Эмма Таррелл – Здоровый эгоизм. Как перестать угождать другим и полюбить себя (страница 33)

Когда она была одна, то чувствовала себя в безопасности, но ей было одиноко, и все ее подруги начинали остепеняться. В конце концов ее лучшая подруга уговорила ее попробовать онлайн-знакомства, но тогда ее чувство, что она обязана делать так, чтобы мужчины были довольны, только усиливалось, и она пришла на терапию, чтобы разобраться с этим раз и навсегда.

Она начала с рассказа о последнем парне, с которым ходила на свидание. «Он казался очень вежливым, покупал мне напитки и задавал вопросы, но в течение вечера я чувствовала себя все более и более беспокойно, поэтому я придумала оправдание и притворилась, что у меня мигрень. Было заметно, что он обеспокоен, но я отказалась, когда он предложил подвезти меня до дома. Я просто выдавила из себя улыбку и поцеловала его в щеку, сказала спасибо за прекрасный вечер и пообещала, что мы повторим встречу. К этому моменту я уже просто хотела оказаться подальше от этого места». Когда я спросила ее, что вызвало у нее такой сильный дискомфорт, она ответила, что не может сказать, в чем было дело. Когда мы рассмотрели эту ситуацию подробнее, она поняла: «Думаю, это про– изошло из-за того, что он выглядел очень увлеченным, и я не хотела его расстроить. Мне было страшно. Когда он спросил, хочу ли встретиться с ним еще раз, я сказала «да», хотя на самом деле не хотела этого. Я просто хотела, чтобы наша встреча закончилась легко и дружелюбно, чтобы он позволил мне уйти и не закатил сцену. Я думала, он разозлится на меня, если я скажу, что не заинтересована». Бессознательно Лена держалась за веру, что, если она чем-то не угодит любому мужчине, он разозлится на нее, а ее приучили считать, что не провоцировать их – ее ответственность. Будучи Миротворицей, она обращала свой страх в угодничество и приспосабливалась к мужчинам, чтобы они вели себя милостиво.

Лена пыталась никогда не расстраивать или не злить мужчину оттого, что в какой-то степени боялась, что он может напасть на нее. Ее отец подвел ее в этом смысле, создав в ней убеждение, что она должна была управлять им, что заставляло ее плясать вокруг его непредсказуемого настроения, чтобы вызвать реакцию, которая ощущалась как безопасная. Она никогда не винила его, как и любого другого мужчину – только себя. Она боя– лась спровоцировать их злость, когда сама имела все основания испытывать злость.

Мы никогда точно не узнаем, были ли правдивы ее инстинкты насчет парня в этом случае, она так и не назначила новую встречу с ним, но критически важно позволять себе действовать в соответствии со своими ощущениями, и она правильно сделала, что вышла из ситуации, которая показалась ей небезопасной. В отличие от угодников, отученных пользоваться интуицией и ставящих себя под удар, интуиция Лены была сверхчувствительна и говорила ей бояться отношений с мужчинами вообще, без разбирательств вынося вердикт, что они все опасны и непостоянны. Я точно не хотела, чтобы ее интуиция притупилась, но хотела помочь ей усовершенствовать ее, и наша работа строи– лась вокруг разбора старых сообщений, которые она получала, чтобы она могла чувствовать себя увереннее и спокойнее на свиданиях в будущем.

Злость – энергия для изменения

Эмбер развила паттерны Резистора, чтобы ограничить влияние Тени, принуждавшей ее угождать брату, а Лена выпускала внутреннюю Миротворицу, когда ощущала угрозу от мужчин. Ограничение влияния опасности или дисфункциональных ситуаций предлагало своего рода частичное решение, но оно опиралось на поиск обходных путей, а не пути решения проблем. Чтобы найти значимый путь к преодолению конфликта, мы должны направить свою злость, превратив ее в энергию для изменения ситуации, чтобы обозначить границу и сказать «нет» неприемлемому поведению. Женщин-угодниц часто воспитывали без разрешения злиться, и они стараются обходиться социально приемлемым чувством страха. Неспособные уверенно вступить в конфликт, как Лена, они вынуждены использовать страх, чтобы попробовать его избежать. Злость, которую окрестили опасной или недопустимой, заменяется безобидным страхом или тревогой, которую можно не замечать. Девочки, которым разрешалось бояться буйных мальчиков (но не разрешалось злиться на них), стали женщинами, которые все еще побаиваются доминантных мужчин и потеряли контакт со своей собственной силой и способностью к самосохранению. Если мы способны действовать только из страха, то можем надеяться лишь выбраться из токсичной ситуации, поменять что-то в себе, при этом никак не противостоять плохому поведению.

Злость – энергия для превращения, которая поможет вам прекратить угождать другим и начать угождать себе.

Пока мы рассмотрели, как сдерживаемая злость может выливаться в чувства обиды или вины и как общество активно не поощряет злость. Когда я говорю о злости, я не имею в виду деструктивные вспышки гнева или насилие, которое ранит и окружающих, и нас самих. Я не имею в виду состояние сопротивления или негатива, на которое мы себя обрекаем, когда гневаемся на систему или затаиваем обиду. Я говорю о чистой, простой эмоции, которая вспыхивает в нас, когда кто-то нарушает нашу границу. Я говорю о трении, которое мы ощущаем, когда что-то идет не так, и эта трещина дает нам энергию для изменения. Злость всегда была нужна только для того, чтобы дать сигнал к изменению. Первое сообщение младенца, форма этой первобытной энергии к изменению: ребенок плачет, когда нуждается в том, чтобы мама что-то изменила в его состоянии – покормила, взяла на руки, поменяла одежду. Внесите изменение – и плач прекратится. В этом смысле протест – это наша первая линия самозащиты. Без злости как сигнала к изменению и средства самосохранения мы остаемся на милость хорошего поведения окружающих или их способности читать мысли, что глупо и небезопасно. Мы должны надеяться, что они поступят с нами хорошо, даже когда мы, взрослые люди, не поступаем хорошо по отношению к себе.

Злость часто представляют негативно, как что-то, чем надо «управлять», но это не так. Ярость разрушительна, насилие неприемлемо, но уместная злость полезна для здоровья. Это эмоция, не действие. Это систематическая постоянная часть моей работы – переустановка сообщений о злости, которые женщины-угодницы получили когда-то. Им нужно новое сообщение, что злость – не опасна, не уродлива, не разрушительна и не бессмысленна, а функцию она выполняет, пожалуй, самую важную из всех остальных эмоций. Она говорит нам, когда что-то должно измениться.

Злость – ваш друг

Попробуйте вспомнить, какую роль злость играла у вас дома, когда вы были маленькими, кто выражал злость, а кто не выражал, и что вы научились делать со своей злостью и похожими на нее эмоциями.

Может, вы вспоминаете, что для мальчиков и девочек правила были разными. Мальчики могли драться, а девочки только плакать. Злящиеся девочки «командовали», а злящиеся мальчики «обладали лидерским потенциалом». Возможно, только взрослым разрешалось злиться или злость у вас дома ощущалась небезопасно. Много женщин-угодниц доверили мне, на что они идут, чтобы защитить других людей от злости, собственной и чужой. Эта эмоция ощущается как что-то небезопасное, и зачастую эти женщины испытывали на себе, что такое злой родитель. Вырастая, они стойко держатся в токсичных отношениях и на неблагодарных работах, пытаясь припарками лечить то, что мертво, чтобы сохранить статус женщины, которая не злится.

Может, никто не проявлял злость в вашей семье, и все закапывали свои обиды или становились нерешительными перед враждебностью. Будучи взрослыми, вы пытаетесь выйти из любого варианта развития событий с помощью дипломатии и сочувствия. Вы избегаете конфронтации и отказываетесь от своего права на ответ.

Все эти тактики исходят из благих намерений, и их можно понять, но они очень ограничены и нереалистичны, когда в дело вступает закон джунглей. Неспроста животным с большими зубами редко приходится защищаться от нападения. Позвольте окружающим увидеть, что у вас есть зубы, и вы обнаружите, что вам не придется их использовать. Дайте себе разрешение чувствовать злость, и вам не придется действовать так, как злость вам указывает, потому что ваши границы будут четко очерчены и их придется уважать.

Если вас не научили, что чувствовать злость и иметь зубы – нормально, то дайте себе это сообщение сейчас. Не держите злость на скамейке запасных. Когда она возникает в чистом виде и в уместный момент, она заслуживает того, чтобы дать ей размяться и выпустить на поле. Это ваша первая и лучшая линия самосохранения. Чтобы делать приятное себе, вам нужна вера, что вы заслуживаете защиты. Вам надо верить, что вы достаточно важны, чтобы подать голос, когда вам есть что сказать, и обнажить зубы.

Скажите себе, что вы имеете значение, что вы заслуживаете хорошего к себе отношения и что в ваших силах что-то изменить, если кто-нибудь плохо к вам относится. Используйте злость как эмоцию, которая патрулирует периметры вашего чувства себя и реагирует, когда на ваши границы покушаются. Позвольте ее энергии к изменению послужить вам, чтобы заново установить границы и остаться честными самим себе.

Возможно, кто-то недавно вторгся в ваше пространство. Спросите себя, что вам нужно сделать, чтобы заново установить границу так, как вам кажется уместным, помня, что всегда можно передумать, принять новое решение и пересмотреть контракты. Возможно, вы сказали «да» чему-то и жалеете, что не сказали «нет». Вернитесь обратно и найдите способ сказать «нет» сейчас; «нет», это не «наводить суматоху» и не «странно», это по-настоящему и по-человечески: «Я знаю, что я сказала, но с тех пор поразмыслила над этим и поняла, что должна была сказать «нет». Я тогда не хотела тебя ранить, и мне жаль, если сейчас я тебя расстроила». Или вы вообще не очертили границу, и с этого надо начать. Здоровая злость в действии – уважительная и утвердительная, положительная энергия для изменения. Женщины-угодницы, которых отучили чувствовать злость, оставались, как это ни прискорбно, беззащитны против злоупотребления силой и потому опирались на угоднические стратегии и приспособление к окружающим, чтобы обезопасить себя в мире, полном острых зубов.