Эмма Ласт – Я выбираю тебя - Эмма Ласт (страница 27)

— Ты — лесная нимфа, вживайся в образ!

Он фотографировал ее у стены из живого мха, потом на качелях, увитых цветочной лозой и под конец, когда Ангелина и вправду почувствовала себя нимфой, сказал:

— Бассейн готов, идем.

Они прошли во второй зал, где в центре бетонного пола стояла имитация тропической лагуны: каркасный бассейн обшили деревом, по бортам положили панели из искусственного камня, а на дно насыпали песка и гравия, так что ни у кого бы не возникло сомнений, что фотографии были сделаны на лоне природы.

— Залезай, — Станислав опустил руку в воду и ободряюще кивнул. — Вода отличная.

— Я не уверена.

— Уверена, — перебил он, и в дверях показалась девушка с махровым халатом. — У нас есть пять минут, потом сюда прибегут любительницы поиграть в русалок.

— В платье? — уточнила Ангелина, и вместо ответа Станислав поднес камеру к лицу.

Она разулась и забралась по лесенке на бортик бассейна. Вдохнула поглубже, и сделала шаг в воду. Стопы окутало теплом, и Ангелина посмотрела на Станислава Вячеславовича, который ждал от нее “живого образа”.

Тогда она отпустила поручни и смело шагнула в воду, расправив руки, будто крылья. Брызги полетели в разные стороны, платье облепило бедра и потянуло ее ко дну — благо, бассейн был не больше метра в глубину.

Ангелина провела ладонью по глади воды, улыбнулась и посмотрела на Станислава Вячеславовича. Легонько обрызгала его и внезапно для себя самой, погрузилась в воду до середины лица. Фотограф издал нечленораздельный звук, словно оказался не готов к кадру такой красоты, и быстро заработал затвором.

Они закончили раньше, чем Ангелина успела замерзнуть, но платье пришлось снять. Укутанная в махровый халат, она вернулась в основную студию и, коснувшись руки Станислава Вячеславовича, тихо прошептала:

— Я хочу попробовать… вашу эстетику.

Глава 33

На встречу к девочкам Ангелина летела, как на крыльях.

Фотосессия, которая сначала вызвала у нее сомнения, теперь стала лучшим событием в жизни. Ангелина и не подозревала, как много страсти и огня жило внутри ее нелюбимого тела!

Нелюбимого… она зацепилась за эту мысль, и в груди сдавило так, что не продохнуть. Так вот она, та самая боль откровения, которую она не могла достичь в терапии.

Нелюбимая!

Не матерью с отцом, не Максимом, а самой собой! Как можно было требовать принятия, когда она была способна лишь третировать саму себя по поводу и без. И сейчас, чувствуя абсолютное душевное спокойствие, Ангелина, наконец, поняла, что значит принимать.

И любить.

Свой выбор, свою жизнь и саму себя.

— Привет, Ангел, — Виталина поцеловала подругу в щеку и взяла из ее рук пакет.

— Сливки купила? — крикнула с кухни Марьяна, и Ангелина улыбнулась.

— Нет, только вино!

— Давай скорее, пока шоколад не пригорел.

Эту пятницу они решили посвятить себе и сладкому фондю — темный шоколад с содержанием какао не меньше восьмидесяти двух процентов дымился на плите, и сливки только усилили его волшебный аромат.

— Какой же кайф, — вздохнула Виталина, расставляя бокалы и принимая из рук Ангелины многоярусную менажницу с фруктами: виноград, яблоки, бананы и, конечно, орехи.

— А клубники нет?

— Там только уцененная была, полусгнившая, я не стала брать, — оправдалась Ангелина, и Марьяна махнула рукой.

— В топку, и так будет с чего глюкозе скакнуть.

Они сели за стол, не переставая звонко переговариваться и смеяться.

— Ну, — Виталина прищурилась. — Почти месяц прошел — у кого какие успехи на ниве любви?

— Я влюбилась, — просто сказала Марьяна, и у Виталины вино пошло носом.

— Что ты сделала? — не поверила Ангелина.

— Ты что, и слово такое знаешь?

— Ха-ха! Очень смешно, — Марьяна высунула язык и закатила глаза, так что девчонки не удержались от смеха.

— Артур — ловкач, похитил сердце, которое раньше никто не мог найти! А мы можем быть влюблены в него вдвоем? — уточнила Виталина, и Марьяна тут же возмутилась:

— Мужчинами не делюсь!

— Ты же вроде так про платья говорила? — подтрунила Ангелина, но Марьяна шутки не поняла.

— Наряды забирай! Все, что подойдет — твое, а Артур только мой!

Они прекрасно знали, что с тем же успехом Марьяна могла предложить Ангелине пройти сквозь игольное ушко, но никто не обиделся.

Если ты принимаешь себя такой, какая есть, чужие слова касательно внешности или проявлений характера остаются словами. И не могут нанести никакого вреда самолюбию и испортить настроение.

— Ловлю на слове, только через полгода, — парировала Ангелина.

— Это почему?

— Потому что я записалась в фитнес зал и к зиме буду не хуже вашего! — она цокнула языком, и девчонки заголосили:

— Вот это новость! Ну, ты даешь, обалдеть! Молодец!

— А еще, — Ангелина вошла в кураж и скрестила руки под грудью. — Я снялась в нюдовой фотосессии.

Теперь вино пошло носом у Марьяны. Виталина просто уставилась на подругу, не моргая.

— В смысле нюдовой? Ты пошла одна, и даже меня не позвала!? Считай, что я обиделась до глубины души!

— Марьяна, подожди, — Виталина обратилась к Ангелине. — Ты серьезно? Но как? Откуда? Ничего не понимаю.

Она рассказала про знакомство с фотографом и про то, что он настоящий профессионал своего дела и сумел не только расположить ее к себе, но и открыть в ней новую Ангелину.

— Просто ее похитили инопланетяне, клонировали и вернули на землю копию. И ночью, когда мы уснем, она высосет наши мозги, — изрекла чуть захмелевшая Марьяна, и девочки рассмеялись.

— Фото будут через месяц.

— Ты же покажешь? — спросила Виталина.

— Конечно.

На телефоне у Ангелины была пара снимков из бассейна и та, первая, на стуле — ее она хотела поставить заглавной на сайте знакомств, но показывать ее девчонкам почему-то не хотелось.

Хватит с нее внимания на сегодня.

— Похоже, только у меня дела идут не очень весело, — Вита рассказала про Артема и казус с женатым.

— Она реально отхлестала его веником? — Марьяна смеялась, как не в себя. — Так ему и надо, кобелина!

— Да я сама была в шоке.

— А жена его тебе потом не писала? — спросила Ангелина.

— Нет, я успела заблокировать его раньше, чем это произошло. Боже упаси!

— С женатыми ни-ни! — поддержала Марьяна. — Это как же себя нужно не уважать, чтобы пустить в постель приблудного?

— И потом лечить чужую молочницу, — поддакнула Виталина, и они рассмеялись с новой силой.

— Чур меня! Чур тебя, и тебя чур! — Марьяна осенила знамением всех троих. — Девочки, вы бы видели Артура! Как он двигается, как говорит… это просто моя ожившая эротическая фантазия.