Эмма Стил – Секунда между нами (страница 22)

Тогда она осознала: между ними происходит что-то очень серьезное. То, чего она никогда не испытывала раньше и вряд ли испытает когда-либо еще.

– Где собираешься здесь работать? – спрашивает Дженн.

Марти поворачивается к ней.

– Один небольшой хедж-фонд в городе, – отвечает он.

– «Один небольшой хедж-фонд в городе», – с улыбкой передразнивает Робби. – Да, в последнее время дела у Марти идут неплохо.

Она знала, что он говорит искренне, хотя в его голосе звучит и горечь.

– Почему ты решил вернуться? – спрашивает Дженн.

Она чувствует себя на удивление легко и комфортно в обществе Марти, хотя они встречались только один раз. Как будто они дружат уже тысячу лет. Все эти дурацкие открытки, валяющиеся по всей квартире, пьяные телефонные разговоры после паба, когда у Марти за океаном вечер только начинается.

Марти пожимает плечами:

– Наверное, просто надоело жить там, вдали от дома. Нет, все здорово, не пойми меня неправильно, но все-таки я всегда был немного домашним птенчиком.

Дженн кивает, пытаясь представить, каково это – жить за границей. Ведь у нее когда-то были такие планы.

– Ну что, – продолжает Марти, переводя взгляд с одного на другого, – значит, вы уже три года вместе?

– Именно, – отвечает Робби и обнимает Дженн за талию.

Ей и самой верится с трудом. Неужели прошло уже три года? Она любит его все так же сильно.

– А что с той девушкой, с которой ты встречался в Нью-Йорке? – спрашивает Робби. – Тиффани, кажется? Я думал, у вас все серьезно.

– Ее зовут Тори, – с расстановкой произносит Марти, – и нет, в итоге у нас с ней ничего не вышло.

– Печально, дружище. «Еще один повержен в прах»[22].

Марти улыбается:

– Еще не вечер, и все такое. Ну, мало ли, может, я с кем-нибудь познакомлюсь на вашей свадьбе.

Робби чуть не поперхнулся своим напитком. Его рука соскальзывает с талии Дженн.

– На нашей свадьбе?

По лицу Марти пробегает тень недоумения.

– Простите, ребята, это была всего лишь шутка. Я просто предположил… – Он осекается. – Робби, только не говори, что, пока меня не было, ты растерял все чувство юмора, – быстро произносит он и смеется.

– Не дай боже! – отвечает Робби и тоже заливается смехом, но этот смех наигранный. Неуверенный.

Дженн чувствует смятение. Разве это так ужасно – жениться на ней? По правде говоря, она сама не уверена насчет свадьбы. Куча людей будет пялиться на нее, да и с родными все сложно. Но просто зарегистрироваться – почему нет. Ей казалось, они движутся в этом направлении.

Или она ошибается?

Она не успевает обдумать все как следует, потому что в дверь снова звонят.

– Я открою, – говорит она, уже зная, кто пришел.

Она не собирается зацикливаться на этом моменте весь вечер. Пожалуй, она и так слишком много думает на эту тему. В конце концов, им всего по двадцать восемь. Далеко не у всех их друзей вообще есть вторые половинки. Не будь слишком требовательной.

Когда она выходит в коридор, выражение ее лица меняется. Парни что-то с хохотом обсуждают на заднем плане. Она открывает дверь – на пороге стоит Хилари. Блестящие волосы, неестественный загар. В одной руке она держит букет розовых и фиолетовых цветов, в другой поблескивает бутылка вина.

– Привет! – Дженн расплывается в улыбке и тянется, чтобы обнять подругу.

– Он уже здесь? – шепчет Хилари, входя внутрь.

Она скидывает пальто кремового цвета, и в воздухе разливается густой аромат ее духов. Дженн берет ее пальто и вешает на крючок. На Хилари облегающее розовое платье и шпильки с ремешками, – Дженн сразу становится неуютно в обычных джинсах и черной майке. Вообще-то они не планировали сводить Марти с Хилари, но все сложилось так удачно, как пазл, – еще должна была прийти Кирсти со своим новым парнем. Дженн показалось, что Марти вполне во вкусе Хилари. Хотя, пожалуй, Марти во вкусе любой женщины.

– Привет, Хилс, – говорит Робби, как только они появляются в гостиной, и тут же направляется к Хилари. Они крепко обнимаются, потом, отстранившись, Робби с улыбкой спрашивает: – Как тебе удалось сегодня смыться с работы? Удивительно, что нам всем удалось собраться в субботу вечером.

– О, ты тоже повар? – сразу спрашивает Марти. При виде Хилари его глаза загорелись.

Она приветливо улыбается ему, ее щеки покрываются румянцем.

– Нет-нет, я врач. Как Дженн.

– Здорово, – говорит Марти, внимательно ее разглядывая. – А какой именно врач?

– Как и Дженн – врач неотложки.

– Впечатляет! Да, кстати, меня зовут Крис, – добавляет он со смехом. – Немного забегаю вперед.

– А где же Марти? – вклинивается Робби. Он улыбается, но выглядит растерянным.

– Господи, я давно уже не представляюсь этим именем, – отвечает Марти, продолжая улыбаться Хилари. – Пора уже повзрослеть.

Дженн чувствует: если бы она сейчас протянула руку между Марти и Хилари, она ощутила бы перекрестный огонь невидимых искорок – тех самых, что возникают в самом начале, когда все так радужно и весело. Никаких ожиданий и недопонимания.

– Наверное, ты прав, – говорит Робби рассеянно и хлопает в ладоши. – Пора выпить! Хилс, что тебе принести?

– Что угодно, – отвечает она. – Вот, это вам, – говорит она, протягивая Робби вино.

– О, ты просто женщина моей мечты, – ухмыляется он, глядя на бутылку, а потом обращается к Дженн: – Дамы предпочитают просекко?

– Да, было бы неплохо, – отвечает Дженн, пытаясь прочитать мысли этого человека, которого она знает как свои пять пальцев. Или думает, будто знает. Что у него в голове?

– Я мигом, – говорит Робби и выходит из гостиной. Как ни в чем не бывало, как будто ничего не случилось.

Провожая его взглядом, Дженн слышит звонок в дверь. Кирсти. Она встает, чтобы открыть, и замечает, что свечка на столе в центре гостиной дрожит, будто под порывами ветра. Волосы у нее на руках встают дыбом, а тело пробивает дрожь.

Две недели спустя

Длинная темная комната. За деревянными столами выпивают люди. Сквозь огромные, от пола до потолка, окна видна мощеная улочка. Неоновые огни за барной стойкой. Мы в Вест-Энде, – я хорошо знаю это место. Оглядываюсь в поисках Дженн. Они в углу: у него пинта, у нее бокал белого вина. На нем зеленый свитер, на ней то самое синее пальто. Судя по всему, сейчас осень, а значит, с того ужина прошло совсем немного времени. Как все это связано с возвращением Марти?

Я пробираюсь к ним между пустыми столиками. Наверное, это середина недели. Раньше мы часто выбирались куда-нибудь поужинать или выпить, если оба были не на смене и на следующий день не работали. Правда, выходные у нас совпадали не всегда. Сначала мы отправлялись в ресторан – корейский, греческий, турецкий – какой подвернется. Потом шли в бар, иногда выпивали немного, иногда больше, а после гуляли, болтали и смеялись.

Я тихонько присаживаюсь на деревянную скамью рядом с Дженн. Не хочу прерывать разговор, чтобы не напугать ее. Слушай внимательно, Робби. Тут должно быть что-то важное.

– Сегодня я видела Хилари на работе, – говорит она и делает глоток вина.

– Да? – спрашивает «другой» Робби без особого интереса. – Ну и как она?

– Хорошо. – Дженн приподнимает брови.

– Что значит этот взгляд?

– Она сказала, что у них с Марти было уже два свидания. Кажется, у них все складывается неплохо.

– Правда?

– Разве он тебе не рассказывал?

Робби отрицательно качает головой и отпивает из кружки.

– Что ж, отлично, – говорит он. – Они будут прекрасной парой.

– Ага, – отвечает Дженн и начинает крутить ножку бокала. Она как будто хочет что-то добавить, но он уже уткнулся в телефон, стал прокручивать ленту и смеяться. Вечно он в своем чертовом телефоне.

Она нервно откашливается, и он поднимает глаза.

– Помнишь, Марти как-то сказал про свадьбу?