Эмилия Грин – Притворись моей (страница 40)
— Говорю же, приспустил штаны, как малолетка… Надо же куда-то вымещать желание свое бешеное… Твоей киске хозяин, кстати, не нужен?
Я шумно выдохнула, задетая его похабной шуточкой.
— Не обижайся… Маш, — тяжело дыша, — Я как ненормальный дрочу на тебя… Отчитываюсь, мысленно уже поимел в позе наездницы. Ты бы сейчас отлично смотрелась на моих коленях. Без трусиков. Только красный кружевной лифак бы оставил. На первый раунд, — шептал мой босс таким похотливым отлетевшим голосом, что я непроизвольно свела бедра вместе.
— На меня? — сама не понимала, почему я до сих пор выслушиваю этот пьяный бред, будто находясь под гипнозом.
— На тебя, — Паша сдавленно застонал.
— Но я ведь видела девушек, которые тебе нравятся… — сразу вспомнила про Сашу Апостолову, — Не верю, что…
— И все-таки я пытаюсь угомонить свой стояк с мыслями о тебе, Маш. Надо нам что-то со всем этим делать. Не находишь? — хриплым голосом, провоцируя хоровод мурашек на моем теле.
— Паша…
— Торкнуло меня. Переклинило на тебе. Ни хуя не соображаю…
Осознание его слов вынесло какую-то давнюю внутреннюю преграду, наполняя каждую клеточку моего тела чем-то настолько диким и непривычным, что у меня голова пошла кругом.
— Давай я заеду за тобой сейчас? — доверительным шепотом прохрипел мужчина, — Или поместимся в твоей кровати. Ты можешь устроиться на мне? Голенькой?
Я облизала губы, стараясь не концентрироваться на сиплых гортанных звуках, доносящихся из динамика. Вот безумец! Неужели всерьез...
— Я уже ложусь спать. Пожалуйста, поезжай домой.
— Я обладаю редким даром…
Пауза.
— Маш?
— Что? — я стиснула край футболки в кулак, стараясь абстрагироваться от пугающих откровенных образов и пошлых звуков, коими сочилась наша беседа.
— Неинтересно каким? М?
— Я боюсь спрашивать… — ответила честно, потому что… потому что ситуация полностью вышла из-под контроля.
Говоря сленгом барсуковских — пахло жареным!
— А ты спроси!
Левицкий издал развратный тихий стон. На несколько мгновений между нами повисла наэлектризованная опасная тишина, как перед бурей.
— Машенька… — я услышала какое-то копошение, а потом снова бренчание пряжки ремня.
— Ну… каким? — кончиком языка я прошлась по пересохшим губам, ерзая на одеяле, как на раскаленных углях.
— После бутылки добротного коньяка я могу еще несколько раундов трахаться как конь… — Левицкий развязно хохотнул.
— Паш, ты пьян… — зачем-то напомнила я ему.
— И что с того? Просто знай, я даже в таком состоянии могу покатать тебя на себе… Я по-разному могу, Маш. Как ты хочешь попробовать?
Пауза.
— Маш? Я и на весу могу тебя… Будешь дугой выгибаться на моем члене… Уже скоро.
И снова молчание, сопровождаемое сбитым дыханием с обоих сторон.
— Может, у тебя есть ко мне какие-то вопросы? — не унимался мой фиктивный жених на том конце.
— Мы все уже обсудили на работе…
— Личного характера? Я готов на них ответить. Сегодня я особенно словоохотлив, — он порочно усмехнулся, а я внезапно спросила.
— Расскажи подробнее, какие девушки тебе нравятся?
— Ну, это легко… — Паша засмеялся, — Идеальная женщина — хозяйка на кухне, королева в гостях, проститутка в постели. Хотя я бы не заставлял свою женщину стоять у плиты, если только иногда… в качестве исключения… побаловать меня чем-нибудь вкусненьким. А вот про постель очень точно подмечено…
Паша перешел на тихое ласковое урчание.
— Маш, будешь моей личной шлюхой? Я бы тебя так сладко ебал каждую ночь…
В полной мере прочувствовав его шокирующие слова, я будто разом отрезвела, со всей силы выжимая кнопку «отбой».
Сегодня Левицкий так и не объявился на работе. Наверняка, он отсыпался до обеда, а потом как обычно поехал с отцом на завод.
Пожалуй, его отсутствие было даже к лучшему, я хоть смогла плодотворно поработать, не тратя последние нервные клетки на поддержание формального делового общения.
— Я приехал за тобой. Жду на парковке, — прилетело от него сообщение за пять минут до окончания рабочего времени.
Выключив компьютер и сложив документы по папкам, я накинула пальто, и, переобувшись в свои сапожки, закинула сумку на плечо, поспешив из офиса.
Пока шла к Пашиному внедорожнику через всю парковку — чувствовала себя как на расстреле.
Потому что ощущала на себе десятки любопытных взглядов наших коллег. Кажется, они, наконец, нам поверили, но внимания к нашей паре, увы, меньше не стало…
— Привет! — тихо поздоровалась я, присаживаясь на пассажирское сидение.
Левицкий кивнул, изучая меня так серьезно и пристально, что стало не по себе.
Пауза затянулась, но Паша не торопился ехать или что-либо мне говорить, блуждая по моему лицу пугающе решительным взглядом.
— Ты… ты проспался? — кашлянув, я прервала затянувшееся молчание.
— Да, но башка до сих пор трещит. Дерьмовое утро переросло в дерьмовый день, — добавил он хмуро.
— Ну, это и понятно… Столько выпить… Наверное, ничего не помнишь? — спросила я с надеждой.
Возможно, он вообще забыл о вчерашнем звонке…
Паша снова кивнул.
Значит, реально ничего не помнит.
Я уже хотела перевести разговор в более нейтральную плоскость, как вдруг Левицкий резко подался вперед, перекидывая через меня ремень безопасности.
Он сам его застегнул, тяжело выдыхая около моей шеи. И пахло от Паши так фантастически хорошо — мятной жевательный резинкой и этим его фирменным терпким парфюмом, моментально забившимся мне в ноздри.
Мужчина замер, продолжая вжимать меня в сидение.
Его губы были плотно сжаты. Глаза горели. Ноздри опасно раздувались. Заметила, как ходит ходуном мощная грудь под кожаной курткой.
— Проснулся один. А хотелось с тобой. В нашей кровати… — подавшись вперед, он алчно прижался к моим приоткрытым губам, и на несколько мгновений из моей головы вылетели все мысли.
Левицкий начал меня целовать. От каждого его прикосновения я чувствовала, как сильно мужчина меня желает, больше уже в этом не сомневаясь.
Позволяя Паше жадные и несдержанные ласки — расстегивать пуговицы, пробираясь руками мне под пальто — я крепко его обняла, зарываясь пальцами в жесткие волосы.
— Маш, я не помню все дословно… — шептал он в перерыве между поцелуями, — Извини, если нагворил лишнего... Ты же знаешь, со стопом у меня проблемы... Но главного не забыл — я бы хотел попробовать…
— Попробовать? — пробормотала я растерянно, ловя его жаждущий взгляд.
— Ну, ты и я. Отношения, — объяснил Левицкий, явно нервничая.