Энджи Сэйдж – Эликсир жизни (страница 46)
– Но передо мной-то они не раскланиваются, Джен, – возразил Септимус и улыбнулся впервые за сто шестьдесят девять дней. Теперь он стал похож на того Септимуса, которого она помнила.
– Еще бы, погляди, у тебя на голове настоящее воронье гнездо. Что ты сделал с волосами?
– Я их не расчесывал. Не вижу особого смысла. Не хватало, чтобы меня постригли под этот дурацкий «горшок». Тем более этим можно позлить Марцеллия. У него пунктик по поводу таких вещей… Что, Хьюго?
Мальчик тянул Септимуса за рукав.
– Слушай… – прошептал Хьюго, у которого от удушья глаза до сих пор были красными, а лицо, наоборот, белым как полотно.
Кто-то дергал дверную ручку.
Сэр Хирворд загородил дверь своим старым мечом и явился Септимусу и Хьюго. И без того напуганный, Хьюго от ужаса чуть не лишился рассудка.
– Принцесса Дженна, я буду защищать вас и ваших преданных сторонников до конца, – серьезно произнес Рыцарь.
– Спасибо, сэр Хирворд, – поблагодарила Дженна. – Но мы должны скорее выбираться отсюда. Сеп, открой окно, а я пока сделаю так, чтобы они подумали, будто мы скрылись в другую сторону.
Дженна подбежала к двери в Долгий променад, открыла ее и оставила распахнутой.
– Скорее, – сказала она и толкнула напуганного Хьюго к окну. – Лезь, Хьюго.
Все трое протиснулись в окно и спрыгнули на тропинку, которая огибала заднюю стену Дворца. Очень тихо Дженна прикрыла окно.
Сэр Хирворд прошел сквозь стекло и уже стоял рядом с ними.
– Куда позволите вас сопроводить? – спросил призрак.
– Куда угодно отсюда, – прошептала Дженна, – и поскорее.
– Многие для этого используют реку. – Сэр Хирворд указал на берег, вдоль которого росли незнакомые кедровые деревья.
– Тогда река, – согласилась Дженна.
Если кто-то из бальной залы и догадался бы выглянуть в окна, что вряд ли, потому что гости были слишком увлечены обсуждением случившегося, они бы увидели, как двое дворцовых слуг и принцесса мчатся через длинные лужайки к реке. Среди гостей не было духовидцев, чтобы увидеть старого призрака в ветхих доспехах и со сломанным мечом наперевес. Он вел троих детей к реке, как будто возглавлял целое войско. Защищенные темной тучей, которая сгустилась перед полнолунием и окутала лужайки, войско во весь опор мчалось к берегу.
Под ногами хрустел иней, и любой, кто удосужился бы посмотреть, увидел бы три пары темных следов на белой траве. Но ребятам повезло, и пока никто не додумался искать их следы. Когда беглецы достигли реки, поисковая команда под предводительством наспех назначенного заместителя Наглого Бочонка (мужичка, которому не хватало терпения, так же как и мозгов; он уже много лет метил на место придворного камергера и теперь не мог поверить своей удаче) смотрела на распахнутую дверь и делала тот самый вывод, к которому ее подталкивала Дженна. Поисковая команда ринулась в узкую дверь, и каждый рвался первым поймать принцессу Эсмеральду, чтобы заслужить благосклонность королевы. Но новый камергер оказался шустрее – и противнее. Он царапался и пинался, пробираясь вперед всех, и все-таки первым вылез из двери. Вскоре вся команда неслась следом за ним по Долгому променаду, спрашивая у каждого, «не примечали ли они бедную заблудшую принцессу». Стремясь угодить новому страшному камергеру и его приспешникам, люди давали совершенно выдуманные указания, и поисковая команда металась то туда, то сюда, как повариха за гусем.
К тому времени Дженна, Септимус, Хьюго и сэр Хирворд стояли на причале у королевского корабля.
– Мы сможем уплыть в безопасное место, – сказал сэр Хирворд. – Сегодня ясная тихая ночь, и течение спокойное.
Септимус посмотрел на королевский корабль и присвистнул (эту неприятную привычку он, сам того не замечая, перенял у Марцеллия Пая).
– Вам не кажется, что нас на нем заметят?
– Не на корабле. Сэр Хирворд имеет в виду шлюпку.
Дженна показала рукой туда, где сэр Хирворд уже повис над маленькой, но такой же яркой гребной шлюпкой, которая была привязана за королевским кораблем и использовалась для переправки пассажиров с корабля и на корабль вдали от берега.
Почти в тот же момент из-за тучи выплыла полная луна, окутав замерзшие лужайки ярким светом, – как будто кто-то включил прожектор и направил прямо на них. Сэр Хирворд прекрасно знал, чем опасен лунный свет, потому что перешел в мир иной именно из-за того, что не вовремя появилась луна, позволив противнику точно прицелиться. Призрак выпрыгнул из лодки со словами:
– Нас обнаружат, скорее в Летний домик!
Мечась между тенями кедровых деревьев, сэр Хирворд погнал ребят к Летнему домику, как пастух овец. Это было то же самое восьмиугольное здание с золотой крышей, которое Дженна помнила по своему времени.
Из укрытия Летнего домика она увидела, как одно за другим зажигаются окна во Дворце. В каждую пустую комнату врывалась обескураженная поисковая команда и зажигала там свечу, чтобы обозначить комнату как просмотренную.
Внезапно издалека послышался грохот, и большие окна бальной залы распахнулись. Новый камергер выскочил на террасу. Разочарованный тщетным марафоном вокруг Дворца, он бросил поисковую команду, а сам вернулся в дамскую комнату, чтобы рассмотреть все повнимательнее. Там он обнаружил, что защелка на окне поднята, а значит, жертва сбежала совсем в другом направлении. Морозный воздух быстро разнес его властный голос. Камергер собрал новую поисковую группу из первых попавшихся парней и скомандовал:
– Разделитесь по трое! Живее! Ты что, идиот? Ах, так ты и есть идиот! Дураки, я сказал, по трое! Это же дети, каждый схватит по одному! Со слугами делайте что хотите, но Эсмеральду нужно вернуть к ее скорбящей матушке! Так, быстро к Главным воротам, вы – к конюшне, а вы, идиоты, живо несите ноги к реке! Пошевеливайтесь!
Пока Дженна, Септимус и Хьюго прятались за Летним домиком, многочисленная поисковая команда закричала:
– Глядите! Вот их следы на земле! Говорю вам, мы их поймали! Они наши!
Поисковая команда вместе с камергером затопала по лужайке в сторону беглецов. Септимус отчаянно дернул дверь Летнего домика. Она была заперта.
– Я разобью окно, Джен, – сказал он, заворачивая кулак в белое полотенце, которым накрывали кувшин с соусом.
– Нет, Сеп, – прошипела Дженна, – они услышат! И если ты разобьешь окно, они узнают, что мы тут.
– Позвольте мне, юноша, – сказал сэр Хирворд, окрыленный успехом оттого, как ловко он отпер комнату Дженны.
Рыцарь опустил руку на замок. Дети взволнованно ждали и прислушивались к шагам. Поисковая команда была уже у королевского корабля.
– Скорее, пожалуйста! – шепотом поторопила Дженна.
– Силы уже не те, – расстроенно вздохнул призрак. – Замок не так легко повернуть.
– Сэр Хирворд, дайте мне попробовать кое-что, – сказала Дженна.
Она даже пожалела, что плохо слушала болтовню Джилли Джинн. Замерзшими трясущимися руками, которые стали похожи на пачку замороженных сосисок, девочка достала ключ от покоев королевы и вдруг уронила его. Ключ лежал на покрытой инеем траве, и изумруд блестел в свете луны. Септимус сгреб его с травы, вставил в замок и повернул. В следующую секунду все ввалились внутрь. Септимус запер за ними дверь, и они замерли, прислушиваясь к топоту шагов за кедровыми деревьями, от которого сотрясалась земля.
Вдруг Хьюго крепко схватил Септимуса за руку.
Два зеленых глаза сверкнули во мраке, и долгий низкий рык прокатился по Летнему домику.
– Уллр? – прошептала Дженна, но потом вспомнила, где они находятся. Откуда здесь взяться Уллру?
Из темноты раздался голос, который Дженна тотчас узнала.
– Kalmm, Уллр. Kalmm, – прошептала Снорри.
Но Уллр даже не собирался успокаиваться. Обалдев от незнакомых запахов и звуков совсем другого времени, большой кот перепугался от визга ночной горничной и сбежал на несколько лестничных пролетов. Снорри, к счастью, успела за ним вовремя. А теперь она держала пантеру и поглаживала ее шею, на которой от рыка зашевелилась шерсть.
– Все в порядке, Сеп, – прошептала Дженна. – Это всего лишь Снорри и Ночной Уллр.
Септимус не понял ни слова из того, что сказала Дженна, но если рычащая пантера не страшит ее, значит и он не должен бояться. Ему и так есть о чем беспокоиться. Например, он услышал, что камергер восторженно сообщил хриплым голосом:
– След свежий! Наша добыча ожидает нас в Летнем домике королевы!
Кто-то подергал дверную ручку, а потом воскликнул:
– Дверь закрыта на замок и засов, господин камергер!
– Тогда выламывайте ее, несчастные хлюпики, выламывайте!
Хлипкая деревянная дверь подверглась жестокой атаке, и весь дом содрогнулся. Сэр Хирворд загородил дверь своим мечом и провозгласил:
– Не бойтесь, они не пройдут!
Дженна в панике посмотрела на Септимуса. Поисковая команда камергера даже не заметит сэра Хирворда. Его пройдут насквозь, как будто он пустое место.
– Отсюда мы можем попасть в кухню, – быстро сказала Снорри, – но они пойдут за нами. У меня есть идея. Дженна, дай мне свой плащ, пожалуйста.
В любой другой ситуации Дженна неохотно бы рассталась со своим красивым плащом, но, когда на дверь опять навалились преследователи и тонкий косяк хрустнул, девочка сорвала с себя плащ и сунула его в руки Снорри. Дженна с ужасом смотрела, как Снорри порвала плащ на куски, втоптала в грязь на полу и сунула Уллру со словами: