Эндрю Питерсон – Король-волк (страница 34)

Гаммон и Марали стояли спина к спине на гребне крыши, размахивая оружием, в окружении Зелёных и Серых Клыков. Они храбро смотрели в лицо смерти и, скорее всего, погибли бы, потому что целые полчища врагов устремлялись к ним, карабкались на крышу и ждали на улице…

Однако Марали и Гаммон были не одни.

Артам носился над головами Клыков, то опускаясь, чтобы отразить удар, то вновь взмывая в воздух. Когтистые лапы волков и полуящеров скользили по крутой крыше; то и дело кто-нибудь из них срывался, увлекая за собой соседей. Когда стемнело, Клыки отступили.

– Мы долго не продержимся, – сказал Гаммон. – Артам, можешь зажечь огонь на сигнальной башне? Тогда мы доберёмся до баррикады по крышам.

– Вы без меня не справитесь.

– Мы и с тобой не справимся, если будем торчать здесь!

– Мы точно не справимся, если вы будете спорить! – крикнула Марали. – Мы как-нибудь продержимся, пока ты не чиркнешь спичкой. Я-то уж точно продержусь!

Она ткнула локтем Гаммона и зашипела на Клыков, которые окружали их со всех сторон.

– Слово командира закон, – подмигнув, произнёс Гаммон. – Давай, Артам. На каждой башне есть спички и масло. Оно живо вспыхнет.

Марали подумала: хорошо, что они не видят её лица. Ей было очень страшно. Она смертельно устала и знала, что лишь по чистой случайности не получила ни царапины. И всё-таки Марали была рада. Она любила Гаммона и хорошо умела драться – в общем-то больше она ничего и не умела, не считая игры в расшибалочки, которая мало отличалась от драки.

В темноте девочка не заметила, что Артам уже улетел. Зато это сразу поняли Серые Клыки, которые двинулись в наступление. Их тени, похожие на рыб-кинжалов, поползли по крыше.

Слабый оранжевый свет вспыхнул наверху и быстро превратился в ослепительное сияние. И только тогда Марали и Гаммон поняли, что находятся в отчаянном положении. Огонь, загоревшийся на сторожевой башне, озарил сотни Клыков; враги толпились на улицах, карабкались по стенам, окружая двоих храбрецов словно дым пожара… Сверкали зубы, влажные языки и жёлтые глаза. Чешуя и тёмный мех переливались в свете огня. Чудовища молчали. Казалось, ими всецело овладел неразумный, слепой голод.

– Лучники, залп! – крикнул кто-то.

И в Клыков полетели стрелы.

Марали обернулась.

Небольшой отряд лучников под командой Эррола стоял на крыше дома напротив. Раненые Клыки, завыв и зашипев, покатились по крыше, сшибая по пути товарищей. Эррол махнул рукой – и ливень стрел проредил компанию Клыков справа от Марали.

– Создатель, благослови Эррола! – с радостным смехом произнёс Гаммон. – Бежим, Марали! – Он взял её за руку и бросился в брешь, пробитую Эрролом.

Они неслись по плоским крышам к рыночной площади, перепрыгивая через узкие проулки. Марали увидела летящего над ними Артама. Его крылья отливали алым.

Гаммон спустил Марали наземь за баррикадой и спрыгнул следом. Увидев своего вожака, дагтаунцы издали радостный крик, который наверняка услышали даже Клыки за рекой.

Гаммон рухнул на колени и обнял Марали. Марали опустила голову ему на плечо и закрыла глаза, вознося хвалу Создателю самыми добрыми словами, какие только знала. Она вспомнила кулаки Клакстона – и сильнее прильнула к Гаммону, чувствуя, как он ласково похлопывает её по спине.

Наконец-то она обрела отца.

Они ещё обнимались, стоя посреди толпы, когда вернулся Эррол и его лучники.

– Хорошо, что ты вернулся, – сказал Эррол.

Гаммон выпустил Марали, встал и вытер глаза:

– Эррол, друг мой, ты спас нас. И ты тоже, Артам. Спасибо.

– Благодари не меня, а дочь, – отозвался Артам со смехом.

– Да, – сказал Гаммон и склонил голову перед Марали. – Спасибо тебе.

Та сплюнула, вытерла рот и пожала плечами:

– Ой, только не раскисай. Что за мода целый час обниматься!

– Ну, мне хватит и минуточки, – произнесла Сара Кобблер.

Марали с улыбкой бросилась к подруге и стиснула её в объятиях.

– Ты молодец, – сказала Сара. – А Клакстон…

Марали отвела взгляд:

– Больше он меня не потревожит.

Эррол бросил Гаммону чёрную маску:

– Ты забыл это у Снута.

– Воистину, хотя в мои намерения сие и не входило. Признательно благодарю тебя, – ответил Гаммон голосом Пламенеющего меча, надевая маску. – Вот подобающий облик для битвы с мерзкими Клыками! Негодяи! Подлые трусы!

– А мне можно маску? – спросила Марали.

– Если переживём эту ночь, я сам её тебе сошью, – ответил Артам.

– Командир, – позвал Эррол, – надо поговорить.

Гаммон взял Марали за руку и пошёл вслед за Эрролом через толпу, важно кивая мужчинам и женщинам, которые с надеждой смотрели на него. В отсутствие Гаммона Эррол даром времени не терял: он раздал горожанам оружие, пересчитал стрелы и прочие припасы и нашёл занятие для тех, кто не мог драться.

Они вышли на причал, где горел одинокий факел.

Гаммон, обернувшись, посмотрел на толпу скриан, которые молча наблюдали за ним. Самодельная баррикада казалась маленькой и шаткой на фоне густого мрака, полного врагов.

– Они там, – сказал Эррол, указав на другой берег. – Их тысячи. Клыки и тролли.

Гаммон видел только черноту. Река представляла собой сплошную тёмную массу, от которой несло рыбой и водорослями. На другом берегу ждала сигнала к атаке вражеская армия, которая намного превосходила скриан числом и была лучше вооружена. Дагтаунцы, вооружённые лишь лопатами и мотыгами, со страхом смотрели в темноту. Среди взрослых стояли Сарины сироты, сжимая в руках длинные вилки.

Гаммон не сомневался, что Клыки раздавят его маленькое войско. И понятия не имел, что делать.

Из темноты к ним устремилась фигура в чёрном. Гаммон сразу узнал в ней Хранительницу камней. Ту, что создала Клыков.

40

Переговоры

Из непроглядной темноты появилась лодка. На вёслах сидели четверо полуящеров. Стоящая на носу фигура в плаще напоминала привидение. Чёрный капюшон был низко надвинут на лицо, тонкие руки белели словно голые кости. Скрип вёсел нёсся над водой и эхом отдавался от зданий на набережной. Когда женщина приблизилась к причалу на бросок камня, Гаммон шагнул вперёд и поднял меч.

– Не приближайся! – воскликнул он.

Хранительница камней сделала повелительный жест; Клыки развернули лодку носом по течению и налегли на вёсла, удерживая её на месте. Женщина в плаще молча разглядывала скриан, затем медленно подняла руку и сняла капюшон. В оранжевом свете факела её лицо, обрамлённое волосами цвета воронова крыла, сияло словно вставшая над водой луна.

Женщина улыбнулась.

– Гаммон, – произнесла она чарующим голосом, который заскользил над рекой как струйка дыма. – Я предлагаю тебе сдаться. Ты сам знаешь, что вы проиграли. Зачем обрекать людей на смерть?

Гаммон указал мечом на небо:

– Лучше мы падём в бою, чем проживём ещё хоть день под властью Нага.

Вдалеке закаркали вороны, словно насмехаясь над ним.

Хранительница вновь улыбнулась:

– Это окончательное решение?

– Да, – ответил Гаммон.

Марали почувствовала, что названый отец крепче стиснул её руку, сам того не заметив.

– А твои люди? – спросила женщина, повысив голос, и указала белой рукой на стоящх за спиной Гаммона дагтаунцев. – Они так же глупы, как и ты? Послушайте! Вы все хотите умереть? Здесь? Сейчас? Ещё не поздно. Вы получите новые имена – и небывалую силу. Наг милостиво протягивает вам руку. Идите к нам – и вы тоже споёте песнь древних камней и станете моими детьми. Разве этот жалкий город стоит того, чтобы за него умереть?

Собравшиеся на рынке люди неуверенно переминались с ноги на ногу. Марали знала, что Клакстон отсылал пленников к Клыкам. Она кое-что слышала об этой женщине, владеющей необыкновенным волшебством. Девочка заметила, что Артам Ветрокрыл, весь дрожа, старательно смотрит в сторону.

Что-то плюхнулось в воду справа от Марали. Она обернулась и увидела стоящего рядом с Сарой маленького мальчика.

– Уплывай отсюда! – закричал он, выхватил вилку у соседа и метнул её сколько хватило сил. – Мы будем сражаться за королеву Сару!

– Милый мальчик, – ласково пропела Хранительница камней, – несомненно, королева, которой ты служишь, предпочтёт, чтобы ты дожил до рассвета, а не умер под мечом Серого Клыка.