Эмма Скотт – Грешник (страница 53)
– Не извиняйся, приятель, – говорит джинн, все еще переводя взгляд с одного на другого. Но он знает, что лучше не вмешиваться в дела эрцгерцогов. Когда он удаляется за инвентарем для уборки, я бросаю на Амбри подозрительный взгляд.
– Ты что-то задумал?
– Черт возьми, мужик, это же Небытие, – шипит он, наклоняясь ко мне. – Назад пути нет. Возможно, ты не задумывался об этом достаточно серьезно, как следовало бы. В отличие от меня.
– Я все обдумал.
– А твоя жена? Трудно представить, что она довольна твоим выбором.
– Ее безопасность превыше всего. Если бы на кону стояла только моя душа, я мог бы найти другой выход. Но теперь Люси в реальной опасности. – Я понижаю голос. – Ее хочет Астарот, Амбри. Если я уйду, у нее не будет причин соблазняться его обещаниями. И она снова сможет полюбить.
Амбри фыркает, когда Эйстибус возвращается со свежими рюмками текилы.
– Ты не одобряешь? – спрашиваю я и благодарно киваю джинну.
– Я предпочитаю принимать решения о ходе только своего собственного существования, – с ухмылкой отвечает Амбри. – Но это всего лишь я.
Я усмехаюсь.
– И рискнуть обречь ее на порочные замыслы Астарота? Потому что она пошла бы на это ради меня.
– Судьба, конечно, ужасная, и я не эксперт в таких вопросах, но… – Амбри обращает на меня взгляд своих черных глаз. – Это ее жизнь.
Он прав. Ли’или, которую я знаю, презирала бы меня за отведенную ей роль пешки в этой игре, даже если каждое мое действие направлено на ее защиту. Все ради ее защиты.
Я качаю головой.
– Она не осознает, что лежит по Другую Сторону, а ты, по-видимому, слишком много времени провел на Этой Стороне и забыл. Нет, я не буду так рисковать. И не стану обрекать ее на вечные страдания. Не тогда, когда могу спасти ее.
– Ага, просто покончив со своим существованием.
– А есть альтернатива?
– Может, и есть, – пренебрежительно бросает Амбри. – Я тут пораскинул мозгами, как любят говорить американцы, но ты когда-нибудь задумывался о том, что столь желанное тобой прощение – твое собственное?
Долгое мгновение я смотрю на него, а затем залпом выпиваю вторую порцию текилы.
– Ох, Амбри. Тебе всегда удавалось рассмешить меня. – Я кладу руку ему на плечо. – Спасибо тебе, мой друг. Я буду по тебе скучать.
Он кривит губы и отводит взгляд, бормоча что-то себе под нос.
Я машу Эйстибусу и хватаю его за запястье. На лице джинна читаются одновременно растерянность и испуг.
– Милорд?
– Прощай, Эйстибус. И приношу свои извинения. Здесь скоро будет бардак.
– Прощай? – Эйстибус бросает взгляд на Амбри, но тот еще ниже склоняется над выпивкой, по-прежнему обиженный.
Я отворачиваюсь от них обоих, прежде чем позволю Амбри отговорить меня. Шагаю к двери в заднюю комнату, на ходу вытаскивая из-под крыльев двуручный меч. Другие демоны смотрят на меня широко раскрытыми глазами, предчувствие сгущается в помещении подобно дыму. Я задерживаюсь на мгновение, чтобы вскипела кровь, позволяя гневу и ярости на Астарота завладеть мною. На демона, чья ложь довела меня до подобного существования. Но правда безжалостна: он не обладает никакой силой, кроме той, которую я сам ему дал.
А я отдал ему все.
Тогда и приходит гнев, но не на Астарота, а на себя. За то, что был таким глупым и слабым. Я не смог защитить свою жену, а затем выбрал худший из возможных путей побега от боли, уничтожив наше будущее навсегда.
С рычанием вышибив дверь, отчего она разлетается на щепки, я врываюсь внутрь. Темноту комнаты, в которой горит единственная черная свеча на маленьком столике, разгоняет льющийся из общей залы свет. Зловоние здесь просто безбожное.
Астарот восседает на диване и ждет меня, поглаживая голову свернувшейся на полу гигантской змеи. Белый питон излучает свой собственный призрачный свет, его черные глаза наблюдают за мной.
– Какое эпичное появление, – лениво протягивает Астарот, а затем корчит гримасу. – От тебя воняет ею. – Он наклоняет голову, ухмыляясь. – Уже попрощались?
Я сжимаю пальцы вокруг рукояти меча.
– Вовсе не обязательно с ней прощаться, – продолжает он. – Будет легко заманить милую Люси в наше царство. Я вполне готов поделиться ею…
Я издаю нечеловеческий рев и вонзаю меч в маленький антикварный столик. Ножки стола разлетаются в щепки, а черная свеча падает на пол и катится в мою сторону, но ее пламя даже не дрогнуло.
– Ты никогда к ней не притронешься! – рычу я сквозь стиснутые зубы. – И не будешь иметь с ней ничего общего!
Астарот явно забавляется, мои угрозы для него – пустой звук.
– Теперь ты не особо можешь на что-то повлиять, разве нет? Это-то и раздражает тебя больше всего – ты полностью утратил контроль. Твоя ложь и эгоизм довели ее до грани. Мне ничего не будет стоить переманить ее…
Издав еще один рев, я обеими руками заношу меч над головой и, словно палач, отсекаю змее голову. Длинное тело корчится, а затем замирает и испаряется, переносясь на Другую Сторону. Остается лишь едкая вонь.
Рывком крыльев Астарот поднимается на ноги, и его лицо искажается от гнева.
– Ты заходишь слишком далеко, мальчик, – вскипает он, вытаскивая свой собственный меч.
Я готовлюсь к битве – моей последней битве, – и вдруг рядом возникает Амбри, дергая меня за плечо.
– Астарот, мой уважаемый повелитель, – произносит он с коротким поклоном. – Прости Кассиэля, он в плохом настроении. Долгая бессонная ночь. Ты же знаешь, как это бывает. Сам знаю, с людьми такое случается. – Он усмехается. – Они действительно могут измотать тебя в спальне. Но сейчас ему лучше, не так ли, Кас?
Я недоверчиво поворачиваю к нему голову. Он бросает на меня настойчивый взгляд, а затем быстро с улыбкой обращается к Астароту:
– Ужасно сожалею о змее, милорд, но Кас не хотел. Рука дрогнула. Страшная неловкость, но она вернулась на Другую Сторону живой и здоровой… эм, ну, может, не очень здоровой. Да и не очень живой тоже, если подумать.
– Молчать, – рычит Астарот. – Убирайся, Амбри! – Он переводит взгляд на меня. – У Кассиэля явно есть ко мне незаконченное дело.
Вспышка воспоминания – тонкий аромат курительной трубки просачивается сквозь красную дымку ярости, но быстро перебивается всепоглощающим смрадом кабинета.
Амбри снова кланяется.
– Да, да, конечно. Просто подумал…
Я резко поворачиваюсь к нему.
– Уходи! – рычу я и толкаю его, боясь, что болтливый язык друга навлечет на него гнев Астарота. От моего толчка Амбри падает на четвереньки, хотя я был не очень груб.
– Мои извинения, – произносит он, вставая, отряхивая свое красное пальто и пятясь к разбитой двери. – Я вижу, где мне не рады. Жаль, однако, пропустить самое интересное. Уверен, это будет прекрасный бой на мечах. Но не мой любимый вид боя, не обессудьте. – Он слабо салютует. – Ну ладно. Бывайте.
Когда он уходит, я снова поворачиваюсь к Астароту.
– Твое время на исходе, – протягивает повелитель демонов, поднимая свой клинок. – Ты вернешься на Другую Сторону и снова станешь мне служить. Если для этого придется насадить тебя на меч, что ж, да будет так.
– Да будет так, – повторяю я и делаю быстрый выпад, взмах крыльев придает мне скорости. Мой меч рассекает воздух, но Астарот парирует удар, а затем толкает меня назад.
– Дурак, – бросает он, шокированный, но довольный моей яростью. – Но если эта глупость разжигает огонь, которого тебе так не хватало, то я рад.
И я буду рад увидеть выражение его лица, когда он нанесет смертельный удар и поймет, что отправляет меня не на Другую Сторону, а в Небытие. С криком я снова атакую, и разгорается битва. Он парирует все мои удары, наши мечи поют при каждом столкновении. Шторы, мебель… наша ярость не щадит ничего в этой комнате, и все же я продолжаю.
Мы вываливаемся в общий зал таверны, и я позволяю своему гневу взять надо мной верх, как в ту ночь, когда потерял жену. Это придает мне сил. Могущества. Астарот начинает сдавать под моим натиском, но его высокомерная ухмылка нисколько не ослабевает. И я этому рад. Он понятия не имеет, что собирается даровать мне свободу.
Боль сжимает мое сердце железным кулаком.
– Да, именно этого я ждал, – восклицает Астарот, глядя на наши скрещенные мечи. – Мой прекрасный принц. Король Юга. Возможно, ты вернешь себе законное место на своем кровавом троне…
Я отталкиваю его назад, в то время как другие демоны прячутся за мебелью или вовсе сбегают. Эйстибус наблюдает из-за стойки, как буря нашей битвы разрушает его паб.
Астарот парирует еще один сокрушительный удар моего меча, но я резко проворачиваю клинок, и он наконец впивается в плечо демона. В его глазах вспыхивает ярость. Он выбрасывает вперед руку, произносит заклинание, и меня с силой отшвыривает в стену.
– Это глупо, Кассиэль, – говорит он. – Пойдем. Позволь нам…
Астарот останавливается, прислушиваясь. Затем на его лице расцветает улыбка, которую я всегда буду видеть в своих кошмарах. В его глазах загорается восторг, и он поворачивается ко мне с выражением чистейшего торжества на лице.