Эмма Хамм – Пламенное сердце (страница 24)

– Ну вот мы и отбросили притворство.

– Я не извиняюсь за свою сущность. – Лорэлия снова взглянула на короля и добавила. – Но я не участвую в Сопротивлении, о котором вы говорите, и не желаю таким образом идти против своего короля. Вступить в борьбу с вами означало бы подписать себе смертный приговор.

– Да, именно так, – отозвался король. Он прислонился к решетке Лориной камеры и начал разглядывать свои ногти.

Он просто так отправил Лору в тюрьму? Просто так терроризировал ни в чем неповинную девушку?

– Не представляю, чего вы от меня хотите, – негромко проговорила Лора, не вставая с колен. – Наверняка думаете, что если я остановила стрелу, то я не та, за кого себя выдаю. Но я просто девушка, как и другие гостьи замка.

– По-моему, ты гораздо больше, чем просто гостья. – Король оторвался от решетки. – Но мы увидим, насколько ты откровенна. Сложно врать тому, кто выбивает правду, внушая ужас.

Лора не представляла, о ком речь.

– Кто это?

Король шел обратно по коридору, насвистывая. Его веселая мелодия звучала жутко, как бы посмеиваясь над страхом, внезапно объявшим Лору.

Глава 17

Абрахас

Когда Рыцари волокли Лорэлию прочь, Абрахас никак не мог этому воспрепятствовать. Сердце умоляло его сделать что-нибудь, хоть что-нибудь, но Абрахас понимал, что для него это закончится плачевно. Он должен был действовать в интересах своего народа, чего бы это ни стоило.

Но кое-что Абрахас все-таки мог сделать для Лорэлии. Он мог стать тем, кто ее допросит. Впрочем, была вероятность, что Лора окажется обычной женщиной, попавшей в беду. Среди потенциальных невест было достаточно девушек, не желавших выходить за короля. Их уже отправили домой за то, что они никак не проявили себя во время покушения. Некоторые из отправленных не приглянулись королю. Но многие даже не старались привлечь внимание Зандера.

Проводив тех девушек до карет, Абрахас нагнал короля, возвращавшегося к себе в покои.

– Мой король! – позвал Абрахас. – Можно вас на два слова?

– В чем дело, Абрахас? – Даже голос Зандера звучал чуть тише обычного. – Я очень устал. День выдался долгим и трудным. Сам понимаешь, столько драмы.

– Да, конечно. Это не займет много времени. Я подумал, что мог бы допросить ту девушку. – Абрахас затаил дыхание, чтобы король не расслышал в его голосе отчаянное желание.

Зандер захлопал глазами. Его лицо абсолютно ничего не выражало.

– Какую девушку?

Ах, получится проще, чем Абрахас изначально думал.

– Девушку в ваших казематах. Которую вы посадили туда, решив, что она пособничает Сопротивлению.

– Понял. Ту девушку. – Король усмехнулся и покачал головой. – Я был занят другими – нужно было отправить их по домам. Очень грустно смотреть, как они уезжают, да? Совсем забыл про девушку у себя в казематах.

Порой Абрахас ненавидел Зандера сильнее обычного. Король отказывался сосредотачиваться на серьезных делах и вместо этого печалился о расставании с обожающими девицами, которые шумно приветствовали его появление в саду.

Абрахас нисколько не печалился о расставании с девицами. Он печалился о том, что Лорэлия сидит с преступниками и ворами, и гадал, убьет ли ее король за то, что она пыталась спасти ему жизнь.

– Раз меня считают вашим личным охранником, я подумал, вы поручите мне разобраться с этой ситуацией. – Абрахасу пришлось напрячь весь свой самоконтроль, чтобы не зарычать по-звериному. – Уверяю вас, если кто-то и сможет выбить из нее правду, то это я.

Казалось, Абрахас разжег в Зандере огонь – глаза короля кровожадно вспыхнули.

– Да, конечно. Лишь ты сможешь запугать ее и выпытать правду. Когда закончишь, обязательно изложи мне все кровавые подробности, ладно?

– Вы хотите, чтобы девушка осталась жива? – Ответа Абрахас не дождался.

Зандер, пошатываясь от выпитого вина, зашагал в другую сторону.

Однажды стрела в самом деле пронзит горло этому человеку. Король – избалованный ублюдок, по-настоящему не понимающий что к чему. И Абрахас не мог дождаться дня, когда он высвободится из оков этого правящего рода. Пусть даже его передадут другой королевской династии – ни один правитель не будет хуже этого или его отца.

Абрахас шел по коридорам мимо всех Рыцарей Умбры, которые синхронно поворачивали головы ему вслед. Ни один из них не доверял Абрахасу – такова была магия, заключенная в них. Отец Зандера постарался, чтобы они защищали короля любой ценой, кем бы ни был нападавший.

В конце концов, именно так погибла мать Зандера. Она устала от насилия, злости, лжи и хотела только отвесить пощечину отцу Зандера. Но Рыцари расценили это иначе – для них это была прямая атака.

Абрахас остановился перед черными воротами в казематы. Он медленно выдохнул, чтобы успокоиться, и поднял взгляд на ближайшего к нему Рыцаря.

– Король объявил, что новую пленницу буду допрашивать я.

Рыцарь кивнул двум другим, которые тотчас вытянулись в струнку и приготовились войти в казематы вместе с ним.

– В казематы я пойду один. Женщина сильнее испугается, если буду только я.

Металлические солдаты явно смутились. Они посмотрели друг на друга и на того, кто дал им команду. Порой Абрахас гадал, не роятся ли внутри некоторых из них настоящие мысли. Сейчас у дыма в оловянных телах появилось намерение – не доверять Абрахасу ни на секунду.

Тем не менее Рыцарь уступил.

Дракон никогда не давал повода думать, что он может подвергнуть короля опасности. Все Рыцари знали, что король держит дракона в узде. Они знали про яйца. Они знали о безумии, тяготевшем над Абрахасом при каждом его движении: один неверный шаг, и все, что ему дорого в этой жизни, будет потеряно.

Кивнув Рыцарям, Абрахас отправился во мрак казематов. Он чувствовал, как петля затягивается на его шее – так далеко в своих планах он еще не заходил. Абрахас хотел сам поговорить с Лорэлией, отчасти из любопытства, отчасти потому что он был уверен, что другой допрашивающий сфабрикует дело, в результате которого Лорэлию точно отправят на съедение дракону.

Обитатели замка обожали зрелища драконьих трапез.

Некоторые узники подскакивали, завидев его, и тут же начинали прятаться. Все они знали Абрахаса только в драконьем обличье и не решались связываться с чудовищем, убившим столько им подобных.

Лорэлия ждала в одной из самых дальних камер. Она сжалась на полу и напоминала цветок, брошенный в грязь. Белокурые волосы, сегодня распущенные, волнами спускались на плечи. Красивое пузырящееся платье было испачкано и порвано.

– С тобой плохо обращались, – прорычал Абрахас. – Будто ты в самом деле преступница.

Услышав его голос, Лорэлия испуганно подняла голову. Кажется, у нее перехватило дыхание? Кажется, она подалась вперед, будто желала подойти к нему?

Нет, это только его воображение. Они не были близко знакомы, и у Лорэлии нет никаких причин ему доверять.

– Абрахас, что вы делаете в казематах? – спросила она, облизав потрескавшиеся губы.

– Допрашиваю тебя.

Абрахас начал искать стул, который, насколько он знал, был где-то рядом. Король посещал казематы во время пыток для собственного развлечения, поэтому в коридоре всегда стояли стулья.

Абрахас обнаружил стул с мягким сиденьем. Шелковая подушка, набитая гусиным пухом, не соответствовала этому темному сырому помещению. Однако она была и ждала того, кто удобно устроится, чтобы наблюдать страдания узников.

Лорэлия смотрела на него с неприкрытым отвращением. Наверное, Абрахас это заслужил: он работал на человека, который упрятал ее за решетку, и даже не попробовал предотвратить случившееся. Хотя она вряд ли подозревала, что Абрахас тоже был… там.

Она же видела, как он ушел? Лорэлия не должна винить его за то, в чем он не участвовал.

Проклятье. Ему снова придется врать, будто его не было в саду, но произошедшее он видел в мельчайших деталях.

К счастью, Лорэлия выручила. Ее голос наполнил тишину, он был как глоток прохладной воды после долгой охоты.

– Когда я была маленькая, мама говорила, что бояться нужно лишь тех, кто могущественнее тебя. Но если могущественные стоят в стороне, то и такие, как мы с вами, могут добиться перемен.

– Похоже, твоя мать – мудрая женщина.

– Да, была мудрой, – ответила Лорэлия, но не улыбнулась. И Абрахас понял, что эта история закончится плохо. – Она отдала жизнь за свою веру. До самого конца она считала, что у каждого должен быть шанс, вне зависимости от того, кто он и откуда.

Узник в соседней камере зашевелился. Он явно знал лучшие дни: его рога покрылись мхом, тело обвисло от старости и недоедания. Но он поднял голову и сосредоточил внимание на девушке, вещающей из клетки, будто слова Лорэлии имели смысл.

Абрахас кивнул.

– Твоя мать высказалась очень достойно, только вряд ли ты увидишь такую жизнь при нынешнем короле.

Когда Лора кивнула ему в ответ, ее лицо выражало злость.

– Проблема именно в этом, не так ли?

– Ты не должна признаваться мне, что пособничаешь Сопротивлению. – Тело Абрахаса покрылось холодным потом, и он понял, что этот момент навсегда изменит его жизнь. – Мне придется передать твои слова королю, и он велит казнить тебя на глазах у остальных невест.

– А если вы не доложите ему? – Лора перехватила взгляд Абрахаса со свирепостью старого воина, повидавшего слишком много битв. – А если вы прислушаетесь к моим словам? Если прислушаетесь к магическим существам, которые преклонили головы и согнули спины в поклоне, надеясь, что люди оставят их в покое?