Эмилия Росси – Его сокровище (страница 26)

Он скрестил руки на своей мускулистой груди. Он практически светился в теплом свете, и я почувствовала желание провести пальцами по его коже. Быстро отвела взгляд, чтобы не смутить себя еще больше. Почему он должен быть таким чертовски привлекательным?

— Почему ты упала?

Я закусила губу.

— Я сглупила и оставила коляску слишком далеко. Суставы болят, и лодыжка подвела, когда я пыталась дойти до нее.

Маттео окинул взглядом несколько шагов между кроватью и коляской.

— Тебе больно?

Мне, наверное, послышалось напряжение в его голосе. Это был не лучший момент рассказывать, что я практически всегда чувствую какую-то боль, поэтому я просто кивнула.

— Что еще помогает?

Я моргнула.

— О, я не знаю. — Увидев его строгий взгляд, вздохнула. — Горячая ванна с английской солью иногда помогает.

— Хорошо.

Я приподняла бровь.

— Ладно. Прости за то, что нарушила твой сон. Увидимся завтра?

Маттео бросил на меня еще один недовольный взгляд и направился в ванную. Мое удивление возросло, когда я услышала звук воды. Неужели он действительно набирает мне ванну?

Он ворвался обратно в комнату, бросив на матрас передо мной охапку средств для ванны.

— Я не знаю, что такое английская соль. Подойдет что-нибудь из этого?

Передо мной лежали цветные бомбочки и масла в красивых, дорогих упаковках.

— Уверен, что мне можно их использовать? Они выглядят дорогими.

Маттео закатил глаза.

— Выбирай, София. — Он выглядел и звучал раздраженно, но я наклонила голову, наблюдая за ним, и задумалась, не ошибаюсь ли я. Он мог бы легко оставить меня одну, но все еще был здесь… Словно заботился обо мне.

Я выбрала маленькую баночку с цветочной и золотой солью для ванны.

— Эта подойдет, — сказала я, протягивая ему.

Он кивнул, и прежде чем я успела понять, что происходит, оказалась у него на руках. Я вскрикнула и схватилась за его плечи.

— Как будто я тебя уроню, — пробормотал он, заходя в ванную.

— Немного предупреждения не помешало бы, — огрызнулась я.

Он просто усадил меня на тумбочку, облокотившись на нее с обеих сторон руками.

— Ты сможешь сидеть здесь? Или упадешь?

Я нахмурилась.

— Я не упаду.

Он провел пальцем по моему лбу.

— Как скажешь.

Мои губы приоткрылись, когда он повернулся к почти наполненной ванне, чтобы добавить соли. Я могла поклясться, что заметила легкую усмешку на его губах, как будто он дразнил меня. Я не понимала своего мужа. Он был таким холодным и замкнутым, но за короткое время, что я здесь, он был добрее ко мне, чем большинство людей в моей жизни. Кто, кроме моей сестры, вообще так заботился обо мне?

Он выключил воду и повернулся ко мне.

— Поднимай руки.

— Что?

— Ты обычно принимаешь ванну в одежде?

— Но ты здесь, — возмущенно сказала я.

— Верно, я здесь. Руки вверх, София. — Он встал между моими ногами, его пальцы слегка касались края моей рубашки.

Я скрестила руки.

— Ты не увидишь меня голой.

Он тяжело вздохнул, провел рукой по волосам, которые беспорядочно падали на лицо. На его челюсти была легкая щетина.

— Ты моя жена, а я твой муж. Тебе больно, и я собираюсь это исправить.

— Ты сказал, что мы просто соседи по комнате, — возразила я.

Никогда бы не осмелилась так разговаривать с отцом, и не понимала, почему делаю это сейчас, когда Маттео пытается позаботиться обо мне. Но мысль о том, что он увидит меня обнаженной, в моем самом уязвимом состоянии, когда я не уверена, что он даже нравится мне, была слишком тяжела.

Он лишь встретил мой взгляд своим строгим и молчаливым. Как я могла понять все это, если он молчал?

Волна эмоций нахлынула на меня, и я не смогла удержаться от того, чтобы наклониться вперед и опереться головой на его грудь. Я так устала, а лекарства еще не подействовали.

— Я так запуталась, — прошептала я.

Руки Маттео обвились вокруг меня, и он притянул меня ближе.

— Давай, tesoro. Мне не нравится видеть, когда тебе больно.

Нежность в его голосе вызвала комок в горле. Я подняла руки вверх, и слезы покатились по моим щекам. Он медленно снял с меня рубашку, не отрывая глаз от моего лица.

Мои щеки горели от стыда в ожидании его осуждения, но он просто обхватил мое лицо ладонями и вытер слезы. Моя грудь прижимались к его груди, пока он осторожно снимал с меня шорты и нижнее белье. И вот я впервые сидела полностью обнаженная перед своим мужем.

Это была далеко не самая выгодная поза. Мои складки на животе были видны, бедра расплющились по тумбочке, и я не побрила… Ничего. Последний раз я брилась утром в день свадьбы. После его разговора о «соседстве по комнате» я не видела смысла продолжать. Но теперь он смотрел на меня, и я не могла понять его выражение. Его лицо всегда было таким ужасно непроницаемым. Считал ли он меня некрасивой? Привлекательной? Думал ли он о всех тех гадостях, которые говорили о моем теле подруги моей мамы? Его челюсть напряглась, когда он смотрел на меня, и я больше всего на свете хотела спрятаться.

Я вздрогнула, когда он осторожно провел пальцами по синяку на моей ноге.

— Откуда это?

— Я не знаю. Я легко получаю синяки.

Он кивнул, затем отступил назад и одним движением снял спортивные штаны. Оказывается, он не носил нижнее белье, потому что теперь передо мной был совершенно обнаженный Маттео. Мой взгляд привлек его член — твердый и внушительный. Когда я осознала, что смотрю, то быстро отвела взгляд, щеки горели от стыда.

Маттео лишь нежно поцеловал меня в лоб.

— Считай это предупреждением. — Его голос был низким и чувственным. Прежде чем я успела понять его слова, он вновь поднял меня на руки и опустил в ванну. Я застонала от того, как горячая вода облегчила мои ноющие суставы.

— Сядь вперед, — сказал он.

— Что?

— Сядь вперед.

Я двинулась вперед, и Маттео сел позади меня. Я сидела неподвижно, его тело обнимало мое. Самая большая физическая близость, которую я когда-либо испытывала. Это одновременно пугало и возбуждало меня.

Его дыхание коснулось моей головы, когда он обвил меня руками, помогая мне лечь обратно на его грудь.

— Что мы делаем, Маттео?

— Я забочусь о тебе.