Эмили Рэй – Обречённые. Дилогия (страница 16)
Фелиция с тоской смотрит на гамбо. Тёмно-карие глаза словно хрустальный шар, где, если заглянуть поглубже, можно увидеть прошлое.
– В тот самый день, часов в семь вечера.
Одри шокировано глядит на мать. Всё-таки она не знала. А вот глава семейства, Дэниел, в курсе – даже ухом не повёл.
– Ничего не предвещало беды, – продолжает Фелиция. – Мы поговорили о том, кто чем живёт. О детях, работе. О прошлом.
– Вы были знакомы? – голос младшей Корнелл подлетает вверх.
– Да, хоть и давно не общались. Когда-то мы были лучшими подругами, вместе учились в университете. Недолго, конечно, ведь она потом перевелась.
– Почему ты не говорила? – не сбавляет напора Одри.
Миссис Корнелл мечтательно улыбается, а потом улыбка исчезает, и женщина переводит взгляд на меня.
– Мне правда очень жаль, что она так закончила.
– Вы сказали, что разговаривали о работе. Мама не упоминала о… ну… может, ей кто-то угрожал?
– Прости, милая, – Фелиция отрицательно качает головой. – Если бы была хоть одна зацепка, я бы незамедлительно рассказала всё шерифу.
Вылавливаю креветку и отправляю её в рот. Нужно сбавить темп, иначе это больше похоже на допрос.
– Как Леона? Держится?
Киваю.
– Ей это даётся легче, в каком-то плане. Она всегда была более сдержанная, чем я.
– Она стала совсем взрослой. Я помню её белокурой малышкой, которая обожала мороженое.
– А почему вы перестали общаться?
Корнелл чуть прикусывает изнутри нижнюю губу.
– Я уже и сама не знаю. Молодость – время глупых поступков.
Интуиция говорит мне, что что-то недосказано. Так какова же была настоящая причина их разлада? И не из-за этого ли ей пришлось убить маму?
Я прощаюсь с семьёй Корнелл со смешанными чувствами: не доверяю Фелиции, но в то же время помню, что мне нужно найти Сару, а не её. А что, если Фелиция и Сара были заодно, только первая была в тени, а действовала вторая? Подумываю повторить обряд и задать ещё пару вопросов, но на этот раз уже одна. Надо только найти в интернете такую же схему круга и отыскать где-нибудь дощечку нужной формы. Или, может, это продаётся в лавке со всякими магическими штуками?
Захожу домой, вспоминая, что именно говорила Одри, когда вызывала духа. До меня доносятся повышенные тона со стороны кухни. Я никого не вижу, но отчётливо слышу Леону и Стивена. Наверное, они сидят за столом. Хочу крикнуть, что я вернулась, но почему-то вместо этого тихо закрываю входную дверь и прислушиваюсь.
– Ты серьёзно считала, что мне не обязательно знать об этом?! – Стив возмущается, раздаётся хлопок по столу.
Я вздрагиваю. Что бы его так ни разозлило, со мной он таким ещё не был.
– Да! Я серьёзно так считаю! Ты сейчас необходим ей!
– А тебе? Или ты всё уже решила?
Отрывки в голове начинают быстро складывать в полную картинку. Они говорили на улице не только о том, что мне рассказала Леона. Их связывает нечто большее и они оба это скрывали от меня.
– Ты понимаешь, что я сделал ей предложение? Понимаешь, что скажи ты чуть раньше, этого можно было избежать?!
В горле ком. На глаза наворачиваются слёзы. Бесшумно снимаю с шеи шнурок, на который надето помолвочное кольцо. Я решила пока не привлекать внимания и не стала надевать его на палец, так как отвечать на вопросы совсем не то, чего мне хочется. Медленно опускаю шнурок на тумбочку у входной двери и продолжаю слушать.
– Я решила, что оставлю его для себя. Ребёнок не виноват, что…
Кратковременное помутнение разума отключило способность слышать.
С силой стискиваю зубы, заставляя себя остаться на месте. Нельзя входить на кухню. Нельзя показывать, какую боль они мне причинили. Нет, только не жалость. Я не позволю этим предателям меня жалеть!
– Для себя? А я, по-твоему, не имею к этому отношения?!
– Господи, да это было развлечение на одну ночь, кто же знал, что так выйдет? – буквально кричит сестра. – Между нами не было никаких отношений и быть не может, а результат этой случайности я оставлю себе, хочешь ты этого или нет!
Осознание всё плотнее оседает в голове. Прижимаюсь к стене и зажимаю рот руками, не в силах сдержать слёз. Понимаю, что не могу здесь больше находиться ни секунды. Хватаю ключи от своей машины и выбегаю на улицу, запрыгивая за руль. Уже не забочусь о том, чтобы меня не заметили, и громко хлопаю дверцей. Газ в пол. Мотор, фары, светофор. Еду куда-нибудь, лишь бы подальше отсюда.
С яростью стучу ладонями по рулю. Не знаю, как мне удалось выбрать побег, ведь меня всегда считали импульсивной. Устроить истерику и швырнуть чем-нибудь в своего теперь уже бывшего парня мне было бы более характерно, но я выбрала просто скрыться. Они застали меня врасплох. Это слишком больно, чтобы хоть как-то контактировать с ними. Предстать перед ними в таком состоянии то же самое, что показать их превосходство и признать поражение. Нет уж, сдаваться я не намерена. Я не предстану перед ними жалкой, никогда. А пока мне нужно до конца осознать новое положение дел и успокоиться, чтобы не наломать дров.
Достаю вибрирующий мобильник из кармана. Стив. Одновременно приходят сообщения от Леоны.
«Джейн, вернись домой! Я всё тебе объясню!»
«Пожалуйста, не горячись!!!»
«Джейн, ваша помолвка в силе, между нами ничего не может быть!»
– Ты что, блин, издеваешься?! – кричу я, переводя взгляд с телефона на дорогу. – Пусть засунет себе это кольцо в… – мне не даёт договорить сигналящий сзади нетерпеливый автомобиль.
Отключаю телефон и бросаю его на пассажирское сиденье. Вытираю слёзы рукавом кофты, они мешают смотреть на дорогу. Со всей силы сжимаю руль и рычу от злости и беспомощности – время назад повернуть я не в силах. А ведь ещё вчера я думала, что хуже быть не может! Наивная дурочка!
Сворачиваю на просёлочную дорогу, еду меж высоких сосен и вскоре оказываюсь у моста через реку. Выхожу из машины и ору. Просто ору, выплёскивая из себя всё то дерьмо, что накопилось. Несколько раз со злостью пинаю по давно упавшему дереву, хожу взад-вперёд, ввожу пальцы в волосы и взбиваю их у корней, пытаясь не дать себе потерять рассудок.
– Нет, нет, нееет… – мозг отказывается верить в услышанное.
В голове картинки прошлого: Стив говорит, что влюбился с первого взгляда и теперь не представляет жизни без меня; красиво рассказывает, как мы скоро поедем в Италию; подхватывает меня на руки и кружит по залу, когда мы отмечаем первый месяц отношений.
– Ну почему это происходит со мной?! – со злостью кричу я в небо и каждой клеточкой чувствую бешенство.
Снова пинаю по дереву, с каждым ударом выпуская из себя ненависть и обиду. Шумно выдыхаю и начинаю думать фактами: у Леоны не видно живота, значит, срок маленький. Где они могли пересечься, если он всё время был или на работе или со мной? А-а-а…. Ну конечно! Нью-Йорк. Она ведь тоже там была не так давно.
– Твою мать!!!
Из последних сил пинаю по дереву, от которого отлетают щепки. Иду на мост, останавливаюсь у перил и смотрю вниз. Морщусь.
Впиваюсь пальцами в перила, делаю шаг назад и склоняю голову, понимая, что несу бред. Даже сейчас я ценю свою жизнь и не готова с ней прощаться несмотря на то, что осталась совсем одна. При этом не могу не заметить, что течение воды под ногами завораживает. Представляю, как оно уносит моё тело прочь. Туда, где меня никто не найдёт. Никогда. Я навсегда останусь в глубинах яростно бурлящих вод, недоступная ни для одного предателя.
– Ты же не думаешь прыгать? – голос заставляет меня вздрогнуть.
Поднимаю голову и вижу, что неподалёку стоит парень. Я его раньше не видела. Высокий, темноволосый, в кожаной куртке нараспашку. Он опирается на перила спиной, скрестив руки на серой футболке в районе груди. Хочу возразить, но у меня нет ни слов, ни желания.
– Это было бы глупо, – совершенно спокойно продолжает он. – Есть более интересные способы покончить с жизнью.
– Я не нуждаюсь в твоих советах, – рычу я и иду в сторону машины.
Наверное, мне стоило бы переживать, встретившись с незнакомцем в лесу, когда поблизости больше ни души. К тому же уже темнеет. Но я думаю лишь о том, как заглушить щемящую боль в груди. Думаю, как не сломаться.
– Всё так плохо? – Он идёт за мной.