Энди Кейдж – Рому (страница 10)

– Ради тебя, отец, – Яска достал скрипку из футляра, смычок, и по кафе разнеслась задорная скрипичная музыка с ритмической секцией из ударов каблуками о стол.

– Это ты придумал? – спросила Эйла своего мужа, глядя в его удивленные глаза.

Йоханнес приподнял свои густые брови, почесал бороду и покачал головой, а потом рассмеялся. Его супруга насупилась на миг и тоже не смогла сдержать смех. Позже они поймут, что это была лучшая годовщина в их жизни.

Все больше и больше посетителей оборачивались, чтобы увидеть что-то удивительное, чего в этом кафе никогда не происходило. Кто-то даже пролил кофе, а кто-то чуть не подавился сэндвичем с курицей. Да что там, даже повара вышли посмотреть, что, черт возьми, происходит. Так и сказали в унисон.

– Форте3, молодой человек, – вдруг произнесла Эйла. – Форте!

И музыка зазвучала громче и стремительнее. Ноты сплетались, разлетались по помещению и раскрашивали серый пейзаж, наполняя дополнительным смыслом происходящее.

И казалось бы, работникам кафе стоило пресечь хулиганство, но они тоже хотели узнать, что будет дальше, они тоже хотели, чтобы в их жизни кто-то привнес хотя бы один новый цвет из палитры искреннего искусства.

Некоторые посетители начали отбивать ритм ногами, кто-то хлопал, что создавало дополнительную ударную секцию для оркестра из одного человека. Но главное заключалось в том, что очаровательная Лийса не отрывала взгляд от сумасбродного парнишки, который решил рискнуть и показать себя и свое творчество.

– Не бывает подходящих моментов, – сказал Яска, бросив взгляд на Рому, который ютился у него в кармане рубашки и переживал такую тряску, что несколько раз чуть не вылетел. А затем Ускользающий Бард перепрыгнул на другой столик, сбив чашки и тарелки на пол, но смог удержаться сам под коллективный вздох. Аплодисменты разлетелись по кафе. И вновь заиграла чарующая музыка в жанре пелиманни, а люди смотрели и смотрели. Слушали и слышали. Их сердца бились чаще. Дети начали выбегать из-за столиков, чтобы столпиться вокруг Яски, который энергично отплясывал со скрипкой и умудрялся почти не сбиваться.

Для Рому время замедлилось. Он видел много счастливых лиц, много улыбок и даже слез радости. Поднятые кружки пива, салат на полу, разлитый суп и хоровод детей, которые были так похожи на Арто. Но, к сожалению, среди них не было его человека.

Яска посмотрел направо, в сторону барной стойки, где стояла девушка с кудрявыми темными волосами, в которую он был влюблен уже несколько лет, и подмигнул ей.

Вот он, момент счастья. Момент, когда все получается, когда сияние звезд заметно даже на голубом небе, где светит солнце.

«Это потрясающе», – сказал Рому, и об этом подумали многие в тот день. И в этот момент наступило то самое «позже», когда Йоханнес и Эйла осознали, что это их лучшая годовщина. Они подняли бокалы с вином, которые, как ни странно, сумели уцелеть, и ударили их друг о друга. Под этот звон в кафе ворвался Пиркка со своей бандой.

Яска так и не увидел, улыбнулась ли Лийса ему в ответ, потому что нужно было бежать со всех ног, чтобы уцелеть.

«Быть может, у меня получилось тронуть ее сердце?» – подумал он, а сказал то, что должен был:

– С вами был Ускользающий Бард!

Люди захлопали так, словно были в концертном зале, а не в погребе с перекрытым выходом. В погребе, где члены «Опасной бритвы» начали окружать человека, стремящегося к мечте, несмотря ни на что.

Выхода не было.

Яска оценил ситуацию, как катастрофическую, потому что у дверей стоял Пиркка с опасной бритвой в руке.

– Надо рисковать, – сказал Яска и уже было замахнулся скрипичным футляром, как Рому остановил его:

«Не надо! Мы ее только вернули».

Тик-так. Тик-так.

Посетители кафе не совсем понимали, что происходит. Кто-то воспринял это как продолжение перфоманса. Только на кону была жизнь.

Яска растерялся, а тот низкий, кто заменил Обмылка, уже приближался, да и другие подтягивались.

«Используй меня, – сказал Рому. – Я крепче, чем ты думаешь!»

– Но я так не могу! – ответил Яска.

«Ты спас меня, настала моя очередь спасти тебя, мой друг».

Яска помедлил. А заменивший Обмылка был уже совсем близко.

«Решайся!» – выкрикнул Рому.

И тогда Яска выхватил из кармана деревянного человечка и швырнул его со всей силы в голову Пиркке. В фоновом шуме было не слышно, как тот вскрикнул после удара, что рассек ему лоб. Кровь начала заливать глаза, и он потерял ориентацию в пространстве.

Тем временем Яска наступил сменившему Обмылка на плечо и перескочил на другой столик, а потом и на барную стойку, по которой добежал к выходу, обойдя почти всех участников банды «Опасная бритва».

Остался только Пиркка.

Яска тут же подобрал Рому с пола и побежал к выходу со всех ног. Но оказавшись рядом с Пирккой, получил случайное ранение опасной бритвой, когда тот махал ею, не глядя.

– С вами был Ускользающий Бард! – еще раз крикнул Яска, устремившись вперед по улице – к дому, где больше не было любви.

Яска бежал и бежал, не сбавляя ход. В одной руке у него был футляр со скрипкой, а во второй Рому, до которого уже добрались ручейки крови. Могло померещиться, что это деревянный человечек ранен. В каком-то смысле это было так.

Когда Яска добежал до своего дома и ворвался внутрь, ему казалось, что если он остановится, то потеряет друга. Влетев в свою комнату, он положил Рому на стол маленькой мастерской и принялся осматривать его.

– Ты как, дружище? – спросил Яска. – Скажи, где болит? Я починю.

Но Рому молчал.

– Ну же, ради бога, – проговорил Яска, задыхаясь. Пробежка далась ему очень тяжело. – Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь!

Наступила тишина, а затем покатились слезы из карих глаз. Они капали и капали. Но слов не было. Несколько капель упало и на деревянного человечка, смешавшись с кровью.

«У нас получилось?» – тихо спросил он.

Яска вытер слезы тыльной стороной руки и закричал от радости:

– Да ты еще более безбашенный, чем я!

И рассмеялся. Рому тоже усмехнулся.

– Ой, – вдруг сказал Яска и ударил себя по лбу. – Забыл… вылетело из головы, у меня есть кое-что для тебя!

Он смахнул пальцем кровавый отпечаток с лица Рому, усадил того возле бутылок и мгновенно выбежал из дома.

– Я скоро, дружище, – крикнул он напоследок. – Просто дождись меня!

Рому проводил Яску взглядом.

«Что-то для меня? – подумал он. – Но что это?»

Деревянный человечек в доспехах из гвоздей и мусора затаил дыхание, которого у него не было, и ждал с нетерпением возвращения своего друга.

Но.

Всегда есть «но» или «однако».

Но Яска не вернулся в дом, где больше не было любви. Ни в тот день, ни на следующий, ни через неделю, ни через месяц.

* * *

На голове и плечах Рому осела пыль.

«Вдруг ему нужна моя помощь? – спрашивал себя деревянный человечек. – Где же он?»

«Когда он вернется?»

«Он сказал, что вернется».

Но чем больше мыслей посещало Рому, тем слабее как утешение они становились. А потом на голове деревянного человечка появилась третья трещина.

«Как же она болит…» – подумал он, и мир вокруг него почернел.

Я сражусь с монстром

Рому очнулся в один из дней, когда услышал, как бутылка разбивается о стену. Но это было где-то за пределами комнаты – там, где жил монстр. И похоже, монстру было очень плохо. Он каждый день выл и плакал. В конце концов это стало привычной мелодией для деревянного человечка. Но сколько бы монстр ни давал о себе знать, в комнате он не появлялся. До определенного дня.

Однажды Рому все-таки увидел чудовище, с которым так долго сражался Яска. И разочаровался. В комнату вошла темноволосая женщина в грязном платье. Раньше оно было белым, а она красивой.

«Это монстр? – подумал Рому. – Где Яска? Говори! Куда ты его спрятала?»

Она подошла к кровати, взяла фотографию на прикроватном столике. Посмотрела на нее, а потом швырнула изо всех сил прямо в коллекцию пивных бутылок. Те попадали с полки, и половина разбилась.