Эмилия Дарк – Ночь с отцом подруги (страница 8)

Отчим: "Где ты шляешься? Мать ушла в ночную смену. Жду."

***

Я медленно открыла дверь, стараясь не скрипеть. В прихожей было темно, только синий отсвет телевизора пробивался из гостиной.

– Ну и где ты шлялась? – его голос прозвучал из темноты, заставив меня вздрогнуть.

Отчим сидел в кресле, освещенный мерцающим экраном. На столе перед ним стоял стакан с чем-то крепким.

– У… у подруги, – ответила я, снимая обувь дрожащими руками.

Он резко встал, и я увидела, что он уже без рубашки – только спортивные штаны, низко сидящие на бедрах.

– Врешь, – он подошел слишком близко. – Ты от меня что-то скрываешь.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодный пот.

– Я… я нашла его, – прошептала я.

– Кого? – его пальцы впились в мои плечи.

– Отца ребенка.

Он замер. А потом произошел взрыв.

– Это Я отец! – он тряхнул меня так сильно, что голова откинулась назад. – Ты поняла?! Я!

Его глаза горели в полумраке, слюна брызнула мне в лицо.

– Нет! – вырвалось у меня. – Это не ты!

Он резко развернул меня и прижал лицом к стене.

– Ты МОЯ, – прошептал он в ухо, обдавая шею горячим перегаром. – И ребенок МОЙ.

Я почувствовала, как его жесткие пальцы залезают под юбку.

– Нет! – я попыталась вырваться.

– Молчи, – он прижался всем телом, лишая возможности двигаться. – Иначе разбужу мать.

Да какая разница, кто отец?

Его руки скользнули вверх по моим бедрам, грубо приподнимая край юбки. Я вжалась в стену, но холод плитки уже не мог отвлечь от жара, растекающегося по животу.

– Ты вся дрожишь… – он усмехнулся, и губы обожгли шею.

Я ненавидела этот голос. Ненавидела его наглый напор. Но когда ладонь резко вцепилась в меня под тканью, тело предательски выгнулось навстречу.

– Не… – попыталась я, но протест потерялся в стоне.

Он вошел резко, без подготовки, и боль тут же смешалась с чем-то другим – с привычным, почти наркотическим давлением там, внутри, где каждая точка будто была создана именно для него.

Я не хотела этого. Но мой предательский организм уже тонул в знакомых волнах.

– Видишь? – он дернул бедрами, вгоняя глубже, и я бессильно обмякла, ловя ртом воздух. – Ты моя. Вся.

Мои пальцы царапали обои, но таз уже двигался в ответ, подчиняясь ритму, который знал лучше, чем я сама.

– Ммммм, нет…

Но «нет» давно перестало значить что-то.

Мои ноги дрожали, ладони прилипли к стене, а в голове пульсировала одна мысль: «Я ненавижу его. Но мое тело – хочет продолжать… Хочет его…»

Каждый толчок заставлял меня терять почву под ногами, будто я проваливалась в какую-то темную, липкую эйфорию.

А что, если… Нет, это же неправильно! Но разум уже отключался, оставляя только животный отклик на каждое движение.

“Зачем что-то менять?” – Этот вопрос всплыл внезапно, грязно и удобно. – “Может, просто… смириться?”

Ребенок… Да какая разница, кто отец? Я скажу маме, что это случайность. Что я напилась на вечеринке. Или что меня изнасиловали в подъезде.

Она поверит. А я… Я сделаю тест. Тайком. Просто, чтобы знать. Но знание – это опасность. И пока его тело прижимало меня к стене, а пальцы впивались в бедра, я почувствовала, как внутри что-то ломается. Не тело. Что-то важное.

Когда он наконец отпустил меня, я почувствовала, как по внутренней стороне бедер стекает его липкое семя.

Я не смотрела на него. Просто прижала ладони к животу, будто могла защитить то, что росло внутри. Боже, что со мной?

В зеркале над раковиной мелькнуло бледное лицо с тушью, размазанной до висков. Я выглядела грязной.

– Чтобы я больше не слышал от тебя о других мужчинах, – он поправил ремень, даже не глядя в мою сторону. – Или сама понимаешь.

Дверь захлопнулась, а я осталась стоять, прислушиваясь к тишине квартиры. Где-то за стеной сопела мама. Она не проснулась. И почему-то это было хуже всего.

Потом, как всегда, начались манипуляции и шантаж, уже на следующий день.

– Тебе же нравилось, – он бросил это вполголоса, пока мама на кухне грела еду.

Я застыла с тарелкой в руках.

– Молчишь? Значит, признаешь.

Его пальцы скользнули по моей пояснице, будто случайно. Но я поняла. Это не закончится. Никогда.

– Если ребенок мой… – он наклонился так близко, что губы коснулись уха. – Ты его не убьешь. Поняла?

Мой живот сжался. Я кивнула. А потом убежала в ванную – и меня вырвало.

А потом я решила найти Александра. Я знала, что это безумие. Но после того теста, после этих двух полосок, я больше не могла просто ждать. Он должен был узнать.

Но как? Отчим контролировал каждый мой шаг, а мама смотрела на меня с подозрением – живот еще не рос, но мне казалось, что все видят мою тайну.

План был прост: надо было узнать, где он работает. В последний раз, когда я была у Кати, я видела статуэтку с логотипом – стилизованные буквы "KGD Consulting". Он был красивый и Катя заметила, что я засмотрелась.

Тогда она и сказала, что это статуэтка подарена ее отцу, что он работает в этой организации. Тогда я не знала, кто ее отец, что у меня с ним будет близость, поэтому не придала значения словам подруги. И когда стала думать о том, чтобы найти Александра, я сразу же вспомнила этот логотип.

Поиск выдал адрес сразу: башня "Северная", офис 1402.

Оставалось только выбрать нужный момент…

Отчим думал, что я у моей второй подруги – Света покрывала меня, хоть и не знала зачем. Мама была на работе.

Проследить маршрут… Я пришла к его дому рано утром, спряталась за углом. Он вышел в 8:15, черном пальто, в котором он выглядел просто безупречно.

Не один. С ним была высокая блондинка в строгом костюме. Они смеялись, он коснулся ее руки.

Кто это? Но сейчас это не имело значения. Он сел в авто, а я поймала первую попутку.

– За башней "Северная", быстро!

Лобби сверкало мрамором и стеклом. Консьерж бросил на меня оценивающий взгляд – в моем дешевом пуховике и с потрепанной сумкой я выглядела чужой.

– Вам к кому?

– К Александру Дмитриевичу, – я подняла подбородок, стараясь звучать уверенно.

– У вас пропуск?