Эмилия Запольская – Везде встречаются монстры (страница 3)

– Вдохни, ещё раз. Отпустило? – тревожно вглядываясь в лицо ребенка, спросила она.

– Да, все нормально, – послышалось через хрип.

Дыхание восстановилось и постепенно выровнялось… до очередного приступа, которые случались все чаще. Болезнь становилась сильней и злей, а ее маленькая жертва слабела.

Врачи не знали, как остановить разрушительный процесс, и сейчас пробовали новую, последнюю из возможных, схему лечения.

Мама поцеловала дочку в макушку и украдкой смахнула со щеки слезу. Они справятся, обязательно.

Ангел действительно плакал, только никто не видел его слез. Незримый, он стоял рядом с кроватью, на которой лежала девочка. Видел, что никак не поможет. Жизнь угасала, и даже он не может добавить сил для борьбы с болезнью. Требовалось чудо, но… Он не забыл, что говорил Старший.

– Всегда помните, что помочь вы можете не всем. Прибавьте сил, вселите надежду, внушите позитивный настрой, даруйте приятный сон. Не стремитесь постоянно совершать чудеса. Вас слишком мало, а нужны вы многим. Вы живете, пока можете летать, и на ваших крыльях остаются перья.

Ангел шевельнул большими белыми крыльями с мягкими пуховыми перышками.

– Пока остаются перья… – прошептал он.

Малышка на кровати опять закашлялась, на этот раз сильнее, и долго не могла остановиться. Ангел смотрел, как ее мать суетиться вокруг, толком не помогая, а только немного облегчая состояние девочки. Он больше не плакал, знал, что чудо поможет…

Он приподнял крыло, на конце которого осталось последнее маховое перо. Погладил его пальцами и грустно улыбнулся. Резкое движение рукой – на кафель пола медленно спланировало длинное серо-голубое перо.

***

– Ваша дочь здорова. Это необъяснимо, настоящее чудо, – пожилой врач развёл руками, не в силах объяснить произошедшее.

Мать девочки разрыдалась от нахлынувшего облегчения.

Улыбающаяся счастливая женщина покинула кабинет врача. Идя по коридору к палате, в которой лежала дочка, остановилась у окна. Пальцы руки нащупали в кармане кофты жесткое перо.

– Я так благодарна тебе! Спасибо за чудо! – произнесла она, глядя в небо.

Она не знала, что ангел ее уже не услышит.

Не все музы одинаково полезны

Муз сидел на краю книжной полки и болтал в воздухе босыми ногами. Его прозрачные крылышки мелко трепетали на легком сквозняке, дувшем из приоткрытого окна. Короткие растрепанные тёмно-синие волосы, нуждающиеся в стрижке и укладке, обрамляли узкое худое лицо с большими серыми глазами. Белая футболка и черные кожаные штаны с металлическими клепками отсылали к образу страдающего от похмелья рокера. Пошевелив пальцами не очень чистых ног, муз на секунду прервал монолог, поерзал и продолжил гундеть.

– Ты не смотри, что я такой худой и мелкий. Я если надо – ого-го, на что могу вдохновить! Я, если хочешь знать, хоть про орков, хоть про троллей могу романтическую историю придумать.

Тут он замолчал, видимо представив возможную романтику свирепых троллей вырубающих из скалы каменные цветы для орков. Нарисованная в мыслях картина настолько поразила творца, что, впечатлившись, он вскочил с места и забегал туда-сюда у края полки.

– Соглашайся, никого лучше меня не найдешь! Я – воодушевитель, я – вдохновитель. Я – начало и я – конец… истории!

Он размахивал бледными тоненькими ручками, захлебываясь своей значимостью. Скосив глаза, поглядывал на автора, которая сидела за столом и ошеломленно следила взглядом за метаниями фея.

– Так как, берешь меня в помощники? – с нетерпением задал он главный вопрос.

Романистка пребывала в ступоре, широко распахнутыми остекленевшими глазами уставившись на настырного рекламщика. У нее имелась своя, давно проверенная муза, возможно, несколько тяжеловесная и уставшая, но опытная и терпеливая. Сейчас она отсутствовала в связи с отдыхом на курорте.

Накануне муза неожиданно устроила грязный скандал с колоритным битьем чайного сервиза и нескольких винных бокалов. Причитая и хлюпая носом, она экспрессивно жаловалась на ужасные условия труда. Захлебываясь слезами, вопила, что сочинительница замучила ее своими бесконечными просьбами о вдохновении.

– Сколько можно придумывать всякую чепуху? Надо остановиться и передохнуть! Уже не прокатывает компиляция из собственных прошлых сочинений. Мало ли, что читатели требуют проду! Подождут!! – кричала она, разбивая о стену очередной бокальчик с недопитым Мартини.

Затем с размаху захлопнула увесистый клеенчатый чемодан и, сообщив напоследок, что неделю ее ни для кого нет, упорхнула на отдых.

Тогда-то писательница в сердцах и бросила ей вслед.

– Можешь не возвращаться!! Я себе покреативнее музу найду, или даже муза! Скатертью дорога!!

Накапав в стопочку успокоительного Мартини и заполировав его сверху парой кусочков тортика, совершенно случайно обнаружившегося в холодильнике, она и попросила у Вселенной новую некапризную музу. К вечеру появился этот…

– Ну, как? Согласна? – приплясывая от нетерпения, вопрошал муз.

Романистка вздохнула, еще раз окидывая муза все подмечающим взглядом. Уж больно неказисто он выглядел – немощный какой-то. Футболка на два размера больше нужного, потертые штаны с «пузырями» на коленках. Общий вид – потрепанный. Сможет ли создавать нужные посылы на вдохновение?

Но длинной очереди претендентов в музы не наблюдалось – придется брать, что дают. Без музы, чего доброго, творчество вообще встанет, а читатели разбегутся.

– Ладно, я согласна. Будешь моим музом, – решилась писательница.

– Ура! Ура! У меня есть работа! – запрыгал от радости фей и смахнул скупую фейскую слезу.

Такой энтузиазм не только радовал, а даже где-то пугал. Прежняя муза при любом запросе кисло кривилась и хваталась за голову.

– Давай начнем. Тема такая – дракон и русалка. Романтика, страсть, коварство и пара трупов врагов. Что предложишь? – несколько настороженно спросила сочинительница ромфантов.

У муза дернулся глаз.

– Слушай, ну вот так сразу… Ты уверена, что тебе нужен дракон? У меня есть идеи про кентавра, – начал он.

– Дракон и русалка! – бескомпромиссным тоном заявила романистка.

– Ладно, ладно. Как скажешь. Мне нужно чуть-чуть подумать, может быть, посоветоваться с нашими, – пробубнил муз.

– Ложись спать, организую тебе наращивание вдохновения во сне, – предложил он.

Писательница, измученная музами и не сочинившая за день ни строчки, согласилась.

Стоило ей заснуть, как с музом произошли разительные перемены. Встряхнувшись, он вдруг стал крупнее и упитаннее, пропала болезненная бледность, на теле налилась рельефная мускулатура, прорезалась вторая пара цветных крыльев, а первая увеличилась в размерах. Синие патлы удлинились и сложились в замысловатую прическу с множеством косичек. Глаза приобрели глубокий голубой цвет. На красивое одухотворенное лицо наползло ехидно-наглое выражение. Где тот задохлик?! За теперешнего муза запросто могли подраться несколько романисток.

– Дракон и русалка, значит. Так и сообщу хозяйке. Тут же столько всего можно придумать! – хорошо поставленным низким проникновенным голосом проговорил муз.

– Навыдумываем всего! Трупы врагов, предательство и коварство… Или не так. В жизни же должно быть место празднику. Мы в историю эротики добавим! – воодушевляясь, продолжил он.

Бросив взгляд на безмятежно спящую неудачливую сочинительницу, он победно улыбнулся.

– А этой ерунду какую-нибудь внушу, чтоб ее читатели к моей хозяйке сбежали. Конкуренты нам не нужны!

С этими словами он взмахнул крыльями, поднялся в воздух и с легким хлопком исчез, распространяя после себя запах дорогого мужского одеколона.

Его настоящая хозяйка известная писательница, автор популярных романов и любимица множества читательниц, ждала порцию вдохновения и идей для новой книги. Следующий бестселлер обещал стать горячей новинкой во всех смыслах.

За женским счастьем

Туман длинным влажным языком протянулся поверх деревьев, лизнул дома, огороды и двинулся в низину.

– Колдовской! – хмыкнул Аркадий и поежился.

Туман качнулся, словно подтверждая его слова. Ткнулся в ворота большого дома с зеленой крышей, отпрянул, плавно обтек его со всех сторон и продолжил путь вниз. Солнце клонилось к далекой линии леса. Внизу у подножия холма петляла узкая речушка. Глаз радовали молодая зелень листвы и травы. До дороги долетал многоголосый птичий щебет. «Сплошная лепота», как выражалась одна из подружек Анжелики.

Сама Анжелика стояла рядом с боком желтого такси и старательно дышала, пытаясь прогнать свежим воздухом острый приступ тошноты. Ехать оставалось всего ничего, но она решила остановиться, боясь, что может не сдержаться. Шофер попался лихой, тормозил и давал по газам самозабвенно. Анжелу раскачивало в разные стороны, бросало вперед и вдавливало в сиденье. Все изгибы и неровности дороги она буквально прочувствовала всем телом. Так и не решившись сделать водителю замечание, она много раз пожалела, что согласилась сесть именно в эту машину.

– Чаровницы ворожить сегодня станут, – сообщил ей таксист.

Он стоял впереди у капота машины. Жадно курил, глубоко затягиваясь дымом дешевой вонючей сигареты.

– Чаровницы? – вяло удивилась Анжела.

Слова-то какие игривые знает. С виду невзрачный мужичок в кепке, а смотри ж ты, чаровницы у него.

– Ведьмы местные, – водитель отбросил в сторону окурок, – поехали, что ли?