Эмма Скотт – Грешник (страница 46)
Хотела бы я ему верить. Хотелось бы мне верить, что это говорил мой отец. Что он все еще со мной, просто в соседней комнате. Но, возможно, это тоже было ложью.
На следующее утро я оделась на работу и упаковала материалы для презентации в старый портфель, который папа подарил мне в честь поступления в колледж. «Чтобы хранить все мои большие идеи». Он годами пустовал в шкафу.
Теперь же я сложила в него свои записные книжки и ноутбук с очень простой презентацией моей идеи с обувью в Google Slides. Не знаю, почему я все еще не отказалась от этой затеи. Наверное, потому что у меня осталась хоть капля достоинства, потому что мысль о том, чтобы валяться весь день и жалеть себя, вызывала тошноту. С другой стороны, все в моей крошечной, пустой, примитивной маленькой квартирке вызывало тошноту. Ряды любовных романов обернулись просто страницами. Страницами, полными лжи. В реальной жизни не было счастливых концов. Реальная жизнь беспощадна и полна жестоких шуток.
Например, тот факт, что Гай наконец-то заметил меня и захотел взять с собой на Шри-Ланку.
Я обыскала всю свою душу и не нашла там никаких чувств к нему. Я всю жизнь ждала искренней, настоящей любви. Возможно, даже дольше. А теперь у меня появился шанс, но мне было на него плевать.
– Притворяйся, пока не поверишь в это, – пробормотала я в метро.
Если Гай хочет вытащить меня из моей глупой маленькой жизни, я ему позволю. Меня здесь ничего не держит. И хотя я знала, что никогда не почувствую к нему ничего настоящего, все же он лучше, чем быть никому не нужной. Еще более одинокой.
Но кто я? Я понятия не имела. Но могла провести эту презентацию, очистить пляж от пластика и, возможно, сделать что-то хорошее для этого мира.
В «Оушен Альянс» я направилась прямиком в офис Гая.
– Привет, Люси, в чем дело? – спросил он. Возможно, всему виной мое воображение, но его улыбка казалась натянутой, и он с трудом заставил себя на меня посмотреть.
– Эм, нам нужно проработать много деталей по поводу поездки на Шри-Ланку. Разве не так?
– Шри-Ланку?
– Ага. Мы обсуждали это в субботу. На свадьбе.
Он склонил голову набок и сильно нахмурился.
– А что именно мы обсуждали?
Я вся напряглась.
– Ты не помнишь.
– Вот дерьмо. Я напился и наговорил глупостей? – Он наморщил лоб. – Забавно, я вообще не помню, чтобы пил. Прости, Люси, а что я сказал?
Либо он величайший актер в мире, либо его замешательство искреннее. Желудок скрутило, и я вспомнила странный запах вперемешку с мятными леденцами, и странную пустоту в его глазах…
– О боже…
– Черт, Люси, мне действительно жаль. Я не знаю, что случилось, но если я ввел тебя в заблуждение…
– Ничего подобного, – быстро прервала его я. – Мы обсуждали логистику. И все.
– Серьезно?
Я выдавила улыбку, хотя на самом деле меня сильно тошнило.
– Ага, серьезно. Ты просил помочь тебе рассчитать время по доставке всего необходимого, и я согласилась.
– Ох! – Гай расхохотался. – Что ж… отлично! Это огромное облегчение. Мне бы не хотелось думать, что я повел себя как придурок.
А значит, последствия еще хуже. Не было никакой Шри-Ланки. И никакого «долго и счастливо» для меня. Ни всерьез, ни понарошку.
– Но ты все еще выглядишь немного потрясенной. – Улыбка Гая смягчилась, превратившись в нечто похожее на жалость. – Это как-то связано с видео Эбби?
– Каким видео?
– Послушай, Люси. Я думаю, это мило, и я польщен. Но у меня есть строгий принцип «никаких свиданий с коллегами». Он уберегает меня от неприятностей…
– Какое видео?
– Пустяки. Думаю, она играла роль сводни между нами. Глупо, правда?
– Глупо. – На душе осел тяжелый мерзкий ком. – Я не понимаю. Ты про свою песню в тот вечер в караоке-баре?
На лицо Гая вернулось смущение, а у меня снова все сжалось внутри.
– Я не помню, чтобы тогда пел. – Он усмехнулся. – Что тоже хорошо. Никто не захочет слушать подобное. – Он откашлялся и начал рыться в небольшой стопке бумаг на своем столе, не обращая внимания на мой недоверчивый взгляд. – Прости, Люси, мне нужно сделать еще миллион дел перед поездкой. Тебе еще что-нибудь нужно?
– Ничего.
– Удачи с презентацией, – пожелал он мне на прощание, когда я попятилась прочь. – Жду с нетерпением.
Я вышла из его кабинета и увидела моих коллег, группками склонившихся над телефонами или собравшихся вокруг ноутбуков, хихикая и перешептываясь. При виде меня все замолчали с одинаково виноватыми выражениями на лицах.
Я подлетела к Дейлу и Ханне из отдела по сбору средств и протянула руку.
– Дайте сюда.
– Ох, Люси, тут ничего особенного, – сказал Дейл, переглянувшись с Ханной.
– Тебе не нужно этого видеть. – Вперед вышла Яна, бросая на всех предостерегающие взгляды. – Пойдем, Люси. Обсудим твою презентацию. У меня хорошие новости…
Моя протянутая рука не дрогнула.
– Покажите мне.
Дейл смущенно посмотрел на Яну, а затем передал мне свой телефон. Эбби выложила видео в TikTok – монтаж записей за последние несколько месяцев, как я пускаю слюни на Гая в офисе, пялюсь, как щенок, когда он проходит мимо, поедаю взглядом во время его выступлений на совещаниях. Документальный фильм о моей жалкой влюбленности, саундтреком к которому служит песня под названием «Заметь меня».
Кожу будто разом охватило пламенем.
– Люси, – голос Яны звучал где-то в отдалении. – Забудь. Презентация…
Презентация. Точно. Мне придется выйти перед всеми этими людьми и говорить об обуви.
Я бросилась к своему столу, чтобы собрать вещи. Навсегда. Я найду другую работу. Где-нибудь, где меня никто не знает. Буду сидеть в уголке и заниматься своим делом, ни с кем не разговаривая. Потому что на прошлой неделе стало совершенно ясно, что происходит, когда ты начинаешь привлекать к себе внимание. Унижение и боль. Мои «демоны» были правы с самого начала. Глупышка Люси отважилась покинуть свою маленькую глупую жизнь и получила за это пощечину. Жестокую.
За считаные минуты я побросала все свои вещи в сумку – их было немного. Яна за мной не пошла. Вероятно, она вместе со всеми ждала меня в конференц-зале. Она сможет возглавить этот проект с обувью и без меня.
Я закинула сумку на плечо и уже собиралась уходить, когда взгляд упал на стоявшую в бутылке одинокую красную розу, которую мне подарил Кассиэль. Она потемнела и завяла, сбросив все лепестки. Кроме одного. Остался один лепесток, и он был таким же красным и ярким, как и неделю назад.
Время для чего? Я все потеряла. Думала, что с Касом я прикоснулась к чему-то настоящему, глубокой правде о нас – обо мне, – но все это оказалось ложью. А его искупление и наш грандиозный план заставить Гая в меня влюбиться? Очередная ложь. Каждое самое сокровенное желание моего сердца вытащили на свет и растоптали в пыль.
Глаза наполнились слезами, и я опустилась на стул, уставившись на розу.
– Нет, папа, – прошептала я, роза окончательно расплылась. – Я не могу…