Энди Уир – Артемида (страница 46)

– Это моя работа, дорогуша. В конце концов, это единственная вещь, которая имеет значение. Именно от экономики зависят прочие факторы: людское счастье, здоровье, безопасность.

– Черт, как у вас все ладно выходит. Вы создали экономику Кении, а теперь повторяете этот подвиг здесь. Настоящая героиня. Но я ощущала бы куда большую благодарность, если бы вы не сдали меня тем ублюдкам!

– Да ладно, прекрати. Как будто ты настолько глупа, чтобы включить персональный Гизмо, не приняв меры предосторожности.

– Но вы же сообщили «Паласио», где меня найти?

– Не напрямую. – Она положила пистолет на стол, но слишком далеко, чтобы я могла схватить его. Администратор выросла в зоне военного конфликта, я не собиралась испытывать ее рефлексы.

– Несколько дней назад наша компьютерная служба доложила о попытке взлома сети поддержки Гизмо, – продолжала Нгуги. – Кто-то на Земле пытался установить твое местоположение. Я велела айтишникам специально ослабить защиту и допустить хакера в систему. На самом деле, это все было несколько сложнее: им пришлось заменить один элемент системы на другой, у которого есть известная всем брешь в защите, так что хакеру все же пришлось немного потрудиться. Деталей я не знаю – я не технарь. В результате, хакер установил свою программу, которая должна была сообщить, где ты находишься, как только ты включила бы свой Гизмо.

– Какого черта вы это сделали?

– Чтобы выманить убийцу, – сказала она. – Как только ты включила свой Гизмо, я сообщила Руди, где ты находишься, полагая, что «Паласио» сообщит эту информацию своему наемнику. Я надеялась, что Руди его поймает.

Я нахмурилась, глядя на нее:

– Но Руди ничего об этом не знал.

Нгуги вздохнула:

– У нас с Руди довольно… непростые отношения. Он не одобряет синдикаты и мое непрямое воздействие. Он был бы рад избавиться от меня и, честно говоря, я была бы рада избавиться от него. Если бы я предупредила его о приходе убийцы, он спросил бы, откуда мне это известно. Потом он начал бы допытываться, как эта информация стала доступной, и у меня возникли бы неприятности.

– То есть вы практически направили Руди на встречу с убийцей, не предупредив его об этом.

Она наклонила голову набок:

– Меня огорчает, когда ты смотришь на меня такими глазами. Руди исключительно способный офицер полиции, и он знал, что ситуация была потенциально опасной. Ему в тот раз почти удалось схватить Альвареза. Так что совесть у меня чиста, и, если бы пришлось все делать сначала, я поступила бы точно так же. Нужно всегда видеть общую картину, Джазмин.

Я упрямо скрестила руки на груди:

– Несколько дней назад вы были в гостях у Тронда. Вы что, с самого начала были замешаны в этом деле?

– Я не была ни в каком деле, – ответила Нгуги. – Тронд рассказал мне о ЗАФО и сказал, что планирует заняться производством кремния. Он хотел обсудить санчезовский контракт на обеспечение города кислородом. Он сказал мне, что у него были причины думать, что вскоре «Санчез» нарушит условия контракта. Он также хотел, чтобы я знала, что в этом случае он сможет обеспечить город кислородом.

– И это не вызвало у вас никаких подозрений?

– Конечно, вызвало. Но на кону стояло будущее города. Преступный синдикат собирался завладеть самым важным ресурсом на Луне. Тронд предложил мне решение этой проблемы: он готов был перекупить контракт с условием возобновления каждые полгода. Если бы он начал искусственно завышать цены или попытался бы контролировать слишком большой сегмент производства ЗАФО, лишился бы контракта. Это было бы сбалансированное решение: он рассчитывал, что я буду возобновлять контракт с ним, а я рассчитывала, что он будет снабжать кремнием непрерывно возрастающую отрасль по производству ЗАФО.

– Но что пошло не так?

Нгуги пожевала губами:

– Чжин Чу. Он явился в город с готовым планом, как заработать максимально больше денег – и ему это удалось. Он еще несколько месяцев назад рассказал Тронду о ЗАФО, но Тронд хотел увидеть образец и убедиться, что это не сказка и что продукт существует на самом деле.

– Чжин Чу показал ему образец, и Тронд заплатил ему, – сказала я. – А потом Чжин Чу взял и продал информацию второй раз, но уже синдикату «Паласио».

– Это вечная проблема со всеми секретами – их можно продать больше одного раза.

– Вот ведь скользкая сволочь.

Она вздохнула:

– Представляешь себе, каким открытием была эта новость для «Паласио». Ни с того ни с сего их крошечная компания по отмыванию денег оказалась ключом к многомиллиардной новой индустрии. Разумеется, они немедленно бросили на это все свои силы. Но Артемида далеко, и слава богу, поскольку на тот момент у них в городе был всего один человек.

– И что теперь?

– Я уверена, что в настоящую минуту «Паласио» закупает все имеющиеся в наличии билеты на Луну. Через месяц их здесь будет полным-полно. Производство кремния принадлежит им, и этот проклятый контракт «кислород за энергию» гарантирует, что никто не сможет с ними конкурировать. К тому же, они уже начали воплощать в жизнь следующий этап плана, а именно захват производства стекла.

– Блин, – вырвалось у меня, – пожар в Квинслендском стеклянном цеху.

Нгуги понимающе кивнула:

– Почти наверняка цех поджег Альварез. Этот тип развил поистине кипучую деятельность. Как только «Паласио» наладит свое производство стекла, они станут монополистами как в обеспечении сырьем, так и в самом производстве. Ну и само собой, любого, кто попытается помешать им, просто убьют. Именно такой вид «капитализма» ожидает нас в ближайшем будущем.

– Но вы же Администратор. Сделайте что-нибудь!

Нгуги подняла глаза к потолку:

– Принимая во внимание их финансовую базу и систему физического устрашения, этот город будет фактически принадлежать им. Представь себе Чикаго 1920-х годов, только в сотни раз хуже. Я ничего не смогу сделать.

– Было бы неплохо, если бы вы хоть чем-то помогли.

– Я и так тебе помогла, – ответила она. – Руди с самого начала был уверен, что это именно ты взорвала комбайны. Он показал мне видео, где ты разгуливаешь по Центру туризма в этом своем маскарадном костюме.

Я смущенно опустила голову.

– Он хотел немедленно арестовать тебя, но я сказала, что видео выглядит неубедительно и что мне нужны более конкретные доказательства. Я надеялась выиграть для тебя время.

– Хорошо, но с чего это вдруг вы решили стать моим ангелом-хранителем?

– Потому что ты в некотором роде притянула молнию на себя. Я знала, что у «Паласио» в городе есть по крайней мере один наемник. Ты выманила его, и он арестован. Спасибо.

– Так я была приманкой?

– Ну конечно. И ты по-прежнему приманка. Именно поэтому я вчера вмешалась и заставила Руди отпустить тебя. Я не знаю, что «Паласио» собирается сейчас делать, но что бы это ни было, они захотят поквитаться с тобой.

– Вы… – голос у меня прерывался, – вы в курсе, что вы просто настоящая стерва?

Она кивнула:

– Да, когда мне это нужно. Строительство цивилизации – процесс довольно уродливый, Джазмин. Но его альтернативой является полное отсутствие цивилизации.

Я посмотрела на нее с неприкрытым презрением. Но мой взгляд ее нисколько не впечатлил.

– Так что мне, черт побери, теперь делать?

– Понятия не имею, – Нгуги указала на дверь, – но тебе лучше шевелиться побыстрее.

Я заползла в свое крошечное убежище, задвинула панель и свернулась в комочек в темноте. Я так жутко вымоталась, что, по идее, должна была немедленно уснуть, но сон не приходил. На меня как-то сразу навалилось все: постоянная опасность, нищета, злость, и самое тяжелое – страшная усталость. Желание спать перешло в то, что мой отец всегда называл «переустала». Вот так он именовал это состояние, загоняя раздраженную капризничающую восьмилетнюю девчонку в спальный отсек.

Я ворочалась и металась, насколько позволяло крошечное пространство, и никак не могла устроиться удобно. Мне одновременно хотелось отключиться и врезать кому-нибудь в морду. Я просто не способна была думать. Мне необходимо было найти другое место.

Я пинком открыла панель в стене. Кого, на фиг, волнует, увидит меня кто-нибудь или нет. Мне в тот момент это было безразлично.

«И куда теперь?» – спросила я себя.

На руку упала капля. Я подняла глаза к потолку: холодный воздух уровня Бин Нижний 27 частенько конденсировался в капли воды, хотя комбинация лунного тяготения и поверхностного натяжения приводила к тому, что воды должно было собраться изрядное количество, прежде чем она начинала капать с потолка. Но в данный момент на потолке ничего не было.

Это была не вода, а слеза. Это я плакала.

Мне требовалось место, где я могла бы выспаться по- настоящему. Если бы я могла нормально соображать, я бы сразу сняла комнату в гостинице. Нгуги не стала бы второй раз помогать людям «Паласио» найти меня.

Но в эту минуту я не доверяла никакой электронике. Я подумала, не отправиться ли к имаму, у которого находился отец. Имам пустил бы меня к себе, к тому же мне инстинктивно хотелось быть рядом с отцом.

Но я помотала головой и сказала себе, что ни при каких обстоятельствах не стану впутывать отца во все это дерьмо.

Пятнадцать минут спустя я доплелась до знакомой двери и позвонила в звонок. Было три часа утра, но я была не в том состоянии, чтобы беспокоиться о приличиях.

Спустя минуту дверь открылась и на пороге появился Свобода, облаченный в пижаму-комбинезон, напомнившую мне одновременно о детских ползунках и о моде 1954 года. Глаза у него были сонные: