Энджи Сэйдж – Полет дракона (страница 44)
– Чем могу помочь, о мудрый ученик? – из-под стола возникла голова Жука. – Слушай, ты не мог бы быстренько сказать заклинание-ищейку? А то я потерял любимое перо старины Фокси. Он там где-то в истерике бьется.
– Вообще-то, мне не положено… Вот, возьми мой магнит. – Септимус достал из мешочка на поясе красный магнит и протянул Жуку. – Держи открытым концом в ту сторону, где может быть перо, и изо всех сил думай о нем. Только надо быть поближе к предмету поиска, а то магнит не очень сильный. У меня будет другой, получше, когда я закончу работу по искателям-находителям.
– Пасиб, Сеп.
Жук взял магнит и снова исчез под столом. Через несколько секунд он с ликованием появился вновь, и на магните держалось тонкое черное перо.
– Ты спас мне жизнь, Сеп… Спасибо. – Жук вернул ему магнит. – Ты пришел за чем-то конкретным? Тебе что-то принести?
– Э-э… Мне нужен «Учебник Дракса по дрессировке драконов». Если у вас есть.
– Водонепроницаемый, огнеупорный, для продвинутых пользователей? С говорящим шрифтом или движущимися картинками? Подарочное или карманное издание? В зеленой или красной обложке? Новый или подержанный? Большой или…
– Огнеупорный, – перебил его Септимус, – пожалуйста.
Жук пощелкал языком.
– Хм, задачка… Не уверен, что у нас есть…
– Но ты же сказал…
– Нет, теоретически у нас есть все. Но практически – нет. «Дракс» – очень редкая книга, Сеп. Их же очень быстро съедают. Или сжигают. Ну, кроме огнеупорного, наверное.
Увидев разочарование на лице Септимуса, Жук прошептал:
– Так и быть, я пущу тебя в Хранилище диких книг и чар. Там он, по идее, должен храниться. Сам посмотришь. Иди за мной.
Септимус протиснулся мимо огромного стола, и, посмотрев по сторонам – не видит ли их кто, Жук отпер высокую узкую дверь, замаскированную среди деревянных досок, которыми был обшит кабинет. Жук толкнул обитую тяжелыми досками дверь и поднес палец к губам.
– Только тихо, Сеп. Нам сюда нельзя. И не делай резких движений, понял?
Септимус кивнул и пошел за Жуком в Хранилище диких книг и чар. Жук закрыл за ними дверь, и Септимус затаил дыхание. Ему показалось, что он снова в Лесу и окружен стаей росомах. В Хранилище стоял полумрак и пахло дикими зверями. Хранилище представляло собой два длинных высоких стеллажа, забранных решеткой, а на полках копошились дикие книги. Септимус шел за Жуком вдоль узкого прохода, и его сопровождал хор рычащих, скребущихся и шелестящих книг, устроивших давку за ржавыми прутьями.
– Извини за бардак, – прошептал Жук и сгреб с пола разношерстную кучку истерзанных и покусанных чар. Чары были облеплены клочками меха и перемазаны в чем-то, похожем на кровь. – Вчера была небольшая потасовка между чарами из «Учебника по чародейству» Ахримана Ардварка и брошюркой «Гадание по росомахам». Какой-то идиот поставил их рядом – наверное, алфавита не знает. Неприятное было зрелище, да уж… Так, начнем… Динозавры… дрозофила… нет, проскочил. Ага! Драконы должны быть здесь, если вообще есть. Посмотри тут, может, найдешь что-то. Я сбегаю проверю, не ищет ли меня кто в приемной. А то еще попадусь…
С этими словами Жук засеменил прочь, оставив Септимуса в окружении пушистых, пернатых и чешуйчатых книг.
Крепко зажав нос, чтобы не чихнуть от резкого запаха, Септимус всмотрелся в полумрак, пытаясь разглядеть на каком-нибудь корешке надпись «Дракс». Но книгам не нравилось, когда на них глазели. Они менялись местами, а несколько больших и мохнатых даже издали низкий угрожающий рык. И никаких признаков «Дракса» или вообще книг о драконах.
Септимус рассматривал книгу в чешуе и без названия, когда Жук похлопал его по плечу.
– А-а-а! – вскрикнул Септимус.
– Тсс, – прошипел Жук. – Твой брат здесь!
– Чего тут Нико забыл? Он сказал?
– Это не Нико. Это Саймон!
38
Алхимическая лаборатория
– Саймон? – прошептал Септимус. – Что он здесь делает? Опять?
– Он пришел к отцу Фокси, как обычно, – неодобрительно проворчал Жук. – Этих двоих водой не разольешь. Иди за мной.
Жук схватил Септимуса за рукав и потащил его в дальний конец стеллажей. Там он присел у вентиляционной решетки и тотчас отпрыгнул, испуганный громким шипением «Формул противоядия от змеи-зомби».
– Фу, напугала! Ненавижу змей! Давай, Сеп, ты не боишься змей, иди сам. Ты лучше поймешь, что там происходит.
– Что пойму? – спросил Септимус, протискиваясь между ним и «Формулами противоядия».
Жук ткнул пальцем в вентиляционную решетку.
– Там за решеткой Алхимическая лаборатория, – объяснил он. – Ну, комната старика Фокси, где они что-то тайком химичат. Вообще-то, я должен закрывать решетку заслонкой, но тут иногда так воняет, что надо проветривать. Прислушайся, Сеп, может, узнаешь что полезное.
Септимус присел рядом с Жуком и тут услышал голос Саймона так близко, как будто стоял рядом с ним.
– Знаешь, Хью, – говорил он раздраженно, – с этими летающими чарами что-то не то. Они совершенно непредсказуемы. Мне еще повезло, что я добрался сюда целым и невредимым. Чуть не уронил в Зыбкую Топь своего нового помощника, хотя был бы урок этому неблагодарному хаму. Такой шанс выпадает раз в жизни, а он посреди Полета передумал!
– Ты не должен возить пассажиров, – услышал Септимус укоризненный голос Главного писца-алхимика. – Летать – это тебе не извозом заниматься.
– Ладно тебе пафос нагонять, Хью. Короче, починишь? Ты же можешь что-то сделать. Подкрепи их маленько.
– Подкрепить маленько? – прогремел в вентиляции недоверчивый голос. – Это же Утерянное ремесло Полета – самое сокровенное знание на свете! А ты приходишь и просишь меня «подкрепить их маленько»? Эти чары – старейшие из всех, которые я видел. Посмотри на золото: это нити Золотых пауков! Оно такое чистое и мягкое, что страшно даже дотронуться.
– Да хватит тебе, Хью! – сердито воскликнул Саймон. – Какой бы чудесной ни была эта штука, разве ж это дело, когда она чуть не убивает своего владельца? Я вообще не уверен, что это летающие чары! Они не делают и половины из того, что ты обещал.
Хью Фокс выплюнул в ответ:
– Могу тебя заверить, Саймон, что эта штука настоящая. Я искал ее много лет, и она оказалась как раз там, где я думал: скрытая «темной невидимкой» под обложкой этой книги. – Септимус услышал, как Хью Фокс многозначительно похлопал по чему-то. – Ты должен выказать чарам хоть немного уважения, Саймон, а не просить меня «подкрепить их маленько».
– Слушай, Фокс, – угрожающе проговорил Саймон, – я бы посоветовал выказать немного уважения мне. Это великий день. Все почти готово. Если пройдет гладко, ты будешь иметь дело с новым Архиволшебником. Настоящим! И не буду скромничать, – с его достойным и преданным учеником, а не каким-то там солдатиком, который не может отличить треснутое заклинание от старого носка.
– Я тебе уже говорил, Саймон, – непреклонно произнес Хью Фокс, – я не ввязываюсь в политику. Если хочешь знать, надоела нам эта чехарда с Архиволшебниками. Нынешний нас вполне устраивает. И парень тоже неплох.
– На твоем месте я бы помалкивал, Фокс, – произнес Саймон ледяным тоном. – Ты же не хочешь, чтобы тебя поглотили?
– Что? – в ужасе воскликнул Хью Фокс.
– Что слышал. Просто почини эти чары. Это важно. Вернусь через час – и чтобы они работали.
– Посмотрю, что можно сделать, – мрачно ответил Хью Фокс.
– Не смотри, а делай! Кстати, если тебя это развеселит, ты меня здесь больше не увидишь. У меня последняя часть – видал?
Из чего-то пустого вынули затычку, и Главный писец-алхимик ахнул. Саймон засмеялся.
– Не делай этого! – сказал Хью Фокс. – Мне все равно, кто это был, это непочтительно!
– Не указывай мне, что делать! – прорычал Саймон. – Ты все равно узнаешь, кто это был… и есть. Скоро. А теперь будь добр, открой мне дверь.
Послышалось громкое шипение, а потом – тишина.
– Ах ты, наглец и…
Но то, что думал о Саймоне Главный писец-алхимик, заглушил громкий стук захлопнутой книги.
– Ты слышал? – прошептал Септимус Жуку, когда они встали и пошли обратно между стеллажами диких книг и чар. – Что значит «новый Архиволшебник»?
– Понимаешь, Сеп, – сказал Жук, когда они уже были у двери в приемную, – здесь все считают его полоумным. Уж мы чего только не навидались. Думает, что будет править миром при помощи пары темных заклинаний.
– Может, так и есть, – сказал Септимус.
Жук не ответил. Когда они незамеченными вышли в приемную, он повернулся к Септимусу и сказал:
– Вот что. Я пойду и отвлеку чем-нибудь старика Фокси. А ты проникни в лабораторию и забери летающие чары. Пусть немного поумерит пыл. Здорово я придумал?
Жук исчез в полумраке Архива, а через минуту вернулся и изо всех сил замахал Септимусу:
– Скорей, Сеп! Нам повезло! Старику Фокси поплохело, он ушел полежать. Давай за мной!
В «Манускрипториуме» Септимуса все знали, поэтому никто из писарей даже не поднял головы, когда ребята прошли к коридору, ведущему в комнату Главного писца-алхимика. В тесном коридоре было темно, хоть глаз выколи, потому что он поворачивал семь раз туда и обратно, чтобы из комнаты не видно было света. В конце коридора Септимус и Жук оказались в маленькой и абсолютно белой комнатке, освещенной только одной свечой. Комната была круглой, чтобы шаловливые заклинания и чары не застревали в углах. Обстановка была скудная: почти все пространство занимал большой круглый стол, а к стене было приставлено старинное стекло, выше самого Септимуса. Но всего этого Септимус не заметил: его взгляд приковало то, что лежало на столе. Не летающие чары, которые все еще были приколоты к поясу Саймона, небрежно брошенному на столе, а толстая книга, лежавшая рядом.