Эмми Лейбурн – Небо в огне (страница 38)

— Пожалуйста, нет, — взмолился я. — Вам не нужно мое плечо! Я завербован! Пожалуйста.

Но он дернул меня за руку так, чтобы мой локоть изогнулся под углом 90 градусов. Он толкнул мою руку, через все тело, к другой руке, затем в сторону, затем снова к ней. И тогда я закричал, а перед глазами прошелся электрический разряд, и как только я услышал хруст,

Бог помиловал меня, и все почернело.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. АЛЕКС

17 МИЛЯ

Лестница была белой, но каждая ступень с черными полосками (как в блокноте), чтобы удержать вас от скольжения. Сахалия пошла первой, за ней — я. У основания лестницы был каскад из листов пластика, свисающих с потолка. Длинные пластмассовые штуковины свисали, как бахрома. Мы прошли сквозь них. Когда мы вошли, автоматически включился свет.

Мы оказались в подземном бомбоубежище.

Это было длинное, узкое пространство, похожее на вагон поезда. Мы находились в одном его конце — в своего рода, гостиной, с двумя кушетками по обе стороны, и журнальным столиком между ними. Старое, ветхое кресло стояло в дальнем конце кушетки. Вся дальняя стена была книжной полкой, забитой романами, справочниками и настольными играми.

За гостиной была мини-кухня, где имелась раковина, электрическая конфорка и закрытые деревянные шкафы.

Трудно было разглядеть, что за ней, но я был почти уверен, что там находились спальные места.

Я положил руку на холодную металлическую стену. Весь бункер был сделан из стали, хотя часть мебели была деревянной.

Батист, а затем Улисс спустились за нами.

— Слава Богу, — прошептал Батист, и я полностью с ним согласился.

Вдруг запустился автомат, и возле наших ног раздался всасывающий звук. Все вздрогнули.

— Что это? — спросил меня Батист.

Я вдохнул через нос. Воздух имел странный привкус. Похожий на озон.

Я потянулся вниз и на уровне земли нащупал длинное, тонкое вентиляционное отверстие. Оно поглощало воздух.

— Это воздушная система фильтрации, — догадался я. – Она должно быть запускается автоматически, когда чувствует в воздухе загрязнение.

Батист и Улисс улеглись на обе кушетки. Нико старался изо всех сил, спускаясь с Максом на руках.

— Вы двое, уйдите с диванов, — приказал Марио. Батист и Улисс соскользнули на пол.

— Положи туда пострадавшего мальчика, — приказал Марио Нико.

Марио расстегнул молнию на своем комбинезоне, снял его, и сложил в прорезиненный мешок для хранения. Для пожилого человека он сделал это довольно-таки быстро.

— Здесь надо подумать. Надо думать, что делать в первую очередь, — пробормотал он.

Он прошел мимо кухни к шкафу, встроенному в стену.

— Что мне делать? – произнес Нико. Он стоял, ссутулившись, возле кушеток, и выглядел на миллион лет отроду.

— Если можешь, сними с него ботинки.

Нико начал стаскивать ботинки Макса, и тот испустил пронзительный вопль.

— Все в порядке, все в порядке, просто на секунду оставь его в покое, — сказал Марио, ковыляя с двумя пластиковыми банками с крышками, которые люди иногда используют, чтобы переносить стерильные вещи. Вы понимаете, что я имею в виду. Эти две были заполнены медикаментами. Марио положил руку на кушетку и опустился вниз, таким образом, присаживаясь рядом с Максом.

— Хорошо, сейчас должно быть хорошо. Вы, дети, снимите свои слои. Они впитали соединения.

— Ты. — Он указал на Сахалию. – Под кухонным столом есть мешки для мусора. Возьми один и собери все вещи.

Сахалия застонала, но опустилась на четвереньки и поползла на кухню.

Полагаю, остальные из нас передвигались, по его мнению, не достаточно быстро.

— Давайте там! Снимайте слои! Вы не можете быть такими уставшими, ну же!

Он был неправ. Мы были более усталыми, чем это может быть. Каждый из нас был полностью выжат.

Мы начали снимать слои, двигаясь так медленно, как зомби.

— Вам, ребятки, нужно поторопиться! Воздушный фильтр автоматический. Он будет продолжать отсасывать до тех пор, пока вы, ребята, не станете чистыми. А это не произойдет из-за ваших загрязненных нарядов.

Марио подошел к Улиссу и начал стаскивать с него толстовку.

— Думаю, что вы не понимаете. Воздушный фильтр автоматический. Он будет продолжать работать до тех пор, пока вся наша солнечная энергия не исчерпается. Затем он перейдет на газовый генератор. Газа хватит на пару дней. Так что вам, дети, надо, прыгая на одной ноге, снять эти слои и запрятать их в сумку.

Улисс начал плакать. Марио напугал его.

Маска Улисса отпечаталась на его лице. Слезы катились по грязному личику малыша.

— Ох, ради Бога. Не плачь, — сказал Марио. Его голос немного смягчился. Он отпустил рукав Улисса. — Мы приведем вас в порядок, сынок. Просто позволь снять эту одежду.

Когда со слоями было покончено, мы снова стали маленькими детьми.

Прямые черные волосы Батиста прилипли к его голове.

Большой живот Уиллиса высовывался из-под его футболки с огромным грузовиком. С футболки что-то капало. Думаю, рвота.

Нико снял с себя слои и стал худющим-прихудющим. Был ли он таким худым? Он стал похожим на скелет. Он стал похож на маленького ребенка. Я вспомнил, каким он был, таким большим и взрослым. Теперь он выглядел, как больной подросток.

Это было странно, снимать слои. Они казались частью меня. Без них я словно становился голым.

Но в результате я остался всего лишь в темно-синих кальсонах, которые были моим нижним слоем.

Я вспомнил, как натягивал слои в «Гринвее». Тогда я чувствовал себя так вдохновленно.

Дин, если ты когда-нибудь прочтешь это — ты был прав. Если бы я знал, что произойдет, как это будет ужасно и тяжело, и что в любом случае Брейден умрет, и что Джози одичает и убежит, бросив нас, я бы никогда не поддержал решение Нико уехать.

Глупо ли было думать, что мы сможем добраться до Денвера? Полагаю, да!

Что мы знаем? Мы всего лишь глупые дети.

Сахалия сняла свою последнюю толстовку и, в результате стянула и футболка (как иногда бывает). Я видел ее груди в кружевном бюстгальтере. Большое ух-ты!

Мы бросил одежду на пол, а Сахалия собрала ее и сложила в мешок для мусора. Затем девушка достала еще один для наших ботинок и масок.

Марио снял маску с Макса и открыл небольшую упаковку таблеток.

Мне не понравилось то, что я увидел. Лицо Макса было покрыто волдырями. Наихудшие из них были вокруг рта. Казалось, что Макс побывал в какой-то велосипедной аварии. Словно он тормозил лицом об асфальт. Вместо глаз – щелочки. И малыш подавлял крики.

Марио осторожно разжал губы и зубы Макса, и положил в его рот таблетку.

Почти мгновенно, лицо Макса смягчилось, и его тело обмякло.

— Дал мальчонке немного сильнодействующего препарата. Но для нас этого будет достаточно, чтобы привести его в порядок.

— У вас есть «Бенадрил»? – спросил Нико. – В прошлом это нам помогало.

Затем Нико пошатнулся назад и едва удержался, чтобы не упасть. Он изо всех сил пытался устоять. Держался на ногах, но с трудом.

— Сядь, — рявкнул Марио. — Упадешь на меня и раздавишь.

Нико рухнул в кресло.

— Это мое кресло, — проворчал Марио. Потом он более внимательно рассмотрел Нико и сменил тон. — Но ты можете посидеть там какое-то время.

Марио выудил упаковку таблеток из своей коробки и бросил ее Нико на колени.

— «Бенадрил». Выпей четыре. — Он огляделся и его взгляд остановился на мне. — Ты, там. Ты не принесешь своему другу стакан воды?