Эмилия Харт – Тени Безмолвного дома (страница 3)

– Значит, – медленно проговорил Артур, окидывая взглядом комнату, – либо мумия испарилась, либо кто-то в этом доме способен проходить сквозь стены и запертые двери. Или…

Он не договорил. Его взгляд упал на камин. На широкой мраморной полке, среди серебряных подсвечников, лежала маленькая кучка серого пепла. И не просто лежала – она была аккуратно сформирована в виде странного символа, напоминающего глаз с расходящимися лучами.

– Что это? – спросил он.

Сэр Генри побледнел еще больше.

– Мы не знаем. Это появилось сегодня утром. Пепел из этого же камина. Никто не входил сюда. И никто не видел.

В библиотеке воцарилась тяжелая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев. Артур чувствовал, как на него давят стены книг, как холод от каменного пола проникает сквозь подошвы ботинок. Леди Элеонора смотрела на него своими ледяными глазами, доктор Рид – с научным любопытством, а сэр Генри – с мольбой и надеждой.

Вдруг в эту тишину, словно лезвие бритвы, вонзился новый звук. Тягучий, леденящий душу звук. Скорбный, высокий вой, доносящийся откуда-то сверху, с верхних этажей или даже с чердака. Он длился несколько секунд, а затем так же внезапно оборвался.

Все четверо замерли.

– Что это было? – выдохнул Артур.

Леди Элеонора, не меняя выражения лица, проговорила:

– Ветер в дымоходах. В Безмолвном Доме часто бывают такие… звуки.

Но доктор Рид поправил очки, и его лицо стало серьезным.

– С географической точки зрения, леди Монтегю, ветер с северо-востока не может создавать такой акустический эффект в южном крыле. Этот звук, – он сделал паузу, – был локализован. И исходил, если я не ошибаюсь, из западного крыла. Из той его части, что закрыта на ремонт.

Сэр Генри уставился на пепельный символ в камине, и его губы беззвучно зашептали: «Он здесь. Он знает, что мы его потревожили».

Артур почувствовал, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с температурой в комнате. Предупреждение в ящике. Пустой саркофаг. Символ из пепла. И этот вой. Это была не просто загадка. Это был вызов. Вызов, брошенный самому принципу реальности.

Он посмотрел на горящие в камине поленья, на отбрасываемые ими пляшущие тени на стенах библиотеки. Тени, которые казались чуть гуще и живее, чем должны были быть на самом деле.

Внезапно он осознал, что леди Элеонора пристально наблюдает не за камином. Ее ледяной, не моргающий взгляд был прикован к нему. И в глубине тех прозрачных глаз, словно на дне ледяного колодца, что-то промелькнуло. Что-то, что было далеко от безразличия.

Не страх. И не любопытство.

А предвкушение.

Глава 4. Ужин с призраками

Колокол к ужину прозвучал глухо и протяжно, будто его ударили в погребальной часовне. Звук волной прокатился по холодным коридорам, заставляя все тело и душу вздрагивать.

Артура проводили в комнату в восточном крыле – мрачноватое, но просторное помещение с высоким потолком и видом на темнеющий парк. Его багаж уже лежал у кровати с балдахином. Он быстро умылся ледяной водой из фаянсового кувшина, сменил дорожный костюм на черный сюртук, чувствуя, как ткань, несмотря на все усилия, не может прогреть проникший в его кости холод. Перед тем как выйти, он на мгновение задержался у окна. В последних отсветах сумерек парк показался ему беспорядочным нагромождением теней. И там, вдалеке, он смутно различил очертания небольшой каменной постройки – семейного мавзолея Монтегю.

Он спрятал ящик с арманьяком и его зловещим содержимым в глубь гардероба, оставив на столе лишь записную книжку и карандаш. Затем положил револьвер во внутренний карман сюртука, словно холодное утешение, и вышел из комнаты.

Столовая была обшита темным дубом, а на стенах висели портреты суровых предков Монтегю, чьи глаза, казалось, следили за каждым движением гостей. Длинный стол был накрыт с безупречной, ледяной формальностью. Свечи в тяжелых серебряных канделябрах горели ровным пламенем, но свет их не достигал углов комнаты, тонув в резной древесной мгле.

Общество собралось. Во главе стола восседал сэр Генри, все еще бледный, но собравшийся с силами. По правую руку от него – леди Элеонора, неподвижная и бесстрастная, будто статуя. Слева – доктор Себастьян Рид, который, увидев Артура, кивнул с вежливым, но отстраненным интересом.

Рядом с ним сидела девушка, лет двадцати, – племянница сэра Генри, Мэриэнн. Она была болезненно худой, с большими, темными глазами, в которых, казалось, застыл хронический испуг. Ее пальцы беспокойно теребили край скатерти. Возле нее, напротив Артура, занял место мистер Фелпс, личный секретарь четы Монтегю. Это был сухопарый мужчина лет сорока пяти, с острым, недружелюбным лицом и привычкой постоянно что-то записывать в маленькую книжечку, которую он не выпускал из рук.

Представились сухо. Мистер Фелпс бросил на Артура взгляд, полный подозрения и раздражения, будто тот был нежеланной помехой в хорошо отлаженном механизме. Мэриэнн прошептала что-то невнятное и опустила глаза.

Ужин начался в тягостном молчании, нарушаемом лишь звоном приборов и отдаленными завываниями ветра в трубах. Подавали суп-пюре из пастернака, удивительно безвкусный и пресный. Артур наблюдал и старался изучать мимику каждого из присутствующих за столом.

Доктор Рид, казалось, был погружен в свои мысли, изредка бросая взгляды на сэра Генри, как ученый на интересный, но непредсказуемый образец. Леди Элеонора ела с механической точностью, ни разу не подняв глаз от тарелки. А мистер Фелпс что-то бормотал себе под нос, время от времени делая свои пометки.

– Доктор Рид, – нарушил наконец молчание Артур, – сэр Генри упомянул, что вы сопровождали саркофаг. Не могли бы вы рассказать подробнее о его происхождении?

Рид отложил ложку, и его лицо оживилось профессиональным интересом.

– Разумеется. Это находка из раскопок в фиванском некрополе. Гробница мелкого жреца культа Анубиса, судя по иконографии. Не царская, но крайне интересная сохранностью погребальных текстов. Саркофаг точно относится к периоду Позднего царства, думаю, к ХХV – XXVI династии. Мумия была в превосходном состоянии. Я лично осматривал ее в Каире перед отправкой.

– И не было никаких… предостережений со стороны местных? Связанных с проклятиями или чем-то подобным? – спросил Артур, стараясь звучать слегка насмешливо, но внимательно наблюдая за реакцией Рида.

Мистер Фелпс фыркнул.

– Проклятия! Бедняцкие суеверия для туристов и сенсационных газет. Наука давно развеяла эти сказки.

Но доктор Рид помедлил. Он снял очки и протер их салфеткой.

– Местные рабочие, конечно, шептались. Старая история – «гнев богов на осквернителей». Но ничего конкретного. Никаких угроз. Хотя – Он снова надел очки, и стекла на мгновение отразили пламя свечей. – Сама процедура погрузки на корабль сопровождалась рядом мелких, но досадных происшествий. Ну, знаете, сломался подъемник. Один из ящиков с сопутствующими артефактами упал и разбился. Капитан судна, «Морской нимфы», жаловался на странные звуки в трюме. Но все это можно списать на совпадение и человеческую нервозность.

– А вы, доктор, верите в совпадения? – тихо спросила Мэриэнн, не поднимая глаз.

Все взгляды устремились к ней. Девушка покраснела и тут же сжалась.

– Наука, мисс Мэриэнн, оперирует фактами и вероятностями, – сухо ответил Рид. – А факт в том, что мумия исчезла из запертой комнаты. Это требует рационального объяснения.

– Или свидетельствует о том, что не все в этом мире подчиняется нашим жалким рациональным законам, – вдруг глухо произнес сэр Генри. Он почти не притрагивался к еде. – Я чувствую это. Чувствую взгляд в спину, когда в комнате никого нет. Слышу шаги. Этот дом… он никогда не был по-настоящему пустым.

– Генри, прошу тебя, – впервые за весь вечер голос леди Элеоноры прозвучал с ноткой чего-то, кроме ледяного спокойствия. В нем была усталость. И раздражение. – Не начинай снова. Доктор Рид прав. Должно быть объяснение. Может, ты просто… забыл. Или тебе померещилось.

– Забыл? – Генри ударил ладонью по столу, заставив звякнуть всю посуду. – Я что, забыл и этот символ в камине? И вой, который мы все слышали? Или ты скажешь, что и мне, и доктору Риду, а теперь и мистеру Уэйну померещилось одно и то же?

В наступившей тишине мистер Фелпс откашлялся.

– Сэр Генри, если позволите, я проверю еще раз счета по транспортировке. Возможно, были недоразумения с самой мумией еще в Египте. Или на таможне.

Артур наблюдал за этой игрой. Фелпс пытался вернуть разговор в прагматичное русло, возможно, чтобы успокоить хозяина, а возможно, чтобы отвести подозрения. Рид был сдержан, но его научное любопытство явно боролось со скепсисом. Леди Элеонора хотела закрыть тему, объявив мужа сумасшедшим. А Мэриэнн… она просто боялась.

– Мистер Фелпс, – обратился к нему Артур, – вы долго работаете на сэра Генри?

Секретарь насторожился, словно еж.

– Десять лет, сэр. И за это время я никогда не видел, чтобы сэр Генри был подвержен… фантазиям. Но стресс, увлечение экзотическими культурами… это может подействовать на самую крепкую психику.

– Вы говорите так, будто знаете, что на него что-то действует, – мягко заметил Артур.

Фелпс замер, осознав ловушку.

– Я лишь констатирую факты, сэр. Как и вы, наверное, должны.

– Именно этим я и займусь, – сказал Артур, отодвигая тарелку. – С завтрашнего утра. Я хотел бы осмотреть библиотеку еще раз, при дневном свете. А также, с вашего позволения, сэр Генри, поговорить с каждым из вас по отдельности.