Энн Грэнджер – Убийца среди нас (страница 10)

– Не хочу ему мешать, этому Маркби, – добавил Денис хриплым полушепотом. Очевидно, он считал Маркби настоящим чудовищем.

Неожиданно для самой себя Мередит возмутилась:

– Алан очень чуткий человек! Но… конечно, он сейчас очень занят.

– Не желаю с ним разговаривать! – заявил Денис. Уголок его левого глаза опасно подергивался. – Все равно скоро придется… как это называется? Да, давать показания. Но почему? Мы ничего не знаем! – В его голосе послышались жалобные нотки. – Не понимаю, зачем нас держат здесь и не выпускают. Ведь не подозреваемые же мы, в самом деле! Почему Эрик не мог вовремя запереть свой проклятый погреб? Его отелю не пойдет на пользу, если в погребе будут без конца находить трупы. Эрик – хозяин отеля. Вот его пусть и допрашивают. Но нас-то зачем здесь мариновать?

– По-моему, так просто полагается. Обычная формальность. Я пойду за пальто.

Наверху было пусто; Мередит неслышно ступала по новой ковровой дорожке. Взяв свое пальто, она зашла к Фултонам. В их номере ощущался слабый аромат дорогих духов. На туалетном столике была расставлена косметика Ли, а платье, в котором она сюда явилась, висело на плечиках на открытой двери ванной. Мередит улыбнулась: она и сама много раз проделывала такой фокус, чтобы складки на платье разгладились под воздействием пара. Тем не менее рыться в чужом номере было неприятно. Хотя на этаже не было никого, кроме нее, Мередит казалось, что кто-то, служащий отеля или сотрудник полиции, может в любой миг войти сюда и спросить, чем она тут занимается. Она схватила палантин и поспешила назад.

Пока ее не было, Шумахер распорядился обнести гостей чаем. Чашки привез на тележке безупречно одетый и восхитительно невозмутимый официант. Его появление при данных обстоятельствах казалось совершенно неуместным. Очевидно, Эрик старался любым способом позаботиться о гостях. С палантином в руках Мередит подошла к Ли:

– Ваш муж попросил меня захватить это для вас.

Ли Фултон подняла голову и, увидев Мередит, улыбнулась. Улыбка у нее была такая лучезарная, что Мередит испытала своего рода потрясение. Она узнала аромат духов: так же пахло наверху, в номере Фултонов. Поза Ли казалась идеальной. Прическа безукоризненная – ни один волосок не выбивается. Никаких очевидных признаков огорчения. Трудно представить более разительный контраст между манерой поведения Ли Фултон и ее взволнованного супруга, и никто не выглядит более неуместно на месте убийства. Впрочем, возможно, невозмутимость Ли Фултон объясняется школой светского воспитания. Как светские дамы, так и скромные дипломатические работники способны не терять присутствия духа практически в любой ситуации.

– Спасибо! – Ли Фултон взяла палантин, продемонстрировав ногти, покрытые розовым лаком с перламутром. – Денис такой заботливый. И как мило с вашей стороны, что вы побеспокоились.

– Никакого беспокойства. Нам показалось, так будет легче, чем два раза просить разрешения выйти отсюда.

– Через минуту мне все равно придется просить разрешения выйти, – неожиданно сказала Ли. – Мне нужно в туалет. – Она раздраженно набросила палантин на плечи, и Мередит заподозрила, что, несмотря на внешнюю невозмутимость, Ли Фултон все-таки сильно расстроена. Что ж, Денис лучше знает свою жену. – Полагаю, – сухо продолжала Ли, – если мы куда-либо пойдем, нас будет сопровождать та женщина-констебль. Какое унижение!

– Наверное. – Мередит покосилась на Джонс. – Да и ей тоже приятного мало.

– Ну да, но мы же не верблюды! – Ли поежилась и, заметив официанта, сухо добавила: – И меньше всего мне сейчас хочется, чтобы меня потчевали каким-то паршивым чаем!

Мередит все же взяла с тележки две чашки чаю и поставила их на ближайший столик, накрытый белоснежной камчатной скатертью.

– Вот, выпейте. Горячее полезно при потрясении.

– Глоток бренди был бы еще полезнее, но бренди нам вряд ли дадут! – Ли вздохнула и покорно добавила: – Денис не хотел ехать, но считал, что обязан ради Эрика. Надо было проявить твердость и отказаться от приглашения. В конце концов, экспертов-кулинаров много. Эрик мог бы пригласить кого-нибудь другого.

– Почему Денис не хотел сюда ехать? – с любопытством спросила Мередит. – Мне казалось, ему, в силу его профессии, интересно присутствовать на открытии нового ресторана.

– Во-первых, Денис считает, что кухню не оценишь по-настоящему в день торжественного открытия. Чтобы составить правильное мнение, надо знать, как в ресторане кормят и обслуживают посетителей в самый обычный день.

Это замечание показалось Мередит вполне справедливым и разумным, но Ли, помолчав, продолжала:

– В последнее время у Дениса много хлопот. Он купил себе компьютер, чтобы набирать статьи, и никак не может его освоить. И еще…

Внезапно она замолчала. Мередит взяла чашку и начала мелкими глотками пить чай. Горячий напиток приятно согревал. Обернувшись, она увидела, что Дениса поймал Пол Данби. Судя по выражению его лица, он говорил о кулинарии. Видимо, любимая профессия помогает Полу справляться с негативными эмоциями. С другой стороны, его поведение демонстрировало отталкивающую толстокожесть. Денису, видимо, тоже казалось, что сейчас неподходящее время и место для подобных разговоров. Он отвечал раздраженно и односложно, крутил головой и бросал украдкой взгляды на жену, Мередит и полицейских.

– Мы с Денисом женаты не очень долго, – продолжала Ли. – Меньше года. А вы… замужем? Извините, я забыла, как вас зовут.

– Мередит. Нет, я типичная одиночка. – Мередит с трудом оторвала взгляд от двух ресторанных обозревателей.

– Мне казалось, вы пришли с полицейским – с тем, который сейчас ведет расследование…

– Да. Он мой друг.

– Удачно, что он здесь оказался. Или, наоборот, неудачно – зависит от точки зрения. Вряд ли ему самому сейчас очень приятно.

Мередит перевела взгляд на Маркби. Вид у него был откровенно утомленный. В данную минуту он о чем-то спорил с незнакомым Мередит человеком, тем самым, который пытался задержать голую Хоуп Маппл.

Ли взяла было чашку, но тут же поставила ее назад, расплескав чай на блюдце.

– Послушайте. – Она подалась вперед. – Наверное, я покажусь вам нервной особой, но я хочу кое-что у вас спросить. Задать личный вопрос.

– Не стесняйтесь, задавайте. Если мне не захочется отвечать, я просто откажусь. – Мередит пришла в замешательство. Может, Ли Фултон интересует все, что связано с Аланом?

– Вы только что сказали, что вы – типичная одиночка. Вы когда-нибудь были замужем или жили с кем-то постоянно?

– Вообще-то нет. Я работаю в министерстве иностранных дел, сейчас служу в Лондоне, но много времени провела путешествуя по свету в одиночку. Я привыкла к такому образу жизни.

– Вот именно! – с жаром закивала Ли. – Вы привыкли! Такой образ жизни вел и Денис, пока не познакомился со мной. Он привык жить один. А я… практически всегда была замужем. В первый раз выскочила, когда мне было всего восемнадцать; до замужества я жила в родительском доме. Видите, я никогда не жила одна. Когда мой первый брак распался, я почти сразу вышла замуж вторично. После смерти Маркуса я довольно скоро познакомилась с Денисом. Возможно, я поторопилась, выйдя за Дениса так скоро после кончины Маркуса. Но я вовсе не бессердечная. Я любила Маркуса и была с ним очень счастлива. Просто я не привыкла жить одна. Я никогда не работала. Мне… нужно, чтобы кто-то был рядом. Мне нужно быть замужем. А Дениса я очень люблю. – После паузы Ли добавила: – Понимаете, мне обязательно нужно кого-то любить.

– А дети у вас есть? – осторожно спросила Мередит. Ей неоднократно приходилось замечать, что на некоторых шок действует подобно спиртному: язык развязывается, и люди готовы выложить все свои тревоги и личные дела незнакомцам, причем часто с самыми интимными подробностями.

– Да, у меня есть дочь. Элизабет похожа на всех современных молодых людей. Она очень независима, живет отдельно, у нее свои друзья, своя жизнь… Откровенно говоря, у нас с ней нет ничего общего. Мы отлично ладим, хотя видимся нечасто. – Ли вздохнула. – Бедному Денису трудно приспособиться, он никак не может привыкнуть к моему постоянному присутствию рядом с ним. А вы с вашим старшим инспектором не пробовали жить вместе? На вид он человек приятный. И симпатичный.

Мередит сконфуженно улыбнулась.

– Ничего не получится! – заявила она менее бодро, чем ей хотелось бы. – Я ведь говорила вам, что привыкла жить одна. Алан был женат. Его брак распался, и с тех пор он боится. По-моему, он… ну да, ему бы понравилось, если бы мы постоянно были вместе. Но я не привыкла делить свою жизнь с другим человеком постоянно. Это не эгоизм, просто я реально смотрю на вещи. Мне кажется, наши с Аланом отношения будут прочнее, если мы не будем путаться друг у друга под ногами. Возможно, я и ошибаюсь.

Мередит удивилась самой себе. С чего она так разговорилась? Впрочем… откровенность за откровенность!

– Он вас ревнует? – спросила Ли.

Мередит ответила не сразу.

– Я ни разу не давала ему повода… хотя да, наверное. Но он никогда ничего мне не говорит. Нет, я не считаю, что у него есть причина ревновать. Я не прячу в Лондоне другого возлюбленного.

– Все мужчины такие. Никогда ничего не говорят, – пробормотала Ли. – В том-то и трудность. Они все вынашивают в себе. Что-то придумывают, воображают. Если спросить их в открытую, они все отрицают. Но ревность всегда можно определить по поведению: они отвечают уклончиво. Я не считаю себя очень умной, но уж в чем, в чем, а в мужчинах я разбираюсь! И заставить их раскрыть свои истинные чувства ужасно трудно. Им кажется, если они скажут, что у них на сердце, то проявят слабость. Между нами, с мужчинами иногда бывает очень тяжело!