Эмма Смитх – Судьба по договоренности (страница 21)

Скоро мы выходим к месту, где рядом огромные камни и море. Море видно уже издалека – и у меня перехватывает дыхание. Оно такое… большое. Сильное. Свободное.

Ветер подхватывает ткань никаба, и кажется, будто он тоже смеётся вместе с нами.

– Пахнет… солью, – шепчет Амина, будто боится спугнуть запах.

– Пахнет жизнью, – говорю я, сама удивляясь собственным словам.

И вдруг Равана решительно снимает обувь.

– Всё. Я не могу. Я хочу почувствовать землю.

– Равана! – Амина шепчет испуганно. – А если кто-то увидит?

– Кто? Рыбы? – Равана пожимает плечами. – Пусть завидуют.

Амина смотрит на неё секунду… и тоже скидывает обувь.

Я держусь ещё мгновение – а потом сдаюсь. Мы снимаем обувь, и холодная влажная земля под ступнями кажется самым дорогим прикосновением в мире.

И мы – три девочки в никабах, босиком – начинаем бежать к морю.

Бежим неровно, спотыкаясь, пытаясь не запутаться в ткани, и смеёмся так, что уже не получается делать это тихо.

– Я сейчас упаду! – кричит Амина.

– Падай красиво! – отвечает Равана.

Амина, конечно, не падает красиво: она цепляется за край ткани и почти “ныряет” вперёд, успевая в последний момент удержаться. Мы хохочем. Она возмущённо фыркает:

– Я вообще-то грациозная!

– Да-да, – кивает Равана. – Особенно когда тебя атакует твой же никаб.

Мы добегаем до воды. Волна подползает к нашим ногам – и я вздрагиваю от холода, но через секунду мне становится так хорошо, что хочется закричать.

Амина визжит первая:

– А-а-а! Холодное!

И тут же, будто назло страху, делает шаг глубже, намочив ноги по щиколотку.

– Я… я это сделала! – она почти в восторге. – Я намочила ноги!

Равана брызгает на неё водой ладонью:

– Поздравляю, взрослая жизнь началась!

Амина тут же мстит – и брызгает на Равану. Равана отскакивает, но запинается о камушек и… едва не теряет равновесие.

– Ой! – выдыхает она.

Я хватаю её за руку. Мы обе смеёмся.

Я смотрю на них – и понимаю, что эти минуты стоят больше, чем все “правильные” правила этого дома. Мы радуемся морю так, будто это праздник. Будто мы впервые увидели мир.

А я стою и думаю: как же мы дошли до того, что обычное море кажется чудом?

Не знаю, сколько времени прошло, но мы наконец направляемся туда, где мне страшнее всего и важнее всего одновременно – к университету, куда я подавала документы.

С каждой улицей сердце бьётся быстрее. Я не уверена, что мне хватит сил. Я не уверена, что не расплачусь прямо у входа.

Равана замечает это. Она мягко берёт меня за плечо.

– Всё будет хорошо, – говорит уверенно. – Просто скажи своё имя. Дыши.

Мы подходим к администратору. Я называю себя – и голос у меня дрожит.

Женщина смотрит в бумаги.

– Да, вы поступили, – говорит она спокойно. – Очень хорошие результаты. Учёба начнётся с 5 октября.

У меня будто земля уходит из-под ног.

– А… заочно можно? – вырывается у меня.

– Конечно, – кивает она и протягивает листы.

Минут пятнадцать мы заполняем документы. Я держу ручку так, будто она может исчезнуть. Внутри – тёплый ком. Я хочу смеяться и плакать одновременно.

– Для обучения вам понадобится смартфон или ноутбук, – добавляет администратор.

Я киваю… и тут реальность ударяет: у меня нет ничего. Ни телефона, ни ноутбука. Я словно снова слышу голос Мурада: “ты здесь для семьи”.

Равана наклоняется ближе, тихо:

– Не переживай. У Арсена есть запасной ноутбук, он им почти не пользуется. Я смогу давать его тебе, когда его не будет дома.

Я смотрю на неё, и в горле встаёт ком.

– Спасибо… Равана. Ты даже не представляешь, как ты меня выручила.

Она отмахивается, но глаза у неё тёплые:

– Представляю. Поэтому и помогаю.

Я резко вспоминаю время.

– Девочки, домой, – говорю я. – Пока они не приехали.

Мы возвращаемся быстро. Сердце снова превращается в барабан. Мы пробираемся через окно, закрываем, приводим всё в порядок, будто нас тут и не было.

И когда последняя створка становится на место, мы замираем… а потом все трое вдруг начинаем тихо хохотать, потому что напряжение отпускает.

Позже мы сидим в комнате у Амины и вспоминаем рынок.

– А помните козу? – шепчет Равана.

Амина краснеет:

– Она первая начала!

– Она просто хотела с тобой познакомиться, – невозмутимо говорит Равана. – А ты носилась по рынку, как будто тебя преследует армия.

– Она была страшная! – возмущается Амина.

– Коза, Амина. Это была коза.

– А ты видела её взгляд? – Амина делает круглыми глаза. – Она смотрела на меня как… как Заира!

Мы захлёбываемся смехом, пытаясь не шуметь слишком громко.

И вдруг в комнату заходит свекровь.

Мы моментально замолкаем – как дети, которых застали за шалостью. Но она смотрит на нас… и улыбается. Настоящей улыбкой. И в этой улыбке столько усталой доброты, что мне становится тепло.

Она садится с нами на маленький диван.