Эндрю Тэйлор – Анатомия призраков (страница 49)

– Послушайте, вы сказали, что это не она бродила, не на этот раз. То есть вы имели в виду, что миссис Карбери иногда гуляет в саду на рассвете? А то и по ночам?

Том переступил с ноги на ногу у низкого дверного проема; ведро звякнуло. Он не смотрел на Холдсворта.

– Ну? Так это или не так?

Золотарь взглянул на Холдсворта и отвернулся:

– Иногда, может быть.

– Она знает, что вы ее видели?

Том пожал плечами.

– Несомненно, она слышала стук колес?

– Я не все время расхаживаю туда-сюда, сэр. Иногда просто встану где-нибудь отдохнуть на минутку.

– Итак, вы курите трубку, или глотаете что-нибудь, чтобы согреться, или дремлете? Вполне естественно. И где вы этим занимаетесь?

Том неопределенно махнул рукой, описав неровную дугу, которая охватила большую часть колледжа.

– Да так, нигде, сэр. Все, что мне нужно, – укрытие от непогоды да капелька покоя.

– Возможно, под тем большим деревом у пруда?

Том кивнул.

– И где вы видели миссис Карбери?

– В Директорском саду, сэр, она расхаживала взад и вперед. И порой выходила сюда. Через вон ту калитку на другой стороне моста. Наверное, леди не может уснуть.

Холдсворт достал из кармана горсть медяков.

– Выходила? Так, значит, она больше не бродит по ночам?

– Откуда мне знать, сэр? Я знаю только то, что видел. Или слышал. И я не видел и не слышал ее уже много недель. Не то чтобы специально ее караулил, впрочем. У меня и без нее работы хватает. Так что, может, она разгуливает по-прежнему. А может, леди теперь крепче спит.

Холдсворт протянул руку. Говнарь уставился на монеты.

– Я видел их обеих однажды, – сказал он.

– Что? Кого?

Золотарь вытер нос рукавом:

– Директорскую жену, сэр. Она была с той, которая умерла, с привидением.

– Когда это было? – рявкнул Холдсворт.

Том испуганно уставился на него:

– Много месяцев назад, сэр. Еще до Рождества, до того, как хорошенькая умерла. Они гуляли в саду под луной.

Глава 32

Похожие на съежившихся академиков[33], две серые вороны расхаживали по неприкосновенному квадрату травы посередине Церковного двора. С тростью в руке Филип Уичкот вошел в галерею со стороны привратницкой. Все в нем было опрятно и элегантно. Птицы неуклюже захлопали крыльями и неуверенно поднялись в воздух.

Никого рядом – в послеобеденный час в Иерусалиме мало что происходило. Уичкот подошел к подъезду в юго-восточном углу двора и поднялся на площадку второго этажа. Наружная дверь в комнаты Фрэнка по-прежнему оставалась закрытой, а вот к Аркдейлу – открыта, и он замолотил во внутреннюю набалдашником трости:

– Дражайший Гарри, как поживаете? Сто лет вас не видел.

Аркдейл, который стоял у стола и разбирал груду книг, положил томик, который держал, и подошел поприветствовать Уичкота.

– Рикки загрузил меня чтением. Я много дней не выходил из колледжа.

– Так не годится, – сказал Филип. – Послушайте, вы же не станете отрицать, что чрезмерное чтение вредно: от него скисают мозги. А у меня есть прекрасный план, как помочь вам развеяться. Я пришел пригласить вас на скромный ужин. Всего несколько ближайших друзей. И подумал, может нам развлечься игрой в карты после ужина?

– Вы очень любезны, но у меня нет времени.

Уичкот был слишком хорошо воспитан, чтобы выказать удивление.

– В таком случае устроим что-нибудь другое. Чудесный день… может, прогуляемся вдоль реки?

– Увы, не могу. – Аркдейл указал на книги на столе. – Слишком много дел. Когда вы пришли, я собирался в библиотеку.

– В библиотеку! А! Понятно: это дело рук вашего опекуна, очевидно?

– Сэр Чарльз, разумеется, желает, чтобы я уделял должное внимание занятиям, – грубовато ответил Гарри.

– Что ж, ничего страшного, – небрежно произнес Филип. – Я навещу вас позже, когда вы не будете так заняты книгами. Хочу назначить день следующего клубного обеда, а до того должен удостовериться, что вы свободны.

Он поговорил о пустяках еще минуту-другую, чтобы сгладить неловкость, которая могла возникнуть в беседе. Затем подошел к ближайшему окну и лениво выглянул во двор. Высокий мужчина быстро шел по противоположной стороне двора к проходу у профессорской. Это был тот самый человек, которого Огастес не пустил в Ламборн-хаус воскресным утром после грозы.

Уичкот снова повернулся к Аркдейлу:

– Это, случайно, не мистер Холдсворт?

– Вполне возможно. Кажется, я видел его перед обедом. Он пришел в колледж, когда я разговаривал с Рикки, и они вместе куда-то отправились.

– Я думал, он уехал из Кембриджа с Фрэнком. Кстати, как поживает наш друг? Есть свежие новости?

– Рикки полагает, что его здоровье значительно улучшилось, иначе Холдсворта здесь не было бы.

– Замечательно. Надеюсь, мы скоро увидим Фрэнка среди нас. – Филип снова выглянул в окно; мужчина исчез. – Он к нам надолго? В смысле, мистер Холдсворт. Я думал, ему поручено осмотреть библиотеку колледжа.

– Я не знаю.

Подкрепиться Аркдейл не предложил, равно как и не выказал желания продолжить беседу. Уичкот откланялся и заглянул в привратницкую, где его ждал Огастес. Мепал сообщил, что Холдсворт ненадолго заглянул в колледж перед обедом и нет никаких оснований полагать, будто он проведет здесь ночь. Также Мепал ничего не слышал о местонахождении Фрэнка Олдершоу.

Филип в нерешительности остановился за воротами Иерусалима, мысленно взвешивая варианты. Потом подозвал Огастеса:

– Мне нужна лошадь на остаток дня. Иди в конюшни и скажи, что я приду через час и намерен сразу же уехать.

– Расскажите мне правду, – попросил Холдсворт.

Элинор Карбери несколько секунд молчала. Под ногами равномерно хрустел гравий дорожки. Этот мужчина постоянно приводит ее в замешательство. Она с усилием собралась с мыслями и повернулась к нему:

– Правду, сэр? И какую же часть ее вы хотите услышать?

– Я имел в виду ту, в которой упоминается ваш лунатизм.

Она остановилась:

– Мой лунатизм?

– Я употребил этот термин в прямом, а не в переносном смысле. Я не имел в виду, что вы ходите во сне, мадам. Однако золотарь сказал мне, что порой вы гуляете в садах под луной.

Элинор огляделась по сторонам. Рядом никого не было.

– Да, порой мне трудно уснуть, и потому я выхожу подышать свежим воздухом. Но я не хотела бы, чтобы это стало общеизвестным.

Джон поклонился:

– Понимаю. И понимаю также, что упражнение тела может поспособствовать сну. Более того, я и сам часто пользуюсь этим способом и совершаю круг-другой, прежде чем отправиться в объятия Морфея. Так вы гуляете здесь, мадам, в саду доктора Карбери?

– Да, конечно. Он совершенно уединенный, как вам известно.

– Еще Том говорит, что иногда вы проходите за калитку, через мост в сад колледжа.