Эмилия Вон – Десятый (страница 3)

Пробиваясь сквозь толпу, я позволил вибрации пройтись через мое тело. Голоса вокруг становились неразборчивым гулом, сливавшийся с волнами музыки. Сердце начало синхронизироваться с ритмом ударов, а дыхание выровнялось. Достигнув центра помещения, я остановил взгляд на танцполе, поднял голову вверх, позволяя световым лучам прожекторов играть на моем лице в маске.

Но даже среди этой массы людей я остро чувствовал себя отчужденным и изолированным. Никто из окружающих не представлял, через что я прошел сегодня вечером. Никто не знал, какие эмоции я испытал, когда глаза отца встретились с моими, когда его губы произнесли слова, что вонзили нож в мое уже истерзанное сердце. Никто.

Лишь эта тьма неизвестности помогала держаться и продолжать идти.

Сделав глубокий вдох, я направился к зоне, где находился ди-джейский пульт. Поднявшись на небольшую платформу, я увидел Виктора, нашего нового сотрудника, стоящего у консоли. Он взглянул на меня, удивленно приподняв бровь, но ничего не сказал. Вместо этого он передал мне наушники и отошел в сторону, уступив место.

Надев наушники, я глубоко вдохнул воздух, настроившись на рабочий процесс. Звук стал еще ярче, еще ближе. Затем, включив трек, я начал плавно миксовать звуки, создавая новый музыкальный поток. Руки двигались уверенно, пальцы двигались по контроллерам, легко касаясь кнопок и фейдеров2. Музыка стала моим оружием, способом выразить то, что невозможно передать словами. Я смешивал треки, добавлял эффекты, создавал новые комбинации звуков, пытаясь найти тот идеальный баланс, который помог бы справиться с этим внутренним штормом.

Но чем дольше я отдавался процессу, тем отчетливее понимал, что музыка управляет мной, а не наоборот. Она вела за собой, диктуя правила игры, раскрывая внутренние переживания и воспоминания. Гнев постепенно поднимался на поверхность, прорываясь сквозь слои ритма и мелодий. Я чувствовал, как руки дрожат, как сердце колотится в груди, как каждая нотка становится отражением того хаоса, что царил внутри меня.

И вот, наконец, оно случилось. Музыка достигла своего пика, и вместе с ней достиг своего апогея мой гнев. Запрокинув голову, я закрыл глаза, позволяя волне эмоций затопить меня полностью. В этот момент я перестал быть Фабиано Мартинесом, игроком самого титулованного футбольного клуба в мире, наследником огромного состояния и сыном предателя. Я стал просто человеком, потерявшимся в лабиринте звуков и чувств, ищущим выход обратно к самому себе.

Вдруг среди мельтешащих силуэтов я заметил ее. Девушка с длинными волосами цвета темного шоколада, слегка подсвеченными светлыми прядями, выделялась на общем фоне. Ее движения были плавными, грациозными, как будто она знала каждый бит, каждый звук, исходящий из колонок. Она танцевала так, будто вся музыка была создана специально для нее. В этом танце было что-то магическое, притягивающее взгляд.

Ее лицо оставалось скрытым в тени, как и мое – под маской, но почувствовала мой пристальный взгляд и посмотрела в мою сторону. Всего мгновения оказалось достаточно, чтобы возникла электрическая искра. Воздух вокруг нас моментально изменился, пропитываясь особой магией притяжения.

Она продолжала танцевать, но теперь ее движения приобрели особую плавность и осознанность. Казалось, она пыталась сказать мне что-то без слов, используя только язык тела. Я наблюдал за каждым ее движением, за каждым поворотом головы, за каждым взмахом рук. Она была волшебницей, способной управлять временем и пространством одним лишь своим присутствием.

Невозможно было оторвать глаз от этой девушки. Ее танец был гипнотическим, завораживающим. Время словно замедлилось, и мир вокруг сузился до одного единственного образа – ее.

Рука привычно скользила по контроллеру, соединяя треки и добавляя спецэффекты, но мысли принадлежали этой незнакомке.

Кто она? Как получилось, что она так идеально вписывается в этот момент? И как объяснить, что ей удалось добиться того, что не удавалось самой музыке? Впервые за этот вечер я не ощущал никакого раздражения, злости или любых других негативных эмоций. Мое тело не вибрировало от гнева, в висках не пульсировало от боли. В этот самый момент, когда наши взгляды все еще держались друг за друга, я был поглощен лишь ощущениями, что побуждала во мне эта девушка. И это было что-то, чему я не мог дать рационального объяснения.

Дождавшись окончания текущего трека, я передал управление диджейским пультом Виктору, находящемуся позади меня. Освободившись от контроля над звуком, я спустился с платформы и шагнул в центр танцпола. Толпа уже начала рассеиваться, освобождая пространство, но девушка оставалась неподвижной, ожидая меня.

Она не прекращала танец, оставаясь столь же энергичной и прекрасной. Ее глаза продолжали наблюдать за мной, пока я медленно продвигался к ней.

Неожиданно она сама сделала в шаг в мою сторону, затем еще один. Когда между нами больше не осталось места и наши лица оказались на расстоянии вытянутой руки, девушка лениво улыбнулась уголками своих алых губ и взглянула на меня, будто бросая вызов: «Что теперь?»

Подчиняясь импульсу, я приблизился к ней настолько, что наши тела почти соприкоснулись. Теплое дыхание коснулось моего лица, аромат ее духов опьянял. Это были не цветы и не пряности, но что-то, что так идеально ей подходило. Возможно, персик или нектарин.

Я взял ее руку в свою, переплетая пальцы. Ее ладонь была нежной на ощупь, словно шелк или что-то похожее на это. Мы синхронно двигаемся в такт музыке, наши тела двигались в унисон, словно мы были созданы друг для друга и репетировали этот танец годами.

Музыка стала нашим проводником, она вела нас через лабиринт ощущений. Мы кружились в центре зала, окруженные толпой, но сейчас существовали только мы вдвоем. Танец приобретал откровенную близость, движения становились все более интимными. Ее тело прижималось к моему, руки обвили мою шею, пальцы скользили по ней к волосам и погружались в них, а наши дыхания сливаются в единый ритм. Мои пальцы уверенно сомкнулись на тонкой талии, притягивая девушку ближе.

Карие глаза снова встретились с моими, и я увидел в них отражение своих собственных чувств. Она не предпринимала попыток сорвать с меня маску или заговорить со мной. Ей не нужны были слова. Молчание говорило больше любого текста.

Я забыл обо всем: о клубе, о своих проблемах, об отце и его сомнительных поступках, о гневе, сжигавшем изнутри. Рядом с этой девушкой я ощущал лишь глубокую умиротворенность, расслабление и… тишину. Музыка могла продолжать грохотать, весь гребаный мир вспыхнуть пламенем – рядом с ней я бы ощущал лишь это.

Черт возьми, я не понимал, не мог подобрать точное определение тому, что со мной происходило и не мог дать этому название, но внутри поселилось такое спокойствие, пока она была рядом, смотрела на меня, прижималась ко мне. Она была целительницей? Потому что, клянусь, ее прикосновения ощущались так, словно она касалась не только моей кожи, но и моей души.

Между нами возникло нечто необъяснимое – та самая химия, которая возникает редко, но оставляет глубокий след. Я знал это. Чувствовал, как эта девушка проникает под мою кожу.

Когда музыка закончилась, незнакомка взяла меня за руку и без колебаний потянула меня за собой, выводя из толпы танцующих. Я не знал, куда мы направляемся, но не сопротивлялся.

Мы прошли мимо барных стоек, мимо гостей, которых я едва замечал, потому что все мои мысли были заняты ею. Вскоре мы вышли в темный коридор, ведущий к служебному выходу.

– Куда мы идем? – уточнил я, хотя ответ не имел значения.

Да, это было глупо и безрассудно вот так слепо следовать за незнакомкой, но, черт возьми, как же правильно это ощущалось.

Безмолвно обернувшись, девушка улыбнулась и открыла дверь. Мы вышли на улицу, и свежий ночной воздух обдул наши лица. Здесь, в глубине темного переулка, вдали от шума и суеты, она остановилась, повернувшись ко мне лицом. Лунный свет мерцал на ее коже, подчеркивая красоту.

Черт. Эта девушка…

Веснушки украшали ее смуглую кожу в области идеально прямого носа, кукольные розовые губы слегка приоткрылись, глаза блестели под светом тусклого фонаря и лунного света, а длинные ресницы делали ее взгляд более манящим. В ней было что-то необъяснимое, что-то, что тянуло меня к ней.

Тихо дыша в унисон, мы сблизились настолько, что расстояние между нами испарилось.

Я хотел узнать ее имя. Выяснить, кем она была, и откуда в ней столько власти надо мной.

– Ты… – начал я, но девушка мягко положила палец на мои губы, прерывая поток слов.

– Иногда молчание говорит больше слов, – прошептала девушка, ее голос был мягким и теплым, как летний ветер. Она звучала так, словно заколдовывала меня, а я, потерявший контроль над своими чувствами, позволял ей делать это со мной.

Возможно, дело в алкоголе, что бурлил в моих венах, но я не протестовал и вместе с этим отчаянно хотел отдать этой загадочной незнакомке все. Контроль, душу, сердце…

Всего себя.

И будь, что будет.

Я притянул ее к себе, и наши губы слились в длительном, пылком и отчаянном поцелуе. Этот момент выходил за пределы времени и пространства, и я чувствовал, что нашел нечто, что давно искал. Независимо от того, кем окажется эта девушка, в этот миг она дала мне чувство абсолютного освобождения от боли и ненависти, превратив их в нечто незнакомое, светлое, чистое и настоящее. Даже если завтра я проснусь один в своей кровати и не вспомню ничего из произошедшего, сегодня я хотел полностью отдаться этим незнакомым чувствам и потеряться в них. Лишь бы не чувствовать эту боль за маму и ненависть к собственному отцу…