Энн Кэродайн – Чета из Клана. Легенда двух (страница 2)

В этот момент Дамьян позавидовал своему брату: тот не задумывался о том, кто над кем одержит верх, его не волновала эта старая книжка – Летопись, которая велась, по мнению Кассиана, от скуки. Он каждый день проживал полностью, захватывая каждую секунду.

А Дамьян должен был заботиться о процветании Клана и его продолжении.

От злобы на себя и всех, кто устроил эту перебранку, вампир скомкал свиток, написанный отцом для подписания, и с силой швырнул его в камин. Пламя быстро поглотило бумагу, ярче окрасив комнату своим красноватым цветом.

Утром следующего дня в дверь заброшенного дома постучали. Не громко, но настойчиво. Дамьян проснулся, еще когда услышал приближающиеся к дому шаги. Кто бы ни был этот человек, но ступал он осторожно, будто боялся, что в любой момент земля разверзнется под ним.

Дамьян встал с пыльной кровати в занятой им спальне. Окна здесь, впрочем, как и в остальных комнатах дома, были плотно закрыты, не давая не одному лучику света проникнуть внутрь. Спускаясь вниз по старой лестнице, перила которой в скором времени обещали развалиться, Дамьян почувствовал, что брата здесь нет. Он до сих пор отсутствовал со вчерашнего вечера.

Конечно, Дамьяна эта новость не радовала, но он надеялся, что не придется разыскивать того второпях перед отъездом.

Стук повторился, и Дамьян свободно открыл заедающую в петлях дверь. Пасмурная погода за ночь не изменилась, и небо оставалось хмурым, холодный ветер продолжал гонять серые облака по мрачному полотнищу. Впереди себя Дамьян никого не увидел. Послышался неловкий кашель, привлекающий его внимание. Опустив глаза, Дамьян увидел мальчика лет двенадцати, который, задрав голову, с испугом смотрел на него. Дамьян был довольно высоким, и мало находилось людей, которые могли смотреть ему прямо в глаза.

– Простите, господин… – пролепетал мальчик.

– Что ты хотел?

– Мистер Стоулхэн, староста, хотел бы говорить с вами. Он сказал, что это срочно, и как только узнал, что вы приехали, сразу послал узнать меня… когда вы сможете уделить ему время? – мальчик выпалил слова как скороговорку, заученную ранее. Видимо, пока он шел к дому, то перебрал в голове сотню способов передать просьбу старосты.

Дамьян помолчал с минуту, разглядывая мальчишку, пытаясь уловить его мысли и понять, почему староста так рано прислал за ним. Значит, причина была довольно серьезной, раз он осмелился просить у господина разговора.

– Где его можно будет найти? – наконец спросил Дамьян.

– Он будет ждать вас у старой церкви, господин, – мальчик указал в сторону видневшегося купола.

– Хорошо, – кивнул вампир, и мальчик тут же припустил от дома.

Усмехнувшись, Дамьян смотрел в след маленькому посыльному. Он привык, что люди боялись его присутствия. Они не могли объяснить причину своего страха, но полностью ему поддавались.

Взглянув на небо, Дамьян порадовался, что солнца сегодня даже не намечалось. Захлопнув дверь, вампир направился в комнату за верхней одеждой.

Сейчас он был не в лучшей форме, чувствовалась усталость и желание подкрепить свои силы.

«Это может и подождать», – сказал себе Дамьян, хотя понимал, что на долгое время его может не хватить. Кровь нужна, она всегда необходима. А впереди еще долгое плаванье, прежде чем они доберутся до Норвегии.

Кассиан любил одиночество. И уж точно его он предпочитал большой толпе или своей любимой кровожадной семейке. Но что могло показаться странным, он вовсе не чувствовал себя одиноким или покинутым. Он ненавидел жалось, особенно по отношению к себе.

Он любил и умел убивать. За свои сто пятнадцать лет он научился делать это почти не причиняя боли, он делал это красиво и с удовольствием. А своих жертв он выбирал тщательно, почти как наряд для подходящего момента, под настроение.

Он слышал каждый вздох жертвы, биение ее хрупкого сердца, – испуганный, прерываемый ритм. Он чувствовал, как кровь пульсирует у нее в жилках, течет по венам, так притягивая к себе.

Наблюдая за юной особой, заблудшей в лес за какими-то травами, Кассиан уже знал, кто окажется жертвой сегодня. И снова по деревне поползут слухи о звере, убивающем местных жителей. Люди уже начинали догадываться, откуда исходит источник зла, но не решались об этом говорить во весь голос. Пусть знают! Кассиану было плевать на это.

Хруст ветки заставил девушку вздрогнуть. Она завертела головой, осматриваясь, крепче вцепившись в свою корзинку. Очень миловидная, опрятно одетая, волосы ее были забраны под чепец, а поверх юбки повязан небольшой фартучек.

Кассиан просто забавлялся, играл с ней. Глубоко вдохнул ее запах и, наконец, показал себя, напугав девушку еще больше.

– Кто вы? Прошу, господин, не надо смотреть на меня так… – она начала отступать назад. Ее платье постоянно цеплялось за ветки кустов, замедляя шаги.

Кассиан протянул руку к ней и улыбнулся.

– Подойди ко мне. Не надо бояться… – еле слышно произнес он. Легкий порыв ветра задел его черные волосы, и кожа его стала, кажется, еще бледнее.

Девушка остановилась. Она заворожено смотрела ему в глаза. Понимала, что это последнее, что она видит, но ничего не могла поделать.

– Подойди, – его голос смешался с шелестом листьев. Он так притягивал…

И девушка сделал шаг вперед, навстречу своей смерти.

Кассиан усмехнулся и взял ее за руку. Корзинка глухо упала на землю.

Еще мгновение и вампир развязал ее чепец, откинул ее волосы, открывая шею. Девушка не смела шелохнуться. Лишь в ее глазах читался откровенный страх.

Тихий вскрик, и ее тело обмякло. Жизнь покидала ее.

Когда Дамьян подъезжал к церкви, староста уже ждал его. Скрестив руки на груди, он что-то прятал, крепко сжимая одну ладонь. Вампир сразу понял, что дружелюбной беседы не получится. Да и не один Стоулхэн дожидался его. Еще несколько человек, трое мужчин и женщин, стояли неподалеку.

Взглянув на церковь, Дамьян понял, от чего они выбрали это место. Они надеялись на святыню, на ее помощь. Хотя рядом с деревянными резными дверьми лежала куча инструментов, лопат и поломанных заостренных досок.

Спрыгнув с Вальфара, Дамьян подошел к ним, ожидая получить ответ на срочность.

– Что за разговор? – Дамьян сразу перешел к делу.

– Не могу сказать, что рад видеть вас, господин. Поэтому хочу узнать, сколько еще вы собираетесь пробыть здесь с вашим братом? – ответил хриплым басистым голосом староста.

– Вот как? – Дамьяна удивила такая дерзость. – Разве мало ты получил денег?

– Упаси Господи, мне деньги ваши больше не нужны, – замотал головой староста. – Но народ в деревне напуган. С вашим приездом, господин, стали творится страшные вещи. За десять дней было найдено три тела.

При этих словах жители зашептались и закивали, поддерживая Стоулхэна. Дамьян оглядел их и кинул взгляд в сторону леса. Темные деревья закрывали все, что он таил в себе. В этот момент вампир почувствовал запах свежей крови, он витал вокруг вместе с ветром.

«Теперь уже четыре тела», – добавил про себя Дамьян.

– Вы обвиняете в этом нас? – уточнил он, хотя прекрасно знал ответ.

– Не вас, а вашего брата.

Люди ближе подошли к старосте, будто боялись, что Дамьян сейчас кинется на него и раздерет в клочья. Они считали, что смогут защитить старосту.

– Нам не нужны новые жертвы, господин. Поверьте, нам и так живется не сладко. И кроме вас здесь еще найдется парочка монстров, – сказал староста.

– Убирайтесь отсюда! – крикнула одна из женщин, но ее сразу отодвинули назад, чтобы она не продолжала.

Дамьян прищурил глаза, сосредоточенно обдумывая последние слова. В этой деревне не было ни одного Посвященного – человека, знающего тайну вампиров – но они и так знали, что происходит. Да, нужно срочно убираться отсюда.

– Подождите до вечера. Наш корабль прибудет в Белфаст только после заката, – наконец сказал он.

Все ждали ответа старосты. Мужчина сдвинул брови, решая как быть. Вампир, стоящий перед ним, в любой момент может убить здесь всех и остановить его будет невозможно. Но этот казался более мирным, чем его черноволосый братец.

Да и сам Дамьян не видел смысла в убийстве без серьезной на то причине.

– Хорошо, – согласился Стоулхэн. – Для нас ваш голод страшнее, чем…

Но мужчина не смог договорить. Его прервал крик женщины, бежавшей с восточной окраины деревни. Она была похожа на безумную, размахивала руками, а ноги ее то и дело подворачивались.

– Они! За что нам это, Боже?! Снова эти твари! – кричала она, указывая на Дамьяна.

– Что случилось, Мэри? – попытались ее успокоить женщины.

Дамьян не сводил с нее глаз. От слез лицо ее было красным, а руки тряслись.

– Моя Эллин… моя девочка.... Они убили ее! Ведь мы и так отдаем вам все, что у нас есть! Демоны! Зачем вы пьете нашу кровь?! – истерично кричала Мэри. Она без сил упала на землю и закрыла лицо руками.

Дамьян поморщился, наблюдая это зрелище. И он не знал, что ответить этой женщине, он был не в праве что-либо говорить. Он вампир – и такова его сущность, так учили с детства в Клане. А люди – всего лишь люди, жизнь которых коротка и бывает невнятна.

Дамьян молча развернулся и пошел к своему коню. Вальфар брыкался, ему не терпелось убежать отсюда.

Воспользовавшись тем, что Дамьян повернулся спиной, Мэри внезапно вскочила и, схватив поломанные грабли, побежала за ним. Возможно из-за того, что вампир уже около четырех дней не питался, или он просто устал, или же позволил ей это, но он не обернулся.