Эмма Скотт – Грешник (страница 54)
– Ах. Вот и она, – протягивает он, притворно вздыхая.
Каждый мускул в моем теле напрягается.
– Что?..
Но он уже рассеивается у меня на глазах.
– Нет! – Я кричу и протягиваю руки вперед. –
Ураганный порыв ветра разрушает то, что осталось от таверны, которая уже почти опустела. А те, кто не успел убежать, чувствуют мою ярость.
Я окидываю взглядом безмолвные руины.
– Люси…
24
Слезы капали на страницы, размывая написанные Касом слова.
– Нет, – прошептала я. Потом громче. – Нет. Нет!
Я отшвырнула одеяло, надела длинную футболку со спортивными штанами и распахнула входную дверь. Дождь лил как из ведра. Хотя было всего несколько часов после полудня, темное свинцовое небо, казалось, предвещало скорое наступление ночи. Сверкнула молния, и я повернулась лицом к буре.
– Кассиэль! – закричала я.
Это его настоящее имя. Мы были связаны узами. Он должен вернуться ко мне; у него не было выбора.
Ничего.
Слезы на щеках смешивались с дождем. Я глубоко вдохнула, чтобы позвать его снова.
– Это не сработает, – произнес низкий, ровный голос. – Он чертовски упрямый дурак, но тем не менее могущественный.
Я тихо вскрикнула. У подножия лестницы к перилам прислонился красивый мужчина в кроваво-красной куртке из дорогого бархата. У его тонкой талии висел пристегнутый меч. Черные крылья были потно сложены, и дождь стекал с них серебряными каплями. Мужчина небрежно скрестил руки на груди, как будто ливень не промочил его до костей. Черные глаза на идеальном лице наблюдали за мной.
– Кто ты?
– Амбри, к твоим услугам. – Он низко поклонился, и с его золотых волос закапала вода. Затем он выпрямился, изучая меня. – Я могу понять, почему он в тебя влюбился и следует за тобой на протяжении веков. Воистину, ты ослепляешь.
– Где он?
– Отправился на встречу с Небытием.
Это слово напугало меня до глубины души, когда я прочитала его в записке Кассиэля, и теперь снова, когда услышала от демона.
– Что такое Небытие?
– Полное исчезновение.
– Я думала, демонов нельзя убить. Они бессмертны.
– Все души бессмертны, – произнес Амбри, – пока они не решат с этим покончить. Небытия можно достигнуть различными способами. Например, демон убивает другого демона в человеческом обличье. Наш общий друг отправился затеять драку с единственным демоном, достаточно могущественным, чтобы отправить его в Небытие. Если хочешь остановить его, тебе нужно призвать не Кассиэля.
– Астарота, – пробормотала я.
– Именно. Но это не детская игра, голубка моя. За спасение твоего возлюбленного Астарот потребует… обмен.
Но я уже знала, чего хотел Астарот за свободу Кассиэля. Я поежилась под холодным дождем, а затем стиснула зубы, чтобы они не стучали.
– Как мне его призвать? Произнести его имя явно будет недостаточно.
– Согласен. Тебе придется провести настоящий ритуал.
Мною овладевало отчаяние. Время по минутам ускользало с каждой падающей каплей дождя.
– Как? Я не знаю, что мне понадобится и что нужно делать… – Я остановилась, задумавшись. – Печать Астарота. Ее образ врезался в мою память так же глубоко, как и в спину Кассиэля.
– Умная девочка. А это поможет запереть его в границах печати. – Амбри порылся в кармане куртки и достал тонкую черную свечу. – Я стащил ее у старика. Не благодари.
– А как же дождь?
Он фыркнул и бросил мне свечу.
– Черной магии плевать на ваш дождь. Ты за гранью реальности, девочка.
– Почему ты мне помогаешь?
Он ухмыльнулся.
– Очень может быть, что я помог тебе обречь себя на вечные страдания, которые ты и представить себе не можешь.
– Ты здесь из-за Каса. Потому что тоже его любишь.
– Любовь – это сильное слово, которого нет в моем лексиконе, – парировал Амбри. – Как и у любого другого демона, если подумать. Это скорее противоречит нашим принципам, хотя я признаю определенную… привязанность к нему. – Он пожал плечами. – И, на твоем месте, мне бы хотелось иметь право голоса касательно своей судьбы. Но постарайся не быть к нему слишком суровой, голубка. Кассиэль хочет защитить тебя любой ценой. Оградить…
– От моей собственной жизни, – закончила я. – Мне не нужно, чтобы меня защищали. Я хочу…
Жить. Жить своей жизнью, со всей ее болью, горем, любовью и радостью. Хочу быть героиней своего собственного романа. Чтобы Кассиэль не спасал меня снова и снова, особенно если спасение означает, что я, целая и невредимая, вернусь к своей маленькой скучной жизни, а он будет страдать или вообще перестанет существовать. Он тоже был достоин спасения, даже если сам в это не верил.
Амбри кивнул, словно прочитав мои мысли.
– Ну ладно. Что ж, я ухожу. Будь осторожна. Постарайся не затащить себя в ад. Там не так весело, как может показаться.
– Подожди! Останься. Помоги мне призвать Астарота.
– Я сделал все, что в моих силах. Еще немного, и меня будут пороть горящими плетьми до тех пор, пока не слезет кожа, – обычно крайне приятное занятие… Кроме того, тебе не нужна моя помощь. Я недостаточно силен.
– А я?
– Люди бесконечно могущественнее моего вида. – Он небрежно облокотился на перила, как будто мы не стояли посреди ливня. – Открою тебе маленький полезный секрет: единственный способ вас победить – это когда вы сами нам позволите. Удачи, голубка.
Я с благоговейным трепетом наблюдала, как он превратился в облако блестящих черных жуков, растворившихся в ночи.
Когда Амбри исчез, я поспешила в свою квартиру и порылась в ящике стола в поисках старой папиной «Зиппо». Не давая себе времени передумать, я вышла обратно на улицу, в потоп. Дождь промочил одежду насквозь, и меня начала бить дрожь.
Я обыскала заваленную мусором площадку и нашла старую метлу, которую кто-то выбросил. С ее помощью расчистила большой участок земли, превратившейся сейчас в грязь, и закрыла глаза. Вспомнила клеймо, выжженное на спине Кассиэля, каждую линию, каждый завиток. Затем перевернула метлу и с помощью черенка начала воссоздавать пентаграмму с ее линиями и кругами.
Когда все было готово, я отбросила метлу в сторону, поставила свечу Амбри в центр и зажгла ее от зажигалки. Не было никакой
Я сделала глубокий вдох, пытаясь подавить нарастающий страх. Медлить было нельзя. Я понятия не имела, что произойдет дальше, но обязана сделать все, что в моих силах, ради спасения Кассиэля. Потому что еще не слишком поздно. Иначе, не верь я в это, у нас бы не осталось шанса.
Я встала у края пентаграммы и воздела руки к небу.
– Астарот!
Ничего не произошло. Я стиснула зубы, готовая попробовать еще раз, когда с земли начал подниматься пар. Свеча неестественно задымила, и в воздухе разлилась отвратительная вонь. Грязь закишела от змей, словно под землей прорвало трубу. Извиваясь, они расползлись из центра пентаграммы по углам площадки и стали обвиваться вокруг моих лодыжек.
Завитки дыма собрались в облако, и запах гнили стал почти невыносимым. Я отшатнулась назад, прикрыв нос рукой. Змеи зашипели, когда я на них наступила, а сердце чуть не выпрыгнуло из груди от понимания, что я натворила. У моих ног извивалась вызванная мною же злая энергия.
Облако рассеялось, и на его месте появился Астарот.
На свадьбе на нем был человеческий костюм, но теперь он возвышался надо мной во всей своей ужасной, демонической красе. Дождевая вода блестела на черных рогах. Его крылья затмили небо, раньше времени призвав ночь, и удерживали разлагающееся тело демона в нескольких футах от земли. С огромным мечом в руке, он выглядел ужасно счастливым.
– Я знал, что ты позовешь, моя сладкая.