Эндрю Миллер – Эриган. Черта (страница 29)

— Хватит, граф Дитт, — спокойным голосом молвил Римур — патриарх единой церкви Истинного бога. — Нужно уважать деяния нашего короля. В этом Балтимор, несомненно, прав, — закончил он, небрежно поправляя свою белоснежную рясу.

Но судя по мелькнувшему в его взгляде одобрению, граф всё сделал правильно, чем порадовал не только себя, но и своего господина:

— Да, патриарх. Я вас понял, — согласился с его словами Дитт, покорно вернувшись на своё место.

— Жалкий лизоблюд… — сказал, будто выплюнул, все тот же Балтимор.

— А подхалимам никто слово не давал! — снова вспылил Дитт, однако был остановлен рукой священнослужителя.

— Не стоит начинать ссору в зале заседаний. Это место предназначено для решения государственных дел, а не для дрязг, — молвил он, всё с той же улыбкой. — А если и возникнет какая-либо опасность, наши каратели, быстро направят на них свой взор…

— Ваши каратели, Римур? Это такая шутка? — подал голос молодой мужчина, намекая своими словами на постыдную историю, запятнавшей когда-то «доброе» имя церкви.

— Шутка? — наигранно удивился тот. — О чём это вы, дорогой мой Альтерос? — свой вопрос он адресовал архимагу, облик которого никогда не менялся, сохраняя свою вечную молодость.

Однако стоит отметить, что в словах патриарха, не слышалось ни тени уважения. Это казалось безумием — дерзить столь могущественной личности! Однако благословение, дарованное Истинным богом, сделало его невероятно сильным. Настолько, что его по праву можно было приравнять к архимагу! Что было удивительно, ведь подобных прецедентов было крайне мало…

Однако его собеседник тоже ни капли не страшился:

— В трудный час, от вас никогда не было толку! — повысил тот голос. — Ваши люди только и могут, что трусливо вопрошать господа своего о милости, в то время как сотни и тысячи наших доблестных солдат складывают свои головы, ради светлого будущего для всего королевства! Или ты готов это оспорить? — презрительно бросил архимаг.

— Они делают только то, что нужно, — возразил патриарх. — С верой в господа нашего, можно достичь многого. И даже смерть, не будет страшна верующим в него…

— Ты серьезно⁈ Смерть во имя бога, возможно, и достойный поступок в глазах служителей церкви, но это не доблестная смерть во имя справедливости. И не дань вашему богу, коей вы прикрываете своё, так называемое, «правосудие», — немного распалившись, Альтерос закончил словами, на которые его собеседник уже просто не мог не отреагировать.

— Не смей пятнать имя Истинного Бога, маг. Свою силу ты тоже получил от него… — не выдержал Римур.

— От него⁈ — прервал его речь архимаг. — Эту силу, — взмахнул он рукой, заставив весь зал задрожать от невероятной мощи. — Я добыл своими руками! — поднявшись со своего места, он показал всем на обозрение свои крепкие, мозолистые руки, столь не свойственные простым магам. — Я не просил милости у вашего бога. Не ползал на коленях пред его алтарями, вымаливая могущество. Нет — я достиг всего сам! Пролил реки крови и пота, дабы иметь то, что принадлежит мне по праву, а ты смеешь говорить о своём пресловутом спасителе? О боге, который с радостью принимает подношения в виде человеческих жертв?

Однако прежде чем тот успел ему возразить, в их перепалку вступил король, грозно ударив магическим посохом о каменный пол:

— Хватит! — прогремел его голос, вмиг останавливая спор. — Все эти разногласия мне уже порядком поднадоели. Иногда мне кажется, что вы не опора королевства, а свора детей, которые никак не могут поделить понравившуюся игрушку. Хотите спорить — ждите, пока не завершится собрание. А дальше — хоть на мечах отношения выясняйте!

И сколь бы малым не было его влияние в данном кругу людей, ему не посмела возразить ни одна фракция — ни патриарха, ни архимага, ни уж тем более остальных групп, едва осмеливающихся плести интриги у него за спиной.

— Да, мой король. Как вам будет угодно, — одновременно ответили почти все присутствующие в зале люди.

— Вот и славно, — кивнул он головой. — А теперь, раз вам так неймётся, мы продолжим. И начнём, пожалуй, с вопроса, который был милостиво поднят графом Диттом…

Видя, что возражений не последовало, он начал обсуждение, чем дал всем возможность вздохнуть с облегчением, ведь буря, которая уже была готова подняться, была успешно подавлена.

…

Но всё же было печально осознавать, что внутри Совета существовал такой разброд, ведь верхушка власти — стержень, на котором держалась вся жизнь королевства, в отличии от представления граждан, всё же не была единой, медленно, но верно прогнивая изнутри…

После того, как собрание закончилось, Римур, неожиданно для себя получил послание от архимага, который жаждал встретиться с ним в неофициальной обстановке. Отказывать ему патриарх не стал, и раз выбор места и времени оставались за ним, он никуда не спешил, с удовольствием променяв бархатную обивку кареты на умиротворяющую прогулку по городу.

— Ваше превосходительство, как вам удается все это терпеть? — спросил у патриарха один из верных церкви дворян, сопровождающих его к главному храму.

— Терпеть что, дорогой мой друг? — спросил Римур, медленно шагая вперёд.

— Его отношение! Пусть даже грубость в отношении себя вы еще можете стерпеть, но ведь не его же презрительное отношение к нашему Богу — владыке всего сущего… — эмоционально закончил мужчина.

Однако его чувства и мысли не достигли Римура, разбившись о проявленное им спокойствие, будто о скалы.

— Тиам, друг мой, ты не видишь общей картины, слепо двигаясь в том направлении, которое придумал для себя сам, — ответил патриарх, для которого данная тема не была безразличной. — Вера — это не цель, не смысл жизни и не бездумное следование за традициями. Вера — это нечто большее. Всеобъемлющее! И в то же время простое и невыразительное, — на словах было просто, но донести свою мысль до последователей было сложно.

Они просто не воспринимали мир так, как видел его сам Римур.

Но винить в этом стоило саму церковь и ее учение, которое даже не подразумевало ничего подобного.

— Жить согласно морали и принципов. Устоев и целей. Вот правильный путь! Ведь вера… рождается на поприще принятых нами решений. Наши мысли и чувства — это и есть вера… — закончил Римур, ставя точку во всем разговоре. И его слова не были лишены смысла, ведь данная эпоха была полна божеств — молодых и старых. Выбирай на любой вкус.

Хочешь — чти мстительного и безжалостного Рабена. Хочешь — возноси молитвы светлому лику Нимелии. А хочешь — поклоняйся Ситу — богу справедливости. Да хоть самому властителю Смерти — главное, не беспокой своими речами иноверцев!

Однако не все были готовы принять эти истины. А как иначе, ведь патриарх, невзирая на глубокую веру в Истинного бога, дал волю чувствам и позволил своим мыслям сорваться с языка, невольно признав право иных богов на существование!

Принять такое было непросто, даже при учёте того, что между Истинным Богом и сворой иных божеств, существовало так называемое примирение…

— Ну, вот и всё. Думаю, я уже достаточно сказал, да и не стоит сейчас поднимать подобные темы, — вздохнул патриарх, прерывая свои размышления. — Но, исходя из услышанного, вам должно быть понятно, что гневаться на Альтероса у меня нет причин, — сказал он, приметив вдалеке стены храма.

— Кроме того, — добавил он. — В словах архимага редко проскальзывает истинная правда — все больше шутки да издевки, поэтому грех гневаться на того, кто просто с тобою играется.

— Да, вы, скорее всего, правы, ваше превосходительство… — согласились с ним остальные, даже если не полностью поддерживали его мнение.

Ну, а что на счёт патриарха, то он уже сказал всё, что хотел, и мысли прочих его не волновали.

…

Оказавшись рядом со своей резиденцией, Римур решил немного изменить свои планы, приняв гостя не у себя дома, а в храме Истинного Бога. И не столько из-за желания избавится от хвоста из наскучивших дворян, сколько из-за родившегося на совете чувства, требовавшего отплатить архимагу за наглость.

И пусть даже это будет простая шалость, он не собирался отказываться от порыва, испортить «кое-кому» настроение. А случая лучше может уже и не представиться, ведь магия перемещения, которую маг будет использовать для перехода сквозь пространство, в храме не сработает. Божественная воля просто не даст кому-то вторгнуться на свою территорию.

Пусть это не остановит Альтероса, но уж точно позлит.

— Так дела не делаются… — отругал себя патриарх. — Однако все должны получать согласно своим поступкам… — закончил он, закрывая за собою дверь в одну из специально спроектированных комнат. Ее использовали исключительно для тайных встреч, поэтому он, не колеблясь, призывал в нее архимага.

Пару секунд тишины, легкий треск и пред его взором заискрилась портальная арка, оповещая о приходе гостя. Но не прошло и мгновения, как портал ощутимо изогнулся, готовый в любую секунду схлопнуться обратно.

— То-то же! — довольно улыбнулся Римур своей маленькой шалости.

Однако его радость продержалась не долго — лишь спустя пару секунды, Альтерос уже ступил на каменный пол, гневно сверкнув глазами в сторону Римура.

— Всё-таки ты меня не разочаровал… — сказал он, окинув взглядом соседнюю колонну — от избытка выплеснутой им энергии, она вся покрылась трещинами.