Эмилия Герт – Попаданка в Академии Драконов (страница 24)

— А где Холдор, Элиза? — я поднялась на локте, оглядывая комнату. Ощущение сильного мужского тела, надежно прижимающего меня к себе, запечатлелось, как последнее, что я вчера почувствовала, отключившись в карете.

— Холдор утром улетел по делам, Кэти, — отозвалась Элиза. — А я осталась с тобой, чтобы присмотреть за твоим состоянием. Как ты себя чувствуешь? — подруга заботливо потрогала мои руки и лоб, поправила плед.

— Если не считать некоторой слабости — нормально, — я снова откинулась на подушку. Элиза поднялась, обуваясь, расправила простое домашнее платье:

— Аппетит есть? Позавтракаешь? — я кивнула и попыталась подняться, но девушка остановила меня. — Пока лежи, я принесу тебе завтрак сюда, — улыбнулась и выпорхнула из комнаты.

Я осмотрела себя, недоумевая, что такое на мне надето? Совершенно незнакомое мне платье, безумно тесное в груди, да еще и со шнуровкой на спине, хорошо, что не затянутой.

Солнце и щебет птиц делали почти нереальными события вчерашнего дня, но память против воли принялась услужливо подкидывать картинки — одна страшнее другой — и ощущение счастья и покоя начали таять, а затем все более стремительно меня покидать. Через пять минут смесь тревоги и ярости снова завладели мной, как вчера в комнате Валенса.

— Ты ведь знаешь, Кэти, у меня никогда не было недостатка в девушках, — холодный голос, раздавшийся в голове, прозвучал отчетливо и заставил вздрогнуть, словно Валенс произносил это не вчера, а здесь и сейчас. — Я не умею добиваться женщин, а уж тем более принуждать, да и не хочу. Но ты стала так упорно меня отвергать, что просто вызываешь недоумение. Ты ли это Кэтрин? — Валенс держал меня крепко, буравя насквозь цепким недоверчивым взглядом. Все внутри меня сжалось и замерло. Как же мне оттолкнуть его и не спалиться? — Давай, детка, — продолжал наглец, — докажи мне, что ты — моя любимая девочка, моя Кэтрин!

Озноб прокатился по позвоночнику, разнося по телу ледяные мурашки. Электрическим разрядом пронзила мысль, что после того, как он толкнул меня на кровать и навалился сверху — я ничего не помню! Видимо, снова потеряла сознание. И как же мне узнать, что случилось со мной потом?

Дверь отворилась и на пороге появилась Элиза с подносом, заставленным вкусно пахнущими блюдами. Опустив поднос передо мной на кровать, подруга взяла со стола бутыль из темного стекла и налила в стакан микстуру. Запах ее показался мне знакомым.

— Кэти, выпей сначала вот это, — протянула мне стакан девушка. — Холдор сказал обязательно дать тебе это лекарство, как проснешься.

— Ну, если Холдор сказал, тогда придется выпить, — проворчала я и, выпив лекарство, вернула стакан Элизе. Подвинула к себе поднос с яичницей, беконом, блинчиками со сметаной и чаем.

— Элиза, это все мне что ли? — я подняла на подругу недоверчивый взгляд. Та утвердительно кивнула и улыбнулась:

— Я уже позавтракала немного раньше с Холдором. Ешь, тебе нужно набираться сил.

Я и в самом деле проголодалась так, будто не ела неделю. Вспомнив, что вчера не завтракала, а потом и вовсе было не до того, решила не набрасываться на еду и съела только яичницу и чай. Поблагодарив Элизу, отставила поднос и откинулась на подушки. Слабость была ощутимой, даже испарина на лбу выступила.

— Элиза, я хочу принять душ и переодеться, — сделав над собой усилие, я все же поднялась.

— Тебе помочь? — всполошилась готовая бежать мне на помощь подруга. — Давай я расшнурую тебе платье.

— Давай, — согласилась я, повернувшись к Элизе спиной. — Ты не знаешь, что это за платье, Элиза? Чье оно?

— Я задала этот же вопрос Холдору, — смущенно ответила девушка. — Он сказал, что это первое, что попало ему в руки.

Я в ужасе обернулась, встретившись взглядом с большими глазами Элизы.

— Я что, была раздета? — едва не закричала, содрогаясь от ужасных мыслей о том, что этот ушлепок Валенс мог натворить. Элиза обняла меня и прижала к себе.

— Нет, Кэти, нет! Твой костюм был мокрым. Наверное, ты его заморозила. Я бы прибила этого Валенса за то, что он причинил тебе столько страданий! — эмоционально выдала девушка, гладя меня по голове. — Холдор вызывал врача, с тобой все в порядке, ты скоро поправишься. Хорошо, что Холдор забрал тебя домой. Я так волновалась за тебя.

— Хорошо, — выдохнула я, облегченно и отстранилась, вытирая неведомо как появившиеся на глазах слезы. Улыбнулась. Какое счастье, что есть Элиза и Холдор!

Я приняла душ и, соорудив на голове из полотенца тюрбан, завернулась в большой пушистый халат. В комнате на столике меня уже ждал поднос со свежим чаем. Я с удовольствием выпила чашку ароматного напитка и почувствовала, как оживаю. Размотала полотенце и занялась волосами.

— Давай, помогу просушить, — тут как тут пришла на помощь со щеткой для волос Элиза.

Душа моя была полна благодарности друзьям за то, что они заботятся обо мне, пусть, даже не зная, что я — не Кэтрин. Я поймала себя на том, что мне все труднее обманывать их, и совесть начинает серьезно подгрызать, но решиться на то, чтобы рассказать правду, просто не хватало духу.

— Элиза, ты знаешь, что случилось с моим отцом? — вопрос сорвался с языка сам, как только я вспомнила расспросы Валенса.

Элиза погрустнела и покачала головой:

— Нет, Кэти. Я знаю только то, что ты написала мне в письме. С расспросами не приставала к тебе, чтобы не причинять лишней боли, ждала, когда ты оправишься от потери и сама о нем заговоришь и расскажешь.

— Дело в том, что я тоже не знаю, что с ним, — я взглянула на грустную Элизу, и решила сказать пусть частичную, но правду. — Не знаю, где он, жив ли он. Когда я очнулась, его уже не было.

Элиза молчала, но я чувствовала ее поддержку и внимание.

— Валенс считает, что мой отец жив, что его похитили. Также как он меня, — я помолчала, размышляя, насколько реально похитить взрослого мужчину-мага-дракона, возможно ли это, и пришла к выводу, что все же я слишком мало знаю об этом мире и их драконовской магии.

— Вот ведь тварь самоуверенная! — вывела меня из задумчивости Элиза. — Расскажешь, Кэти? — опустив с одной стороны кровати легкий полог и переползая ко мне ближе, девушка приготовилась слушать. Я подложила под спину еще одну подушку и поведала подруге свои вчерашние невеселые приключения, точнее ту их часть, что осталась в памяти.

— Мне обязательно нужно поблагодарить Холдора, — закончив повествование, призналась я. — Не знаю, что со мной было бы, если бы не он.

— Не обязательно, — прозвучал низкий знакомый голос из-за полога. Обернувшись, я увидела стоящего у столбика кровати, Холдора. Как давно он здесь стоит? И много ли успел услышать? — Я обязан был это сделать. Более того, не должен был этого допустить.

— А подслушивать — нехорошо! — в негромком возгласе Элизы явственно читалась поддевка.

Сегодня аллея показалась Марго слишком короткой, и она повернула обратно, несмотря на то, что почти дошла до парадного входа в замок Тарбенов. Дело было в том, что аллея закончилась раньше, чем обычно такая находчивая и изворотливая Марго нашла логичное объяснение поведению своего младшего брата. Объяснение для Тарбена, разумеется. Для нее никаких объяснений не требовалось, и так все было ясно. Глупый, пустоголовый Валенс не смог справиться с такой пустяковой задачкой. А всего и надо-то было, что завалить и трахнуть эту курицу Кэтрин.

И, в общем-то, можно было бы братца слить, такого недоумка даже не жалко, но как ни крути, это был единственный родной ей человек. И, к тому же, он еще мог ей пригодиться, ведь, в конце концов, эта девчонка Лунд никуда не делась, — доктор сказал, что она жива и скоро поправится! — как и проблемы, которые она за собой тянула.

Конечно, было бы идеально, если бы Валенс смог подобраться к малышке Элизе, но на это, к сожалению, даже не приходилось рассчитывать. Чтобы провернуть такой финт, братишке к его внешности нужна была хоть капля мозгов, а милая девочка Элиза всегда была слишком смышленой, не по годам. Да и Джастин то и дело путался под ногами, отвлекая на себя ее внимание.

Решив, наконец, что с Тарбеном может сойти с рук только одна линия поведения, Марго скривила лицо в расстроенную и сожалеющую мину, пару минут потренировалась делать брови домиком и решительно направилась ко входу в дом.

— Дома ли его светлость тисс Тарбен? — высокомерный тон ее голоса заметно охладил заученно приветливое выражение точеного лица.

Дворецкий распахнул перед ней дверь и, все же пропустив внутрь, не предложив пройти и располагаться, оставил стоять у входа. Уведомив, однако:

— Я доложу о вас его светлости, — удалился в одну из комнат.

Это было крайне унизительно. Ее, Марго Маллс, держали у порога, как какую-то дешевку, не проявив ни капли соседского гостеприимства. Но чего еще можно было ждать от этого высокомерного сноба Тарбена?

Десять лет своей жизни она положила на то, чтобы выучиться и добиться хоть мало-мальски значимого места в его системе координат. Сколько пришлось предпринять интриг и авантюр, чтобы подобраться поближе к его неотразимой светлости. Но он никогда не проявлял к ней ни должного уважения, ни внимания, которого она заслуживала. И даже на работу взял из одной только жалости. Негодяй! Красивое лицо Марго перекосила гримаса ненависти.

Да любой мужчина в герцогстве таял бы от счастья, если бы она обратила на него внимание! А этот упертый сноб делал вид, что не замечает ее благосклонности. Столько жертв и усилий потрачено на то, чтобы завоевать его, и все напрасно! Такой же каменный и неприступный, как и его замок.