Энн Рул – Фетишист. История Джерри Брудоса, «обувного маньяка» (страница 32)

В последнюю неделю июня Джордж Ротен и Дэйл Дрейк устроили многочасовое совещание с Джерри Брудосом. Они объяснили ему, что он в любом случае будет изолирован от общества – в психиатрической лечебнице или в тюрьме штата, – и с учетом условий в государственном психиатрическом госпитале Орегона ему лучше попасть в тюрьму.

– Джерри, вас необходимо изолировать – ради вашего же блага и ради общественной безопасности. Вы это понимаете?

Брудос кивнул.

– Я не считаю вас невменяемым, – добавил Ротен. – И специалисты тоже.

Брудос ответил, что никогда и не считал, будто он невменяемый или не может принимать решений по своем делу.

– Мы с мистером Дрейком обязаны обеспечить вам защиту в полном объеме, какой возможен в вашем случае. Защита гарантирована вам конституцией. Но вы сообщили мне некоторые факты, а также сказали, что все, что вы говорили доктору Сакоу, – правда. (Заявления Брудоса доктору Сакоу были подробными и откровенными – как и на допросах у Джима Стовала.) Вы сказали мне, что показания, которые вы давали сержанту Стовалу, могут быть использованы против вас, а сейчас я знаю, что есть и вещественные доказательства, подтверждающие вашу вину.

Они говорили еще очень долго, убеждая Брудоса, что суд признает его виновным и что у полиции имеется достаточно доказательств против него.

Но Брудос не торопился соглашаться. Он был уверен, что сможет перехитрить полицию и суд.

– Вот что, Джерри Брудос, – негромко сказал Ротен, – вы рассказали мне о тех вещах, которые сделали, и я вам верю. Верю, что вы говорите правду, но я хочу знать больше. Я хочу знать, не скрываете ли вы от меня чего-нибудь, поэтому я потребовал, чтобы стороне защиты предъявили вещественные доказательства.

После этого двое адвокатов, представляющие Брудоса, прошли в комнату для хранения вещдоков и посмотрели фотографии, веревку, слепки грудей, кожаный ремешок – все улики, изъятые из дома Брудоса или оставшиеся на трупах.

От одежды шел тошнотворный запах, наполнявший помещение. Смотреть на вещественные доказательства было мучительно. Когда адвокаты вернулись к клиенту, Ротен сказал:

– Что же, все верно. Все факты подтвердились.

Они никак не смогли бы отрицать подлинность признаний Брудоса – только не после того, как увидели его безумное похотливое лицо на фотографии с телом одной из жертв.

– Я бы хотел поговорить с женой – прежде чем принять решение, признавать ли себя виновным, – сказал Брудос.

Дрейк вышел из допросной и договорился, чтобы Дарси привезли в тюрьму. Бледная и дрожащая, она час спустя вошла к мужу.

Выходила она уже без всяких иллюзий. Все было кончено. Их брак. Казалось, даже ее жизнь. У нее не было дома для ее детей. Не было денег.

Джерри был виновен в убийствах, и ей предстояло сказать об этом в суде. Она не представляла, что будет делать дальше.

Глава 20

Если завсегдатаи суда в Салеме собирались провести большую часть лета в здании ратуши округа Марион, выслушивая подробности преступлений Джерри Брудоса – который, сидя в камере, дожидался оглушительного судебного процесса, – им предстояло большое разочарование, по крайней мере на текущий момент.

Джерри Брудос не предстанет перед судом.

Адвокаты Джордж Ротен и Дэйл Дрейк уведомили судью Вэла Слопера, что хотели бы обратиться к нему на закрытом заседании вечером 27 июня 1969 года. В зале суда собрался лишь узкий круг посвященных: судья Слопер, Ротен, Дрейк, окружной прокурор Гэри Гортмейкер, Джим Стовал, Джин Доэрти, и конечно, сам Брудос. Преступник, до того не прислушивавшийся ни к одному человеческому существу, решил последовать мудрому совету своих защитников. Шансы, что в ходе процесса его оправдают, были примерно такие же, как у снегопада в аду. Стовал, Доэрти и вся следственная группа собрали корпус доказательств, указывающих на него как на серийного убийцу, и даже он это понимал.

В четыре часа пятнадцать минут, погожим вечером пятницы, Брудос выступил с заявлением.

Судья Слопер начал с обращения к окружному прокурору:

– Мистер Гортмейкер?

– Ваша честь, я представляю здесь штат Орегон, истец, в деле 67640 против Джерома Генри Брудоса, подсудимый, который присутствует в зале вместе со своими адвокатами, мистером Дэйлом Дрейком и мистером Джорджем Ротеном. Ранее подсудимый представал перед коллегией присяжных округа Марион, и ему было предъявлено обвинение в убийстве первой степени Карен Элены Спринкер, предположительно совершенном 27 марта 1969 года. На заседании, состоявшемся 4 июня 1969-го, подсудимый не признал себя виновным по причине невменяемости. Адвокаты подсудимого выразили желание обратиться к суду повторно.

Также, ваша честь, я полагаю, что подсудимый и его адвокаты хотят обратиться к суду по двум другим делам, номер 67698, убийство первой степени Джен Сьюзан Уитни, предположительно совершенное 26 ноября 1968 года, и номер 67700, убийство первой степени Линды Доун Сейли, предположительно совершенное 23 апреля 1969 года.

Подсудимый обращался к суду по обоим этим делам 13 июня 1969 года и не признал себя виновным по причине невменяемости. Я полагаю, что нынешнее заседание касается также двух этих дел.

Судья Слопер повернулся к Дэйлу Дрейку:

– Итак, в чем дело, мистер Дрейк?

– Ваша честь, на настоящем заседании подсудимый хотел бы обратиться к суду с заявлением об отзыве признания себя невиновным по причине невменяемости по делам 67640, и 67700, и 67698, то есть по трем случаям убийства первой степени. Причина, ваша честь, заключается в том, что после вышеупомянутого признания себя невиновным в даты, указанные ранее мистером Гортмейкером, подсудимый был обследован следующими психиатрами, назначенными судом для его освидетельствования: доктором Джорджем Сакоу из Центрального госпиталя Орегона, докторами Айвором Кэмпбеллом, Герхардом Хагеном, Роджером Смитом и Ги Парварешем, из Портленда, Орегон.

– Ясно, – сказал Слопер.

– Его также обследовали Колин Слейд и Говард Дьюи, известные психологи из Портленда. В Центральном госпитале Орегона ему было проведено обследование на энцефалографе, результаты которого оценил доктор Филип Рейли. Мы также ознакомились с предыдущей медицинской историей подсудимого, предоставленной Центральным госпиталем Орегона, где подсудимый проходил лечение с 1956 по 1957 год.

– Основываясь на вышеуказанном, а также на наших беседах с клиентом, мы пришли к убеждению, что подсудимый способен участвовать в собственной защите. Должен сказать, ваша честь, что отчеты всех психиатров и поставленные ими диагнозы практически идентичны, и поэтому мы хотели бы представить вам отчет доктора Ги Парвареша в подкрепление сегодняшнего заявления.

Джерри Брудос невозмутимо сидел на месте, пока суду оглашали список докторов, признавших его совершенно вменяемым. Затем судья Слопер попросил подсудимого встать. На вопрос, поддерживает ли он заявление Дрейка о признании себя виновным, он сказал, что да, он обсудил этот вопрос с Ротеном и Дрейком и нашел, что признание себя виновным будет «самым разумным в его случае». Он всячески старался подчеркнуть, что по интеллекту не уступает своим адвокатам.

Казалось, Брудосу приятно, что его официально признали вменяемым и даже умным – он всегда хотел, чтобы его воспринимали именно так.

Дрейк встал, чтобы официально отозвать признание себя невиновным по причине невменяемости. Слопер выслушал его, а потом спросил:

– И каким, с вашего позволения, будет следующее заявление?

Каждое слово Дрейка прогремело в тихом зале суда словно гвоздь, забиваемый в крышку гроба.

– Виновен, ваша честь.

– Мистер Дрейк, была ли у вас с мистером Ротеном возможность изучить все материалы дела и собранные следствием вещественные доказательства?

Дэйл Дрейк объяснил, что вступил в дело в ночь ареста Джерри Брудоса, в пятницу 30 мая, а в понедельник утром был официально назначен его адвокатом.

– С той пятницы я постоянно участвовал в ведении дела и изучил все вещественные доказательства, собранные штатом. Этим утром мы с мистером Ротеном получили полный доступ к доказательной базе, включая результаты криминалистической экспертизы, фотографии и прочие улики. Штат активно сотрудничал с нами по этому делу.

Слопер повернулся к окружному прокурору.

– Мистер Гортмейкер, вы предоставили адвокатам подсудимого все материалы и вещественные доказательства, собранные обвинением, по всем трем делам?

– Да, ваша честь. Детектив сержант Стовал из департамента полиции Салема и лейтенант Юджин Доэрти из полиции штата Орегон по моему распоряжению собрали все доказательства, подготовленные для процесса, а также свидетельские показания и список свидетелей обвинения, после чего предоставили адвокатам подсудимого доступ к ним. Они изучили все материалы, переговорили с офицерами, собиравшими вещественные доказательства, о порядке их получения и, насколько мне известно, все доказательства, собранные для процесса, назначенного на понедельник, были в их распоряжении.

Традиционный парадокс правосудия – то, что начиналось с ужаса и паники, сводится к сухому, безэмоциональному языку в зале суда. У жертв Джерри Брудоса не было ни единого шанса, ему же предоставили все шансы осознать последствия признания себя виновным.

Знает ли он, каково наказание за убийство первой степени?