Эния Агнис – Нас не учили любить (страница 1)
Нас не учили любить
Глава
НАС НЕ УЧИЛИ ЛЮБИТЬ
Глава 1. Они учили нас тому, чему научили их
Эта книга не начинается с обвинения родителей. И не закончится им. Мне вообще не хочется искать поколение, на которое можно показать пальцем и сказать:
— Вот. Это вы всё испортили.
Потому что тогда придётся спросить: А кто научил их? А тех людей? А поколение до них? Если идти достаточно далеко, виноватого мы так и не найдём. Мы найдём только огромное количество людей, которые пытались строить близость теми инструментами, которые у них были. Иногда инструментов почти не было. Эта книга не о том, что раньше люди не умели любить. Любили. Влюблялись. Скучали. Ждали. Создавали семьи, в которых было тепло. Но далеко не каждое поколение имело достаточно времени, знаний и языка, чтобы отдельно разбираться ещё и в том, как устроены близость, конфликт, привязанность и собственные чувства.
Для многих семей жизнь долго была занята значительно более непосредственными вопросами: чем кормить детей, где жить, как пережить войну, дефицит, потерю работы, переезд, болезнь, очередной кризис. И рядом всё это время росли дети. Они смотрели не учебник по отношениям. Они смотрели на родителей. Не обязательно повторяя их судьбу, они получали один из первых образцов того, как взрослые любят, сердятся, молчат, мирятся, просят, отказывают и переживают боль.
А родители когда-то точно так же смотрели на своих. Представьте женщину. У неё двое детей. Она устала. Нужно работать. Нужно приготовить ужин. Нужно придумать, на что купить продукты до зарплаты. Нужно постирать. Нужно проверить уроки. Нужно завтра снова встать. У неё есть муж. Она на него обижена. Уже давно. Но сегодня ей не до разговора о чувствах. Сегодня вопрос гораздо проще: Что мы будем есть? Проходит день. Потом ещё один.
Потом месяц. Обида никуда не делась. Просто рядом с ней появились новые. Муж тоже чем-то недоволен. Но говорить об этом они не умеют. Иногда ссорятся. Иногда молчат. Иногда делают вид, что всё нормально. Иногда она рассказывает о нём подруге. Иногда он жалуется на неё знакомому. Потом они возвращаются домой. И снова не разговаривают друг с другом. А рядом сидит ребёнок. Он всё это видит. Вот только ребёнок не знает, что наблюдает двух взрослых, которым самим тяжело.
Для него это не «кризис коммуникации». Это просто семья. Его первая. Единственная известная ему модель. И пока взрослые заняты тем, чтобы каким-то образом прожить собственную жизнь, ребёнок незаметно учится жить свою. Он видит: когда мама злится, она перестаёт разговаривать с папой. Значит, так выглядит обида. Папа никогда не говорит, что ему страшно или больно. Значит, так выглядит мужчина. Мама говорит: «Ничего», хотя совершенно очевидно, что что-то произошло.
Значит, близкий человек должен понимать без слов. После страшной ссоры утром все завтракают так, словно ничего не произошло. Значит, конфликты не нужно заканчивать. Нужно просто переждать. Родители остаются вместе, хотя постоянно говорят друг о друге с раздражением. Значит, любовь, наверное, такая. Никто не садится перед ребёнком и не говорит:
— Запоминай. Вот так нужно строить отношения.
В этом нет необходимости. Дети прекрасно учатся без лекций.
Мы учимся любви раньше, чем понимаем, что учимся
Первое представление о близости появляется не тогда, когда мы впервые влюбляемся. К этому моменту у нас уже есть материал. Мы видели, как взрослые разговаривают. Как ссорятся. Как мирятся. Как прикасаются друг к другу. И прикасаются ли вообще. Как говорят о деньгах. Как реагируют на ошибки. Можно ли в семье плакать. Можно ли злиться. Можно ли сказать «нет». Можно ли закрыть дверь и побыть одному. Можно ли не соглашаться с человеком и всё равно продолжать его любить.
Нужно ли заслуживать хорошее отношение. Что происходит, когда ты неудобный. Уходит ли любовь вслед за твоей ошибкой. Мы собираем эти ответы задолго до того, как способны сформулировать вопросы. А потом нам семнадцать. И появляется человек, от одного сообщения которого сердце начинает биться быстрее. Кажется, что всё начинается с чистого листа. Не совсем. Мы приходим на первое свидание не одни. С нами за стол садится всё, что мы успели узнать о любви до этого.
А наши родители тоже пришли не одни
Вот почему бессмысленно заканчивать разговор словами: «Это всё из детства». Хорошо. А что было в детстве наших родителей? Их тоже кто-то растил. Кто-то показывал им, как выглядит семья. Кто-то учил их тому, что мужчина должен терпеть одно, женщина — другое. Кто-то говорил: «Не выноси сор из избы». «Стерпится — слюбится». «У всех так». «Главное, что не пьёт». «Главное, что деньги домой приносит». «Мужчины не плачут». «Хорошая жена должна быть мудрее».
«Не жалуйся». «Семью надо сохранить». «Ради детей». За каждым таким правилом могла стоять вполне понятная история своего времени. Экономическая зависимость. Отсутствие выбора. Страх общественного осуждения. Войны. Потери. Бедность. Нестабильность. Тяжёлый физический труд. Дефицит. Жилищные проблемы. Необходимость не обсуждать жизнь, а буквально справляться с ней. Это не значит, что раньше люди не любили. Любили. Обнимали детей.
Скучали. Влюблялись. Ревновали. Писали письма. Ждали. Прощали. Создавали счастливые семьи. Любовь не появилась вместе с современной психологией. Но между чувствовать любовь и уметь строить отношения существует огромная разница. И эту разницу мы почему-то очень долго игнорировали.
Можно любить и совершенно не уметь быть рядом
Мне кажется, это одна из самых важных мыслей этой книги. Любовь сама по себе не выдаёт человеку инструкцию по обращению с другим человеком. Можно очень сильно любить и не уметь говорить. Можно любить и бояться близости. Любить и контролировать. Любить и молчать неделями после ссоры. Любить и не уметь извиняться. Любить и считать любую просьбу претензией. Любить и ожидать, что партнёр должен угадывать желания. Любить и не выдерживать чужое «нет».
Любить и совершенно не понимать себя. Потому что чувство и навык — разные вещи. Чувство может появиться само. Навыку приходится учиться. А чему учились многие из нас?
Игра. Интрига. Кошки-мышки
Сначала всё даже весело. Не отвечай сразу. Не показывай заинтересованность. Пусть добивается. Не звони первой. Не будь слишком доступным. Заставь немного ревновать. Посмотрим, напишет ли сам. Не рассказывай всё о себе. Сохраняй загадку. И люди, которые ещё толком не знают друг друга, начинают знакомство с управляемого искажения информации. Я хочу тебя видеть, но сделаю вид, что занята. Мне неприятно, но скажу, что всё нормально.
Я боюсь тебя потерять, поэтому заставлю ревновать тебя. Мне нужны отношения, но скажу, что ничего серьёзного не ищу. Мне хочется написать, но буду смотреть на телефон и ждать тебя. Мы называем это игрой. Потом игра заканчивается. По крайней мере, нам так кажется. Начинаются отношения. И появляется следующий уровень. «Не выноси сор из избы» Теперь уже нужно не завоевать человека. Нужно сохранить отношения. А сохранять нас тоже учили своеобразно.
Терпи. Не рассказывай. Не позорь семью. Не устраивай конфликт. Промолчи. Будь умнее. Не придирайся. У всех проблемы. Он такой человек. Она всегда была такой. Ничего страшного. Само пройдёт. Не прошло. Обида, которую не обсуждают, не исчезает от хорошего воспитания. Она просто остаётся внутри. К ней приходит следующая. Потом следующая. Человек начинает вести мысленную бухгалтерию. Тогда ты тоже… А помнишь пять лет назад… Я для тебя столько…
Ты никогда… Ты всегда… Пока однажды разговор о невымытой чашке не превращается в суд над всей совместной жизнью. И оба не понимают, как они вообще сюда пришли. Очень просто. Они шли сюда годами. Молча.
А потом начинаются скандалы
Когда тихие способы быть услышанным не работают, человек часто увеличивает громкость. Намёк. Более явный намёк. Обида. Молчание. Раздражение. Укол. Претензия. Крик. И наконец:
— Ты вообще меня не понимаешь!
Иногда это правда. Только есть неприятное продолжение: а была ли у другого человека возможность понять? Ты сказала? Или надеялась, что догадается? Ты объяснил? Или решил, что это очевидно? Ты попросила? Или решила, что если попросишь, это «уже не считается»? Ты спросил? Или придумал ответ самостоятельно? Вот здесь начинается одна из самых странных человеческих привычек. Мы способны построить внутри головы целые отношения с человеком, который о них ничего не знает.
«Он вообще оказался не таким» А потом проходит десять лет. Иногда двадцать. И человек сидит напротив друга и говорит:
— Я вообще её не знаю.
Или:
— Он оказался совершенно не тем человеком, за которого я выходила замуж.
Это может быть правдой. Люди меняются. Иногда очень сильно. Но иногда происходит другое. Мы наконец сталкиваемся не с тем, кем человек стал. А с тем, кем он всегда был за пределами нашего представления о нём. Это принципиальная разница. В начале отношений мы видим несколько процентов человека. Остальное достраиваем. Он молчаливый. «Он просто глубокий». Она ревнует. «Потому что очень любит». Он не говорит о чувствах. «Ему трудно открываться».
Она постоянно принимает решения за двоих. «Она просто заботливая». Мы берём факт. А значение иногда придумываем сами. И влюбляемся уже не только в человека. Мы влюбляемся в собственную интерпретацию человека. Проходят годы. Фактов становится больше. И однажды реальность перестаёт помещаться в первоначальный образ. Тогда появляется страшная фраза: