мне бы не хватило смелости противостоять Агееву – никогда не хватало, – но, вскинув подбородок, я дерзко заявляю:

– То, что ты подарил мне платье, не значит, что ты же его с меня снимешь этим вечером.

Дамир усмехается. От его темного, полного желания, взгляда по моей коже проходит разряд тока, отдаваясь пульсацией между ног.

– Конечно, нет, родная, – сняв туфли, он щелкает замком на входной двери и проходит в квартиру, шагая прямо ко мне. – Ты сама его для меня снимешь.

Глава 7

– И не мечтай, – оставив пакет в комнате, выглядываю из-за двери в коридор. – Можешь подождать на кухне, но предупреждаю, собираться я буду долго и под музыку. Я никуда не планировала с тобой идти.

– У тебя есть… – он смотрит на люксовые часы швейцарского бренда, – сорок минут. Тебе должно хватить.

Какой же он непробиваемый! Ну какие сорок минут на сборы, мне скоро тридцать, я не могу наносить макияж на неподготовленную кожу и сушить волосы абы как, потому что они все равно лягут красиво.

И вообще с чего вдруг он решил, что может мною командовать? То, что он спонтанно собрался провести со мной вечер, не дает ему никакого права так со мной обращаться.

– Эй, я не твоя девочка по вызову, которая будет готова к назначенному времени! – бросаю Дамиру в спину, когда тот пробирается через коробки к кухне.

– Я разве тебя так назвал? – обернувшись, смотрит на меня через плечо. Его ледяное спокойствие душит.

– Необязательно обозначать словесно. Достаточно вести себя соответствующе и раздавать указания налево и направо, – взмахиваю рукой и обиженно дую губы. Пошел он к черту! Сейчас надену пижаму и никуда вообще не поеду, а сяду смотреть кино и проливать слезы по своей неудачной жизни. Я ведь даже нормально не поплакала после того, как узнала об измене мужа – сразу же организовала кипучую деятельность по сбору вещей, и вот, когда у меня появилось время выдохнуть и понять, что вообще произошло, я встретила первого бывшего мужа.

– Еся, давай кое-что проясним, – Дамир идет ко мне. Запнувшись об коробку, тихо ругается. – Ты съезжаешь, что ли? – вопрос оставляю риторическим.

Когда Агеев оказывается рядом, отступаю на шаг. Он наступает следом. Расстояние между нашими телами ничтожно маленькое. Дамир при полном параде, посреди моей старенькой квартирки выглядит инородно. Это когда мы пересчитывали последние деньги, распределяя, хватит ли до моей стипендии, сидеть на полу в этой комнате, прижавшись бедрами, было уместно. Теперь же, когда Агеев носит часы стоимостью в полквартиры и дорогие костюмы, ему совершенно не место в тесной однушке.

– Так вот, милая, – его глаза опасно сверкают. – Во-первых, я не пользуюсь услугами девочек по вызову. В нашем мире найти секс гораздо легче, чем выбрать нормальный сыр в магазине, – он подходит ближе. Одна его рука опускается на мое плечо, а большой палец поглаживает ключицу. – Во-вторых, если бы пользовался, то ты бы сейчас не в полотенце по квартире бегала, а стояла на коленях и мычала бы от удовольствия, пока я трахаю твой сладкий рот, – он обводит мой рот пальцем, нарочно надавливает на губы. Но вместо того, чтобы доставить ему удовольствие и обхватить фалангу губами, я сильно кусаю подушечку. Дамир на это только усмехается и медленно качает головой, все-таки убирая руку от моего лица. – И в третьих, ты бы не осмелилась этого сделать.

От его слов по телу проносится странная горяче-колючая волна, оставляя после себя удовольствие. Я свожу ноги, чувствуя, как между ними влажно. Злюсь на саму себя, что меня заводят всего лишь слова, хотя, каюсь, я успела представить, как стою перед Дамиром на коленях, и меня захлестнуло возбуждение. Это неправильно, так не должно происходить, но эмоции оказались сильнее и подчинили волю разума, прямо как Агеев сейчас подчиняет мою.

Я не замечаю, когда успела вцепиться в лацканы его пиджака, только улавливаю напряжение в теле. Локти упираются Дамиру в грудь, я стараюсь сохранять дистанцию между нашими телами, но печаль в том, что я понятия не имею, каким будет следующий шаг Агеева.

– Тогда какого черта ты здесь забыл? – разжимаю пальцы и легонько толкаю его в грудь, давая понять, что сейчас меня трогать опасно, иначе случится взрыв с неконтролируемыми последствиями.

– Хочу провести с тобой время, и так уж совпало, что мне нужна компания на вечер, – мой воинственный настрой сметает за секунду. Если бы Агеев опять сказал что-то о сексе, клянусь, я бы влепила ему пощечину, не смотря на его угрозы.

Не найдясь с ответом, просто киваю.

– Я надеюсь, турку ты пока еще оставила на кухне? Кофе с самого утра не пил, – Дамир отступает. Чем дальше он отходит, тем легче мне дышать, вот только тело противится расстоянию и изводит меня дрожью, требуя броситься в горячие объятия Агеева.

***

Спустя полтора часа мы заходим в зал пафосного ресторана на Патриках и сразу попадаем на праздник. Вокруг все вычурно и подчеркнуто элегантно. Много стеклянных перегородок, длинных люстр, свисающих с высокого потолка, и очень, очень много людей.

– Ты так и не сказал, куда мы едем, – я вцепляюсь в локоть Дамира мертвой хваткой. – Что это за место?

– День рождения судьи. Официально – праздник устраивают его дети, неофициально – он собрал здесь всех приближенных и тех, кто хочет к нему подмазаться, – наклонившись, тихо отвечает Агеев. – Платье слишком охуенно на тебе сидит, я не выдержу весь вечер, так что мы здесь максимум на час, – он касается губами шеи возле уха. Я вздрагиваю и, прикрыв глаза, глубоко и ровно дышу. Как можно ровнее, потому что Дамир сносит пошлым напором мой воинственный настрой.

– Я ведь сказала, что не буду с тобой спать. Можешь даже не стараться, – ловлю наше отражение в большом узком зеркале. Мое черное блестящее платье переливается сотней цветов, оно похоже на млечный путь, я оценила его еще дома, когда вертелась перед зеркалом. Открытый верх с тонкими бретельками, топ по фигуре, затянутый на шнуровку, так что вся спина почти открыта. Длинная юбка, расходящаяся легким клешем книзу, и разрез от середины бедра. В руках Дамира я выгляжу маленькой, уязвимой и очень желанной. Наша поза чересчур компрометирующая.