Эндрю Тэйлор – Королевский порок (страница 63)

– Бог знает, где его носит целыми днями. Одно скажу – в кабинете он штаны не просиживает. Если желаете знать мое мнение, госпожа, дураком надо быть, чтобы вот так совать нос в дела, которые тебя не касаются.

– Я твоего мнения не спрашивала, – парировала Кэт.

– От благородных и толстосумов надо держаться подальше, – пустился в философские рассуждения Сэм, размахивая перед носом Кэт платяной щеткой. – Особенно таким, как он. Из своей среды лезть – против природы идти. – Сэм уставился на щетку. – Да и я не делом занят. Разве пристало взрослому мужчине хозяйскую одёжу чистить? Ему бы для такой работы горничную или мальчишку нанять. А я моряк, служил его величеству верой и правдой, а меня заставляют щеткой махать! Это, я вам скажу, прямое неуважение к монарху. Придет хозяин – так ему и заявлю!

– И потеряешь место.

– Может, хозяин в «Козе». – Сэм неожиданно вернулся к теме местонахождения Марвуда. – Знаете эту таверну на Чаринг-Кросс? Господин Милкот опять туда обедать пошел – я его видел, когда сам ходил… э-э… подкрепиться. А хозяин в последнее время с ним часто общается. Наверное, господин Милкот знает, где он. – Сэм бросил щетку в корзину с одеждой и обувью, которую принес из дома. – Вот что, госпожа, пойду-ка спрошу у него.

– Нет, – твердо возразила Кэт, живо представив, как пьяный Сэм, покачиваясь, вваливается в «Козу» с тайным посланием для чопорного господина Милкота. – Даже не думай.

К тому же втягивать в дело Милкота опасно. Девушка улыбнулась Сэму. Застигнутый врасплох, тот нахмурился и счел за лучшее улизнуть со двора.

Чем дольше Кэт размышляла, тем больше убеждалась, что начинать поиски следует с «Козы». Если Марвуд в таверне, она велит передать ему записку без подписи, сообщая, что тело Горса обнаружили в реке у ворот Биллингсгейт. Внутрь она, разумеется, заходить не станет: вдруг ее увидит Милкот?

В дверях таверны Кэт спросила у лакея, обедает ли у них сегодня господин Милкот и не с ним ли его друг Марвуд – ей надо передать ему записку. Лакей ответил, что не знает, но сейчас спросит. Однако по злой иронии судьбы, пока лакей звал мальчишку на побегушках, по лестнице спустился Милкот собственной персоной. Лакей отвесил ему поклон и отошел в сторону, давая посетителю дорогу.

– Эта молодая женщина справляется о вашем друге, господин, – доложил он, кивая в сторону Кэт. – Желает знать, обедали вы с ним сегодня или нет.

Встречи было не избежать. Кэт не успела и глазом моргнуть, а Милкот уже глядел на нее. Несмотря на то что девушка изменила внешность – замоталась в шаль, надела поношенный плащ, придала коже смуглый оттенок при помощи сока грецкого ореха, – Милкот сразу понял, кто перед ним: в его взгляде мелькнуло узнавание. В этот момент Кэт остро осознала, как легкомысленно себя вела. Винить некого – она угодила в беду по собственной глупости.

Девушка повернулась, собираясь бежать, но было слишком поздно. Милкот схватил ее за руку. Кэт развернулась, нащупывая в кармане нож.

– Боже, сэр! Что такое? – вскричал слуга и схватил Кэт за вторую руку. – Она воровка?

– Не пугайтесь, – ответил Милкот и подтащил сопротивлявшуюся Кэт на дюйм-два ближе к себе. – Все в порядке. Мне просто нужно побеседовать с этой женщиной. – Поглядев на Кэт, он тихо прибавил, так чтобы лакей не услышал: – Я не причиню вам вреда.

Ее пальцы стиснули рукоятку лежавшего в кармане оружия. Можно попробовать ударить Милкота ножом, однако он наверняка увернется, а одолеть его силой нечего и надеяться. Но даже если Кэт сумеет его ранить, что ей это даст? И лакей, и мальчик на побегушках глаз с нее не сводят. Улица полна народу. У ворот Королевских конюшен солдаты. Переполох начнется мгновенно.

– Прошу вас, доверьтесь мне, – произнес Милкот.

Он бросил лакею монету, и тот с ухмылкой юркнул обратно в таверну. Кэт догадалась, как именно слуга истолковал происходящее.

Девушка почувствовала, как кровь приливает к лицу.

– Доверять вам? С какой стати?

Милкот пропустил ее вопрос мимо ушей. Он тащил ее по улице, вот они прошли Сент-Мэрис-лейн, потом вышли на маленькую безлюдную улочку к западу от Ковент-Гарден.

– С вашей стороны бродить по городу – несусветная глупость, госпожа Хэксби, – заметил Милкот, останавливаясь возле лавки с запертыми ставнями. – Выдан ордер на ваш арест. – Он нахмурился. – Что там говорил лакей? Вы спрашивали, обедаю ли я с другом. Кого вы имели в виду? – (Кэт молчала.) – Наверняка Марвуда. – Милкот взял ее за плечи и встряхнул. – Зачем вы его ищете? Вы с ним знакомы?

Кэт по-прежнему держала правую руку в кармане. Она потихоньку вытянула нож из самодельных ножен.

Девушка ответила:

– Я слышала, что король поручил ему расследовать убийство господина Олдерли.

Милкот отпустил руку Кэт. Похоже, ответ его озадачил.

– Не понимаю…

Кэт выхватила нож и ткнула им в середину левого бедра Милкота. Клинок вошел в плоть меньше чем на дюйм, но на секунду ее потрясенная жертва застыла как громом пораженная. Проскочив мимо Милкота, Кэт нырнула в переулок слева. У нее за спиной раздался крик боли. Кэт свернула направо и выскочила на улицу пошире.

Окрестности Ковент-Гарден она знала хорошо. Девушка не выпускала нож, лишь спрятала оружие под плащом. За спиной она услышала топот погони. Опрометью кинувшись во двор позади пекарни, Кэт распахнула дверь и стрелой пролетела через кухню, не обращая внимания на ошарашенных пекарей. Ворвавшись из кухни в лавку, Кэт выбежала на улицу с другой стороны здания.

Девушка мчалась во весь дух, пока не добралась до респектабельных окрестностей парка Линкольнс-Инн-Филдс. Остановившись возле одной из посыпанных гравием дорожек, Кэт с трудом переводила дух. У нее кололо в боку. В ее сторону направлялись две нарядно одетые леди, а по пятам за ними следовали лакеи. Вдруг Кэт согнулась пополам, и ее вырвало всего в десяти ярдах от этой группы.

– Опять пьяная шлюха! – визгливым голосом сказала та леди, что постарше. – Зачем сюда только пускают эту шваль?

Глава 46

Карета остановилась. Я услышал, как кучер спрыгнул с козел, а потом опустил для нас ступеньки. Дверца открылась. Когда Вил протискивался к выходу, его шпага задела мою ногу. А потом Роджер без предупреждения вытолкнул меня из кареты. Не видя, куда ставить ногу, я оступился и споткнулся. Вил поймал меня.

– Осторожнее, сэр.

Когда Епископ схватил меня, я почувствовал, что в его теле нет ни капли жира, одни кости и мускулы. На ощупь я определил, что его камзол, похоже, из добротного сукна, однако мой палец на секунду угодил в дырку.

– Роджер, нельзя ли поделикатнее? Идемте, сэр, я возьму вас за одну руку, а мой слуга – за другую.

Они потащили меня по двору – под ногами у меня были земля и камни, а в нос ударила смесь запаха свежего навоза и зловония выгребной ямы. Похоже, рядом конюшня. Щелкнул хлыст, звякнула сбруя, а затем раздался постепенно удалявшийся топот копыт. А после этого я слышал лишь наши шаги, далекий шум улиц и тяжелое дыхание Роджера. И вдруг до меня долетела песня дрозда-дерябы – что за неожиданная услада для слуха!

Судя по едкому запаху, мы были среди развалин, оставшихся после Пожара, – похоже, восстановительные работы здесь еще не начались, а временных жилищ погорельцев поблизости нет.

Щелкнула металлическая щеколда.

– Спускайтесь, сэр, – распорядился Вил. – Здесь узко, я пойду первым, а Роджер будет замыкать наше шествие.

Мы медленно спускались по лестнице, а запах сырости, сточных вод и старого пепелища все усиливался. Я насчитал шестнадцать ступенек, а внизу нас ждала еще одна дверь – ее Вил отпер ключом.

Когда мы зашли внутрь, я некоторое время стоял бок о бок с Роджером. Раздался скрежет кремня по металлу, затем Вил принялся осторожно дуть на трутницу, и вот наконец ему удалось разжечь огонь. В нос мне ударил неприятный запах сальной свечи.

– Роджер, скажи господину… э-э… господину Пирсону, что мы с радостью ждем, чтобы он почтил нас своим присутствием. А я останусь с господином Марвудом. Но сначала привяжи его к кольцу в стене – мало ли что?

Роджер особо не церемонился: когда он затягивал узлы у меня на запястьях и заламывал мои руки еще дальше за спину, я едва не вскрикнул от боли. Через некоторое время дверь за слугой закрылась, и мы с Вилом остались одни.

– Что ж, наконец-то у нас появилась возможность побеседовать наедине.

Он снял с моих глаз повязку, и при виде пляшущего огонька свечи я заморгал.

Во рту пересохло, и я судорожно сглотнул.

– Чего от меня хочет ваш хозяин?

– Пусть он расскажет вам об этом сам. Не могу передать, как же я рад, что вы наконец-то почтили нас своим присутствием! Что и говорить, вы заставили нас побегать, мой господин уже начал терять терпение. – Внезапно Епископ сменил тему. – А где девочка, которую вы привезли с Фенских болот? По-прежнему в доме леди Квинси?

– Не знаю. Зачем она вам так нужна?

Когда Вил не ответил, я счел, что терять мне нечего, и в свою очередь стал забрасывать его вопросами:

– Это вы убили Эдварда Олдерли? А кто сбросил доктора Бёрбро в мельничный пруд? Тоже вы?

– Разумеется, нет, – ответил Вил. Его резкий северный говор будто нарочно был создан для того, чтобы выражать негодование. – За кого вы меня принимаете?

– На похищение вы, во всяком случае, способны. Мало того, после смерти Олдерли вы проникли в его квартиру, и одному Господу ведомо, что вы оттуда украли. Вы…