Эмили Тедроу – Талантливая мисс Фаруэлл (страница 45)

Бекки наблюдала за Кеном с почтительного расстояния: вот он с красным лицом наклонился вперед, уперся руками в колени, стараясь отдышаться. Распрямился, раскинул руки и поприветствовал зрителей. Поймав взгляд Кена, Бекки показала ему поднятый кверху большой палец и направилась к машине.

Во время мероприятия собирали деньги в благотворительный фонд «Помощь детям с нарушениями речи»; многие участвовали, в том числе и Бекки, анонимно пожертвовавшая фонду тысячу долларов.

Кен неделю не бегал после этого полумарафона, но, по слухам, уже записался на следующий. Хотя у него немного болела нога.

Они поехали в Спрингфилд в воскресенье 23 сентября. Снова «Хэмптон». Бекки безвылазно сидела у себя в номере, изучала каталог — репродукции, документы о происхождении, общие обзоры и прочее. Недавно она увлеклась восковой живописью и присматривалась к серии картин, выполненных в манере древних поминальных портретов. Слышала, как Кен бродит по смежному номеру. Решил не идти на пробежку? Она подняла голову и прислушалась: скрипнули пружины кровати, забормотал телевизор.

Вечером они пошли ужинать во вьетнамский ресторанчик, заказали карри с зеленым перцем. Бекки не собиралась ни о чем расспрашивать. С той ночи, когда Кен поцеловал ее, Бекки вообще ничего не предпринимала — он сам должен решить, что дальше.

— Наплевал я на пробежку сегодня, — признался он, ковыряя вилкой карри.

— Неужели?

— Глупо, конечно. Просто поленился, а теперь жалею.

— Завтра побегаешь.

Телевизор в углу зала работал без звука, на экране мелькали кадры — команда регбистов в тренировочном лагере. Крепкие парни в шлемах, но без наплечников легко передвигались по залитому солнцем полю.

Бекки с Кеном сидели у окна. Они часто ужинали в этом ресторане. Сегодня здесь было пусто.

— Ну, не знаю. — Кен поднял глаза и улыбнулся ей своей прежней — настоящей — улыбкой. Он выглядел слегка помятым — спал днем? — Может, мне вообще придется прекратить тренировки. Похоже, я себя переоценил.

— Нет! — воскликнула Бекки.

Он коротко рассмеялся.

— А еще я подумал… Знаешь, нужно сказать Синтии — мы бросаем это дело.

— Правда? — Она давно ждала, когда же он осознает, что их усилия тщетны, что ничего не выйдет. Он потерпел поражение, и все же Бекки не смела торжествовать — таким мрачным было его лицо.

— Придется похоронить эту идею. Тем противней платить Синтии. Она не гарантирует даже, что дело дойдет до суда! — Кен покачал головой. — Во всем виноват я. Моя фантазия, с самого начала. С такими шансами продолжать настаивать просто безответственно.

— Ну, если ты уверен…

Кен пожал плечами, не отрывая взгляда от телевизора.

— Хочешь, прямо сейчас позвоню Синтии. Даже с удовольствием.

Чего он уставился в экран?? Бекки не терпелось получить подтверждение: все кончено?

— Кен?

— Да, черт побери! — выкрикнул Кен.

Владелец ресторана за стойкой бара оторвался от газеты и посмотрел на них поверх очков.

— Хорошо, — тихо сказала Бекки.

Кен бросил скомканную салфетку на стол и развел руками — ну, извини. Попросил подать счет.

На следующее утро они встретились с Хью Форбсом. Он не стал их обнадеживать по поводу финансовой поддержки, и Бекки сочла это хорошим знаком.

Кен начал с набережной. Он решил, что хорошим аргументом для Хью будет защита окружающей среды. Ознакомил его с результатами проведенных исследований, особо выделив прогнозы уровня воды в реке. Укрепление береговой линии и ремонт набережной поможет противостоять будущим изменениям климата, а это не только большое дело для инфраструктуры города, но и — в преддверии выборов в конгресс — подарок избирателям.

Хью жевал слойку с вишней и молча слушал. Похоже, он сейчас свернет разговор. Ну что ж, по крайней мере, успеют доехать домой без пробок. Бекки вздохнула, взяла себе с блюда черничный кекс.

Хью собрал в стопку фотографии набережной и вернул Кену.

— Сейчас нет никакой возможности. Может быть, после выборов в конгресс, если мы достигнем компромисса. Не хочу сказать, что вы съездили зря, потому что я, конечно же, всегда рад пообщаться.

Он стряхнул крошки с галстука, бросил едва заметный взгляд в сторону помощников: закругляемся, на сегодня еще куча дел. Она знала, каково это: раз за разом отказывать тем, кто просит выделить деньги. На мгновение представила себе эту карусель — они продолжают обивать пороги, а им твердят: «Нет никакой возможности».

Один из помощников передал Хью раскрытую папку и указал на какой-то документ.

— Что? Да, вижу. Ну, вот — в середине августа мы переводили вам средства на дорожные указатели.

Кен рассмеялся.

— Знаки остановки на выездах с шоссе? Нет там никаких знаков… Бекки, когда был выпускной? Дети тогда спорили, в каком месте больше машин побилось.

Бекки похолодела. Натянуто улыбнулась.

Хью еще раз заглянул в папку.

— Пять тысяч восемьсот долларов, вы получили их 15 августа. Дорожные указатели.

Кен откинулся на спинку сиденья, весело глянул на Бекки: ты ему веришь?

— Что ж, мне неприятно говорить об этом, но на дороги и ремонт нам ничего не выделяли с тех пор, как…

— Кен, — тихо сказала Бекки.

— Вот же документ… — Хью ткнул в папку.

— Я утверждаю — на выездах нет знаков остановки, а это вопрос безопасности, мы уже сотню раз… Что? — Он вопросительно посмотрел на Бекки. Она встала из-за стола и тронула Кена за рукав.

— Сделать вам копию? — Хью, казалось, был немного озадачен.

— Спасибо, не нужно, — мягко сказала Бекки. Так, сейчас главное — вытащить Кена из кабинета Хью. — Все в порядке, мистер Форбс. Мы ценим ваше содействие, и любые средства…

Кен в смятении уставился на нее. Бекки пришлось чуть ли не за руку вывести его оттуда; он пытался осмыслить разговор — что за путаница?

— Так вы там разберитесь с этими дорожными знаками, — посмеиваясь, крикнул им вслед Хью. — Всегда рад пообщаться!

Где-то на полпути к машине до Кена дошло.

— Пять восемьсот, — произнес он.

Бекки мысленно ответила ему: «Да! Всего лишь пять восемьсот!»

— Ты видела этот платеж?

— Не помню, надо посмотреть.

— Пять восемьсот. Такая сумма в дорожно-ремонтный отдел не поступала. Мы летом на заседании совета видели их счет — пустой. Я помню, ты еще тогда пошутила, ты сказала…

— Послушай, Кен…

— «Что знак «Стоп» сказал знаку «Уступи дорогу»?»

Бекки не ответила.

— «Понятия не имею. Они объяснялись знаками!» — медленно произнес Кен. — Класс. Глупейшая шутка, однако все смеялись. Потом ты рассказала анекдот про знаки «Стоп» — как оно бывает на самом деле…

— Перестань. Давай…

— Как, черт побери, бывает на самом деле, Бекки!

Они спустились на нижний уровень парковки.

— Автомобиль притормаживает перед знаком «Стоп», но проезжает его. Полицейский останавливает машину. Спрашивает…

— Что? Я тебя не слышу.

— Коп спрашивает: «Почему ты не остановился?», а водитель отвечает: «Я притормозил, это то же самое». Полицейский начинает бить его дубинкой. «А теперь скажи мне, что ты хочешь — чтобы я остановился или притормозил?»

Некоторое время Кен просто стоял и смотрел на нее. Бекки не отвела взгляд — ждала, что он скажет, однако Кен повернулся и быстро пошел к машине. Ее машине.