Эн Ворон – Иголки да булавки (страница 28)

— Я согласую, — опередила ее Корчук.

— Спасибо, — кивнул Аполлинарии менеджер по оптимизации.

Марина тоже понимала, что иного пути нет, и пообещала поставить положительную визу на договорах.

— В довершение всего у меня есть хорошая новость, — объявил Платон. — Именно наши изделия отобрали, чтобы представлять сегмент спецодежды «Альянс-Текс-Ко» на промышленной выставке. Времени осталось совсем немного, образцы надо пошить и эффектно представить возможным заказчикам. Так что поедем в командировку целой командой: я, Марина Всеволодовна… Предложил бы еще взять дизайнера и технолога из конструкторского отдела, потому что вопросы могут быть как раз в этих сферах. К завтрашнему дню, — он посмотрел на своего соруководителя, — жду от вас список сотрудников для направления в командировку. Аполлинария, — он повернулся к Корчук, — на вас оформление, в том числе и финансовое.

— Я представлю предложение по фондам, — ледяным голосом ответила специалист бухгалтерии.

На этом совещание завершилось, и участники разошлись по своим подразделениям.

Звонко цокая каблуками по родным коридорам, Марина пыталась представить, что же для нее может значить эта командировка в столицу. Новые знакомства? Возможность произвести хорошее впечатление на московское руководство? Завязать полезные связи? Окунуться в высшие сферы легкой промышленности? Раздвинуть личностные горизонты? В любом случае поездка обещала быть крайне интересной и полезной. Марине еще ни разу не приходилось со своими изделиями участвовать в показах. Мысли и мечты ее полностью захватили, сделав то, что происходило здесь и сейчас, неважным.

Конструкторский отдел в эти минуты преспокойно пил послеобеденный чай, не подозревая о новом витке трудовой гонки.

— Мы большие молодцы, — заявила Антонина Ивановна, — такие спецхалаты симпатичные разработали. Не то что предыдущие. Теперь у нас будет, как на серьезном предприятии — все одинаково одетые, аккуратные, подтянутые, четко по дресс-коду.

— Кстати, кое-кому корпоративный дресс-код очень даже пошел на пользу, — проговорила конструктор. — Например, нашей змее очковой.

— Уже безочковой, — напомнила технолог. — В общем-то да, хорошо, что она очки сняла. Без них ей гораздо лучше. Другое лицо.

— И платья свои спагеттевидные перестала носить, — добавила конструктор, — на нормальную одежду перешла.

— Она вообще, можно сказать, расцвела, — подхватила Антонина Ивановна. — Преобразилась, похорошела. Может быть, замуж собирается.

— Кто же ее такую выдержит? — скептически бросила технолог.

— Выходит, нашла какого-то блаженного, — усмехнулась конструктор.

— Нам бы еще нашу Мариночку пристроить за хорошего человека, — мечтательно протянула Антонина Ивановна.

— А на нее ведь уже кое-кто заглядывается, — хихикнула Екатерина, а в ответ на общий немой вопрос добавила, — наш новенький системный администратор Денис.

— Почему сразу он? — порозовела лаборант Ангелина. — Он для нее слишком молодой.

— Вот же сказанула, — хмыкнула Антонина Ивановна. — Ты б Мариночку еще в старухи записала. Она ненамного старше тебя, по сути, девчонка еще. Она, как и ты, начинала у меня лаборанткой, а теперь? Начальник отдела. Молодец. И подумаешь, мальчик чуть моложе ее. Мелочи!

Ангелина больше не осмелилась возражать и уткнулась в свою чашку, а разговор продолжил крутиться вокруг свадебной темы.

В отдел вернулась Марина и сообщила сотрудницам о предстоящей командировке в столицу.

— Кто поедет? — сразу оживился весь отдел.

— Мне рекомендовали взять двоих из тех, кто отвечает за основные направления, — пояснила Марина. — Значит, поедет Татьяна как технолог и кто-то из дизайнеров. Анна, как заместитель, на время отъезда останется за меня.

— Так кого из нас? — нетерпеливо поинтересовалась Екатерина.

Марина серьезно посмотрела на обеих дизайнеров. Конечно, они обе хотели ехать, но предстояло выбрать кого-то одного.

— Решите сами, — предложила Марина. — Завтра утром я уже должна сказать, кто войдет в группу, для подготовки документов.

— Как же мы выберем? — растерялись дизайнеры.

— Можете хоть жребий кидать. Любая из вас достойно представит наше подразделение в Москве. Я в этом уверена.

Озадаченные Ольга и Екатерина посмотрели друг на друга, думая, что товарищество — это хорошо, но и о себе хотелось бы позаботиться.

Начали они, сидя каждая в своем рабочем уголке, с мысленных рассуждений о том, как бы оказаться на месте избранного. Затем устыдились столь мелких желаний и пошли взаимно предлагать уступить другому место, так что в результате не помогло и это. К концу дня дизайнеры сошлись на том, что действительно лучше бросить жребий, чтобы никому не было обидно. Судьбоносную монетку вручили Антонине Ивановне. Екатерина загадала орла, а Ольга — решку. Выпала гордая птица.

— Побольше фотографируй и снимай на видео, — наказала Ольга счастливице, — нам всем будет очень интересно посмотреть, как у вас там да что.

— Правильно! — подхватила Ангелина. — Станете нашим «городским доброхотом». То есть… нашим «фирменным доброхотом».

— Кем? — не поняла Екатерина.

— Есть у нас в городе местный блогер, называет себя «городской доброхот», — пояснила Татьяна. — Рассказывает у себя в соцсетях местные новости, сплетни, курьезы, скандалы и так далее. Снимает короткие видео.

— Вот и вы нам также наснимаете и покажете, — воодушевленно произнесла Ангелина, — нам всем будет очень интересно.

Известие о предстоящей поездке в столицу быстро разнеслось по подразделению, вызывая завистливые мысли и вздохи. Единственный, кто остался равнодушен к грядущей командировке, так это Платон. Для него это было лишь временным возвращением домой. Гораздо больше его занимали иные вопросы, но в дверь кабинета вежливо постучали, а значит, в рабочий процесс кто-то пытался вмешаться.

Оказалось, что это вернулась Корчук. Совсем иной походкой, нежели она рассекала по родным коридорам, Аполлинария подплыла к менеджеру по оптимизации. Пошла она и дальше — уселась прямо на край стола, закинув ногу на ногу и направив в сторону Платона острые коленки.

— Я хочу поговорить, — почти томно заявила Корчук.

— У меня много работы, — холодно предупредил Платон, скользнув взглядом по оголенным ногам, выставленным прямо перед ним.

— Как всегда. У всех работа. У меня тоже. А я как раз и пришла по работе.

Платон, успевший нырнуть глазами в монитор компьютера, без всякого интереса произнес:

— Ты сидишь неподобающим образом, потрудись переместиться на стул.

— А что, так здесь разрешается сидеть только Мариночке? — недовольно вскинула голову Корчук.

— Никому не разрешается, — холодно ответил Платон. — Пересядь на стул. Пожалуйста.

Аполлинария фыркнула, но просьбу выполнила. Ничто не помешало ей и тут закинуть ногу на ногу, чтобы вернее поддержать свои аргументы.

— Я тоже хочу на выставку в Москву, — сказала она.

— Зачем? Выставка совершенно не касается твоей сферы, — произнес Платон, продолжая что-то печатать на компьютере.

— А я не собираюсь всю жизнь прозябать в бухгалтерии. Я намерена расширять свои профессиональные интересы и возможности. Когда ты займешь место руководителя нашего подразделения, я могу стать начальником производства.

— Начальником производства? — переспросил Платон.

— Считаешь, я не справлюсь? — усмехнулась Корчук. — Начальник производства из меня выйдет не хуже, чем из Темниковой.

— Это ее профессиональная сфера, — заметил Платон, все также не глядя на собеседницу, чем показывал, как несерьезно относится к разговору.

— Ну и что? Ты тоже не специалист в швейном деле, но это не мешает тебе руководить нашим подразделением.

— Я руковожу не один.

— Да, конечно. Официально. Но всем и так понятно, что за главного сейчас ты, а Мариночка самое большее — твой заместитель. Я считаю, что с ролью твоего заместителя точно справлюсь. Но мне бы хотелось попасть на выставку в столицу за счет компании. Хорошая возможность для меня узнать новые направления развития легкой промышленности, познакомиться с нашим столичным руководством, пообщаться с нужными людьми. Все это мне будет очень полезно для профессионального роста.

— Интересные у тебя планы, но не в этот раз, — безэмоционально произнес Платон. — Мне там нужны уже состоявшиеся специалисты, а не будущие.

— Специалисты у тебя будут из конструкторского отдела. Возьмешь в Москву меня, а Мариночку оставишь здесь. Пусть побалуется единовластием.

— Я уже сказал. Предстоит не развлекательная прогулка, а серьезное рабочее мероприятие. Мы должны выставить настоящих профессионалов и быть готовыми ответить на любые вопросы. Там будет не до красивых видов, — и Платон снова скользнул взглядом по вызывающим коленкам.

— Твоего решения не изменит то, что я заболею от расстройства, вызванного отказом, и не смогу танцевать?

— Не изменит, — не задумываясь ответил Платон, снова погружаясь в работу.

— Так и быть, — тихо проговорила Корчук.

Марине досталось писать аннотацию к изделиям для выставки. Хвалебные слова сплетались с техническими терминами и упорно выстраивались в сложные для восприятия конструкции. Множественные корректировки расшатывали стройность сооружения, и тогда Марине приходилось писать все заново. Погружение в состояние творчества умудрилось пробудить то, что дремало на задворках сознания, и полезли страхи, планы, отложенные дела и забытые мечты, общая неудовлетворительная оценка своей жизни и тревоги от смутных перспектив. Такой сумбур и какофония отвлекали и истощали, заставляя в первую очередь бороться с собой, и уже во вторую — слагать хвалебные вирши своим товарам.