Энн Кэродайн – Колокольчик тишины (страница 2)

– Всего лишь я: путник, затерявшийся ночью на дороге.

Вако с заметным облегчением выдохнул.

– Я принял вас за призрака.

Незнакомец усмехнулся и указал себе на ноги:

– Я простой бродяга, и ноги у меня есть. И я совсем не собираюсь тебя проклинать.

Вако покачал головой, думая, что ему нечего стыдится: кто знает, какая нечисть гуляет по ночам.

Мальчик кивнул, показывая, что верит.

– Я подумал так, потому что вчера тоже слышал какие-то шаги вокруг нашего дома, – он указал рукой себе за спину. – Это вы были?

Путник бросил взгляд на старую хижину, медля с ответом.

– Вряд ли я вчера проходил здесь, иначе зачем мне возвращаться назад сегодня?

Вако помолчал. Возможно, путник и не врет.

– Хм… могу я чем-то помочь вам? – спросил он. – Простите, я не могу предложить вам приют и… – Вако поклонился и, не разгибаясь, добавил: – и еды тоже…

Путник помахал рукой перед собой:

– Нет-нет, я не прошу ничего. Только разреши передохнуть немного перед твоим домом.

Вако поднял голову и взглянул на человека исподлобья. В этот момент луна выступила из-за темных ночных облаков, и мальчик увидел, что лицо путника наполовину скрыто платком: ниже глаз ничего не было видно.

Должно быть, подумал Вако, либо лицо его изуродовано, либо он не хочет, чтобы его видели, что вероятнее.

Путник уселся под деревом, и Вако, оглянувшись на дом и думая, не проснулся ли дедушка, сказал:

– Я могу составить вам компанию. – В нем снова взыграло любопытство. Сев рядом, он спросил: – Разве вам не страшно ночью идти? Мало ли кто может встретиться.

– Ты все про призраков говоришь, мальчик? – усмехнулся новый знакомый.

Вако смущенно улыбнулся.

– Дедушка рассказывал мне, что здесь водился один. Вот я и подумал…

– Гм, – протянул путник. – Дедушка? Ты здесь живешь с ним? – он повернул к нему голову.

Вако кивнул.

– Да, мы вдвоем. Ну, вообще-то он мне не родной дедушка, но он взял меня к себе с тех пор, как родителей не стало. – Вако опустил глаза и тихо добавил: – Я тогда бродяжкой был, а дедушка подобрал меня как щенка. – Мальчик тут же вскинул голову и улыбнулся: – Простите, не стоило мне этого говорить.

– Тебе повезло, – сказал путник в ответ и перевел взгляд на дорогу. – Тебе встретился хороший человек.

Вако с интересом посмотрел на нового знакомого. Он хотел спросить его имя, но вспомнил, что всегда говорил дед о его излишнем любопытстве.

И вместо этого спросил другое:

– Куда вы идете?

Путник помолчал с минуту, прежде чем ответить.

– В Эдо.

– Наверное, вы очень торопитесь, раз не боитесь продолжать путь даже ночью, – улыбнулся Вако.

– Наверное, – усмехнулся путник.

Вако, слушая его голос, подумал, сколько может быть тому лет. Уж не больше двадцати-тридцати.

– Вам вряд ли удастся найти спокойное место, где остановиться в деревне. В Такогу всего три постоялых двора, и те полны сейчас самураев.

– Самураев?

– Ага, нам оказал честь князь Мицусини-сама со своей свитой. Сам он в доме старосты, а его люди разместились в гостиницах. Он тоже идет в Эдо, но на пути, решил остановиться у нас.

– Мицусини-сама?

Вако кивнул.

– Вы слышали о нем?

Путник задумчиво что-то промычал под нос, а потом кивнул в ответ:

– Слышал немного. В основном слухи, которые ходят вокруг него.

– Слухи? Снова слухи, – пробормотал Вако. – Вы не расскажите мне?

– Ничего хорошего, мальчик, не стоит об этом, тем более в такой час. – Путник вдруг поднялся на ноги и склонил голову:

– Спасибо, что дал мне передохнуть возле твоего дома.

– Пойдете в деревню? – Вако тоже встал, немного разочарованный уходом знакомца и тем, что снова ничего не узнал о князе.

– Может быть и задержусь здесь немного, – мальчику показалось, что путник ему улыбнулся, хоть губы его и были скрыты платком.

Распрощавшись, Вако еще несколько минут постоял на улице и вернулся в дом.

Дед все так же похрапывал, даже не догадываясь, кого Вако встретил этой ночью.

«Я пишу это, желая, чтобы в один прекрасный день вы, господин, узнали, как долго длилось мое ожидание. Как долго я служил убийце названного брата.

Узнали о том, как я учился ждать.

Мог ли знать я, что мои мольбы о лучшей жизни обернутся для меня проклятием. Видно, боги невзлюбили меня, и вместо них своей любовью меня одарили вы. Кого же тогда благодарить за это? За тот день, когда я услышал, как судорожно отец пересчитывает монеты за моей спиной, бросив лишь в напутствие: «Будь верным и умелым слугой».

Стал ли я таким для вас, господин? Но я учился. У тех мужчин, что стояли передо мной и у тех молодых людей, что были до меня».

Сколько Вако себя помнил, их деревня всегда полнилась разных слухов. Они доходили с разными путниками, проходящими через их земли, с гонцами к старосте деревни, с письмами от родственников и друзей. Даже дети любили поболтать о том, что удалось услышать на том или ином углу.

Взять хотя бы его деда – о нем тоже ходил слух. Когда Вако впервые услышал о том, что говорят, он не поверил. Со временем этого не изменилось, однако он приложил все усилия, чтобы знать все, что болтают про старика.

Вако был родом с южных земель, дедушка встретил его, когда сам был в пути – искал новое место, где можно осесть. До Такогу они добрались вместе, и позже Вако случайно узнал, будто старик его был когда-то самураем, но отказался от своего титула, продал дом и все, что у него было, и покинул свой клан, пустившись в дорогу. Отчего? Тут и вовсе многое говорили: что случилась некая драма внутри клана, и его честь не дала ему смолчать. Будто связано это было со смертью трех детей, и из тех мальчиков один приходился ему сыном. Говорили, будто пролилась кровь, а чиновники изо всех сил старались сгладить инцидент. А темные ниточки тянулись к молодому главе клана, разум которого, как говорили, был не совсем здоров.

Но сколько бы Вако ни слышал, какое бы любопытство эти слухи в нем ни пробуждали, деда он никогда о том не спрашивал. Отчего-то было боязно: и спрашивать и узнать, что правда, а что нет.

А теперь в Такогу и про даймё болтали на каждом углу – тихо, украдкой, но очень живо. Вако удалось разузнать, что господин был раньше женат, но госпожа умерла в родах, так и не сумев дать наследника.

– Говорят, он любит окружать себя молодыми людьми и проводить с ними все свободное время, – судачили на улицах и в магазинах.

– То-то и оно! После того, как он овдовел, ему сватали хорошеньких девушек, настоящих красавиц из родовитых семей, а он даже на встречи не приходил. Его помощникам пришлось попотеть, принося извинения. Слыхал, у Куросаки-самы они часа лба от пола не поднимали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.