Emory Faded – Проект Re: Третий том (страница 36)

Он вопросительно посмотрел на меня.

— Мне нужна защита всего лишь на день. Скорее всего, именно в этот день меня и решат захватить.

— Почему только на день?

— Именно в этот день я буду уязвим, так как не буду находится в безопасном месте.

— Безопасном месте?

— Если это возможно, я бы не хотел на это отвечать.

— Твоё право, — спокойно кивнул он. — И раз ты так настаиваешь, то хорошо — охрана будет лишь на день.

— Благодарю, — поклонился я. — В таком случае, обсудим детали?

— Хорошо.

После этого последовал относительно долгий диалог, во время которого я узнавал информации насчёт группы и расписывал, как именно она должна действовать — например, на каком расстоянии держаться и в каких случаях должна вмешиваться в происходящее, и их расписание, по которому они должны быть в тех или иных точках, в то или иное время, удобное для меня.

Естественно, в ответ шли вопросы, по большей части от которых я увиливал. За исключением было пара-другая, на которые я дал ответ, среди них был следующий: — «С кем ты будешь в этот день»?

Я дал прямой ответ. Смысла скрывать не было. Если бы он захотел — он бы и так это узнал, тем более я пришёл просить помощи и защиты, так что лгать или отмалчиваться на этот вопрос было бы невежливо.

Уточнять, зачем я с ней вижусь и встречаюсь, он не стал, понимая, что уже на это я могу не отвечать, а раз так — то я именно так и поступлю.

И уже под конец мы и договорились насчёт шифра, которое будем применять в сообщениях. Одним из таких и было отправленное им сообщение: «Пятого числа нужно будет обсудить вопрос экзамена.»

«Пятого числа» — это количество всего замеченных противников или странных личностей — в данном случае, их пять; «нужно будет обсудить вопрос экзамена» — значит, всё прошло успешно и без лишнего шума, и все личности были без каких-либо проблем были устранены, а их тела — убраны.

Как-то так я и подготовился на самом деле к сегодняшнему дню.

Глава 22 — Разговор после окончания письменного экзамена — Тридцатое июля

Закончив заполнять бланк с ответами, я отложил его на край парты, вслед за ручкой и карандашом. После этого осмотрелся и увидев, что большая часть класса уже закончила с экзаменом и вышла из кабинета, я поднял руку, обращаясь таким образом к нашему учителю.

Он сразу же это увидел и спросил:

— Да?

— Я закончил.

Услышав это, он кивнул и подошёл ко мне. Подойдя к парте, он осмотрел её и лежащие на ней вещи — в том числе и бланк с ответами.

Убедившись, что всё в порядке он сказала:

— Хорошо, можешь идти.

Я сделал небольшой уважительный поклон и медленно встал со стула, после чего направился на выход из кабинета. Покинув кабинет, я сразу же увидел Мияко, стоявшую около окна и залипающую в телефон.

— Дедушке не понравится твоё желание «лишний раз не выделяться», — было первым, что она сказала, стоило мне подойти к ней.

— Я думаю, он это переживёт.

— Ну вот сейчас и посмотрим. Пошли, — и сказав это, повернулась и направилась в сторону кабинета директора.

Я же направился следом за ней, как мы изначально и планировали.

«Об этой встрече с дедушкой Мияко мы договорились заранее — ещё утром, прямо за пару часов до письменного экзамена. Можно было встретиться и обсудить всё ранее, но в этом, похоже, не было никакой высокой необходимости, ибо в таком случае эта встреча уже давно произошла бы.»

Через десяток минут мы, наконец-то, дошли до кабинета директора, стучать в который по правилам местного этикета положено именно мне, как мужчине. И тут даже не важно, что Мияко — родная внучка директора. Важен лишь пол, что, как по мне, совершенно несуразно и даже дико.

Но естественно, поделать я с этим ничего не могу, да даже если бы и мог, — не стал бы. Это лишь мелочь, пускай и рябящая в глазах.

Постучав в дверь, я дождался разрешения, после чего открыл её и сказал почти те же самые слова, что и три дня назад:

— Извините за беспокойство, можно войти?

«Хоть о встрече мы и договорились, но это не означает, что можно пренебрегать стандартными правилами поведения и самой обычной вежливостью. Хотя, судя по слегка изменившимся лицам Мияко и ей дедушки — извинения всё же были излишними. Мне до сих пор трудно смириться с тем, что вежливость и скромность в этом мире считается слабостью.»

— Конечно, проходите, — указал он рукой на то же самое кресло, что и в прошлую нашу с ним встречу.

Услышав разрешение, я зашёл в кабинет, а вслед за мной это сделала и Мияко, закрыв за собой дверь, только после этого пойдя за мной в сторону кресла, на котором я уже успел разместиться.

На этот раз дедушка Мияко всё так же сидел в круглых очках, только на этот раз заместо документов в его руке был планшет, который он почти сразу отложил в сторону, и следом за этим снял свои очки, откинувшись на кресло.

Тем временем, Мияко уже подошла ко мне и села на чёрный диван, который находиться справа от кресла.

— Ну и, каковы результаты? — прямо и легко спросила Мияко, совершенно забыв о вежливости, правилах приличия и прочем.

— Девяносто восемь баллов, в среднем за все предметы. Мои поздравления.

— Есть кто-то с большим количеством баллов? — не обратив внимания на поздравления, сразу же спросила она то, что интересовало её больше всего.

— Пока что нет. Максимально набранное количество баллов, по всем предметам в среднем, — девяносто четыре. Если учитывать средние показатели на этом экзамене, то вряд ли кто-то наберёт больше.

— Ну да,.. — произнесла Мияко, покосившись на меня, — вряд ли кто-то наберёт больше. А значит, — сказала она, потянувшись, — я не зря сидела и училась; лёгкое первое место, как, впрочем, и на двух особых экзаменах к ряду.

— Училась? — приподнял бровь ей дедушка.

— Ну так, не то чтобы училась, скорее просто подтягивала слабые места, — флегматично ответила она, закрыв глаза и откинув голову на кресло.

— Интересно, как ты могла подтягивать слабые места без репетиторов; так ещё и подтянуть их так, что по итогу перепрыгнула через собственную голову, освоив часть программы, которую проходят только на третьем году обучения.

— А разве есть разница, как именно? Как по мне, так это совершенно не важно. Я заняла первое место — исполнила свой долг, как член рода Мори. Никакие вопросы тут явно более не нужны.

— Что ж, возможно ты и права, — согласился он с ней, после чего на его планшет пришло уведомление, которое он сразу прочёл.

— Восемьдесят три балла, в среднем за все предметы, — именно столько ты получил за экзамен, Акира.

— Вот как, понятно.

— По сравнению с твоим прошлым среднем баллом ты, несомненно, поработал над собой и вырос. Но ты уверен, что этот результат — твой максимум?

— Похоже, это так, — пожал я плечами.

«Мой прошлый средний балл равен восьмидесяти, в то время как нынешний — восьмидесяти трём. Не слишком большой рост, но и не застой, и тем более — не спад. Но при этом в этот раз я поработал над прошлыми ошибками и исправил их: я выучил разницу между, условно, сложными вопросами и лёгкими, после чего без проблем ответил на самые лёгкие; а так же подтянул предметы, по которым попросту не мог иметь высокий балл, ввиду того, что был совсем новеньким в этом мире, — например, по истории, таким образом добившись возможности самостоятельно контролировать количество баллов, которые у меня будут в конечном счёте. Иначе говоря, ещё когда я только заполнял бланки с ответами я уже знал, какое количество баллов у меня будет в конечном счёте.»

— В таком случае тебе нужно будет в ближайшем времени подтянуть учёбу, хотя бы ещё на семь-восемь баллов — это же возможно? — спросил он, хотя и так знал ответ.

— Вполне.

— Тогда пока что закончим с этой темой и перейдём к более важной: к твоему атрибуту EMF-а.

Я не стал задавать никаких вопросов и просто слушал, не перебивая.

— Будем честны: твой атрибут — крайне слабый. Может, он и подходит для тех, кто работает в особых силах; а так же в различных сражениях для всяких диверсантов, убийц и им подобным — но при этом в обычное, спокойное от сражений время, он совершенно не подходит высшим слоям общества.

«Ну да, он не столь сильный и красочный, как те же молнии Мияко или лёд Мицуки, и даже уступает песку Кодзи Кавано. Вообще, наверное, тяжело будет найти более слабый атрибут, так что его слова более чем имеют место быть.»

— Естественно, я не отказываюсь от нашего уговора, свою часть которого ты успешно выполнил. Я просто хочу обрисовать ситуацию так, как она есть. На данный момент у тебя есть два варианта действия: первый — оставить всё так, как есть; второй — использовать инжектор с неизвестным атрибутом EMF-а.

— И в чём подвох второго варианта?

«Если бы никакого подвоха не было, то он бы даже не стал спрашивать и предлагать второй вариант — ему это просто не выгодно. Он бы поставил перед фактом — и всё.»

— Если не вдаваться в подробности, то если ты уже владеешь одним атрибутом EMF-а, то применение инжектора с ещё одним атрибутом может навсегда лишить тебя возможности пользоваться любым атрибутом EMF-а, — всё так же спокойно ответила за него Мияко. — Как говорят учёные: что-то в мозгу переклинивает и применение EMF-а перестаёт быть возможным в принципе, и уже никакое лечение не помогает с этим недугом — как показала практика, даже с помощью артефактов древних это не лечиться.