Эмилия Грин – Пташки (страница 29)
Он обволакивал, оседая глубоко в горле. От сильного тренированного тела Воронова пахло лесом, сажей и свежим потом, так привычно, но, вместе с тем, как-то будоражаще и по-мужски горячо. Грязно. В том самом дурманящем смысле…
- Будь счастлива, Поль, - наклонившись чуть ниже, парень оставил на моем лбу мягкий невесомый поцелуй, отчего мое тело молниеносно пронзило мурашками, - Ну, начнем отмечать? – Саша давил меня дерзким улыбающимся взглядом.
- Отмечать? – я неуверенно кивнула на тарелку с тушенкой, однако по чертовщинке в глазах друга детства поняла, что он имеет ввиду нечто другое.
Покопавшись в своем рюкзаке Воронов жестом фокусника выудил оттуда бутылку фирменного рома, победно ухмыляясь.
- Ух ты! – я чуть слышно прыснула в кулак.
- Позаимствовал у дяди бутылочку, - Саша пожал плечами, - Планировал откупорить ее на перевале, но раз такое дело, - протягивая мне бутылку, он слегка задел мои пальцы, пустив по телу обжигающий ток, - Полагаю перед тем, как пойти спать, нам не мешало бы согреться, - легонько щелкая меня по кончику носа.
Знал бы Саша, что растяпа, у которой сегодня день рождения, умудрилась потерять свой спальник. К своему стыду, я пока не решилась на это признание. Зато озвучила другое.
- Я ни разу не пила ром, - настороженно прислушиваясь к звукам леса.
- Мы будем пить чай, а ром добавим в качестве согревающего элемента, - уверенно выдал он, - Кстати, знаешь, почему пираты предпочитали ром? – Воронов придвинулся ближе, так, что теперь наши бедра соприкасались, и я могла еще отчетливее наслаждаться его запахом, буквально утопая в нем.
- Никогда об этом не задумывалась, - тихо ответила я, наблюдая за тем, как Сашка добавляет крепкий алкоголь в термос с заранее заваренным чаем.
- Во время долгого морского плавания вода в бочках быстро застаивалась и приобретала неприятный вкус из-за развивающихся бактерий.
- Пираты добавляли в неё небольшое количество рома, обеззараживая жидкость и удаляя из неё накопленные микробы, - делая большой глоток, парень протянул мне термос с чаем, - Полина, за твое здоровье! – он широко, искренне улыбнулся.
Ответив на улыбку, я пригубила горячий напиток, почувствовав, как по озябшему телу молниеносно распространяется волшебное тепло, после чего вернула тару Воронову.
- А еще ром был инструментом для борьбы с растущим недовольством в коллективе. Капитаны угощали им пиратов, чтобы избегать бунтов и поднимать боевой дух, - он пригубил наш особый напиток.
Было в этом нечто волнующее и интимное – пить один «чай» на двоих, тесно прижимаясь друг к другу. Я вдруг осознала, что этот день рождения не так уж плох…
- Кстати, глубже в лесу есть водопад. Я практически до него дошел, - Сашка как ни в чем не бывало улыбнулся, вновь поднося термофлягу к губам.
- Ты предлагаешь искупаться в ледяной воде? – с трудом подавляя истеричный смешок.
- А тебе слабо? – усмехаясь себе под нос.
- Воронов, ты хоть представляешь, сколько она сейчас градусов? – от одних только мыслей о «ледяной купели» мое тело покрылось россыпью мурашек.
Я непроизвольно потянулась к фляге с «чаем», хихикая, потому что Сашка вдруг пригубил ром прямо из горла пузатой бутылки, очевидно, чтобы согреться.
- Саш, куртку одень! Так можно и воспаление легких сцапать… – пихая этого «моржа», все еще разгуливающего в одной футболке.
- Да брось. Я толстокожий, - Воронов лишь отмахнулся, вперив в меня какой-то новый, неопределённый взгляд, - Тем более, от костра жар идет – я, наоборот, вспотел.
Глаза в глаза. И… усиливающееся ощущение дурмана в голове.
Не сразу сообразив, что засмотрелась на него, я медленно рвано выдохнула сквозь стиснутые зубы, выдавив из себя натянутую улыбку. Саша замер, задышав подозрительно тяжело.
Пить. Мне срочно захотелось пить, и… вместо чая, я на автомате потянулась к прилично убывшей бутылке с ромом, случайно задевая его пальцы. Я сделала большой глоток… Правда, уже спустя миг закашлялась, как матерый пират с цингой.
- Поль, аккуратнее… - Воронов постучал мне по спине, - Ром, не вода, - с легким глумлением: его полных губ коснулась нахальная улыбка.
Сглотнув, я силилась вытравить из опьянённой головы желание легонько куснуть Сашку за губу. Куснуть, а потом нежно, чувственно поцеловать.
Возможно, из-за внутренней борьбы, между нами снова установилась та странная тишина. Казалось, воздуха становится катастрофически мало, хоть мы и находились на опушке леса.
- Саш? – на выдохе.
- М?
- Ну, чем займемся? – облизывая в миг пересохшие губы.
- А чего бы тебе хотелось? – прошибая меня острым, практически осязаемым взглядом, хрипло поинтересовался Воронов.
Прищурившись, он пробежал по своей верхней губе языком, едва заметно подаваясь вперед, и это практически неуловимое движение подогрело мою кровь лучше любого алкоголя.
Глядя в невероятные глаза парня, я сдавленно выговорила.
- Мне бы хотелось сыграть в «правду или действие». Помнишь, как несколько дней назад, когда ты обломал нам с Завьяловым поцелуй?
Секунда, и что-то поменялось, будто заискрив в прохладном воздухе. Температура начала безбожно расти. С трудом удерживая свою мимику под контролем, Александр поднес бутылку к губам, делая большой жадный глоток.
- Как пожелаешь, - он судорожно выдохнул, - Задавай свой вопрос, - глядя на меня прямым, несколько агрессивным взглядом оскорбленного пирата.
Жаль, тогда я даже не догадывалась, куда нас заведет эта игра…
Глава 28
Первые вопросы оказались ностальгическими.
Мы мучили друг друга совместными воспоминаниями из детства. Оказывается, оба помнили некоторые события до мелочей, правда, интерпретировали их по-разному.
- Так и когда ты влюбилась в Андрея Абрамова? – внезапно спросил Сашка, поднося бутылку к губам – он сделал глоток, мышцы его горла сжались.
Не забыл же враки пубертатной малолетки.
Только теперь не солидно как-то было признаваться, что все это я говорила исключительно Воронову назло. Чтобы, не дай бог, не подумал, что я испытываю к нему какие-то чувства.
Тогда мне казалось, это подобно Армагеддону – подчистую уничтожит все, что нас когда-либо связывало. Испортит. Усложнит в миллионы раз. Я не только дружбы нашей лишусь, я лишусь Сашки.
- Действие, – тихо ответила я.
Он прохладно улыбнулся.
- Совсем же простенький вопрос. Что в нем было такого? Почему Абрамов? – Воронов презрительно скривился, как будто речь шла о каком-нибудь бомже или наркомане, а не о единственном наследнике семьи миллиардера.
- Действие, – уже настойчивее повторила я, не желая портить этот вечер очередным враньем.
От воспоминаний о тех наших посиделках почему-то стало немного больно.
- Тогда расскажи мне страшилку! Как в старые добрые… – Александр усмехнулся – за этой просьбой крылось что-то более глубокое и личное, но я не могла уловить, что именно, тихонько начав говорить.
Эту «страшилку», которая относится к современным легендам, часто рассказывают туристам в Горном Алтае, чтобы пощекотать им нервы.
- Однажды два парня влюбились в девушку. Но ответить взаимностью она никому не могла. Тогда все втроем отправились в поход, чтобы проверить свои чувства. Во время похода случился горный обвал, и девушка застряла в расщелине. Она умоляла о помощи, – я сделала паузу, сталкиваясь с внимательным взглядом Сашки.
- И что они?
В его темных глазах отражались языки пламени, волосы колыхались от ветра. Я сделала глубокий вдох – воздух был пропитан запахом смолы и древесного дыма.
- Парни подумали, что не хотят разрушать дружбу и оставили девушку погибать в одиночестве. Теперь несчастная бродит по горам, выискивает молодых людей, чтобы им отомстить. По легенде, встречают даму в белой одежде на Чуйском тракте – она просит туристов ее подвезти, а потом они бесследно исчезают.
Кроме того, алтайские шаманы говорят, что белоснежная красавица показывается людям перед страшными катастрофами. Например, призрак заметили в 2003 году, после чего произошло разрушительное землетрясение.
Я закрыла глаза на несколько секунд, чтобы перевести дыхание и немного привести ум в порядок.
- Теперь моя очередь, – на автопилоте забирая у Воронова бутылку с ромом и делая щедрый глоток.
- Почему после того моего дня рождения ты так скоропалительно принял решение учиться за границей? – ощущая, как сердце ускорило свой бег.
Пальцы Сашки безотчетно коснулись кисти моей правой руки.
- Поссорился с родителями. Ты же в курсе, – произнес он как-то взвинчено.
- Из-за того, что избил Мишку?