Эмили Ли – В плену твоих чар (страница 2)

Дорога, которая в ином случае заняла бы полночи, сократилась втрое. Гвендолин не заметила, как оказалась у своего дома. Едва она спрыгнула, Айэм снова стал человеком.

– Я подожду тебя здесь, – сказал он, показательно осматриваясь.

Гвендолин хмыкнула. Сказал так, будто у него есть выбор. В этом мире он особенно привязан к воде – далеко отойти всё равно не сможет, – а облик человека и вовсе слишком болезненный, чтобы путешествовать или просто сохранять здравый рассудок. Впрочем, находиться в облике человека было сложно не только для него, для всех Иных, которые раз от раза тайно пересекали Завесу между мирами в попытке вкусить экзотики этого места. Ну или по необходимости, как это было в случае с её семьей.

Поймав его изучающий взгляд на своей фигуре, она инстинктивно прикрылась руками и шумно выдохнула. Платье. Вот ведь… За размышлениями уже успела забыть. Она глазами нашла взгляд мужчины и стала удерживать. Магия неторопливо откликнулась – её воля стала проникать в его сознание, вынуждая его забыть мгновения, которые были до этого. Почувствовав его мощнейший внутренний блок на вмешательство из вне, чародейка удвоила усилия.

Айэм вдруг рассмеялся.

– Ничего не получится, – сказал он, отсмеявшись, а затем с толикой ехидства добавил: – Вид твоего восхитительного тела останется со мной навсегда.

Она возмущенно воскликнула и поспешила в дом. Сопровождал её его громкий злорадный смех.

***

Гвендолин развеяла иллюзию и надела обычное платье, такого же кроя, как было на ней до этого: темное, строгое, наглухо закрывающее тело. Потом вернулась и зажгла наружный фонарь. Она не думала, что Айэму есть разница, но где-то глубоко, строгое воспитание не дало проявить непочтение к неожиданному гостю. И тут же усмехнулась от неуместности собственных дум. Гостю… Как же… Почему-то из всех своих клиентов именно его она сторонилась больше всего. Внутреннее чутье настойчиво посылало ей предупреждение, а интуиции доверять чародейка привыкла.

Уже дома Гвендолин подошла к занавешенному окну и осторожно выглянула. Айэм тихо бродил по берегу. Ждал. Интересно, к чему такая срочность? Заряжать амулет и готовить зелье не один час. Он наверняка знает об этом. Странно. Однозначно, странно. Остается надеяться, что он в пылу своей срочности не наделает глупостей и не попадется чародеям Круга. По соглашению между мирами Иным запрещено бывать на этой земле. Всех пойманных заключают в тюрьму, уведомляют стража Завесы, а после уже их казнят, если за своих подданных не вступится Владыка другого мира. Но Гвендолин не знала случаев, когда за незаконно проникших решил поручиться Владыка.

Мысли снова вернулись к Айэму. Всё же зачастил он. Неужто так сильно понравилась какая-то человеческая женщина, что потерял голову и теперь не может долго без неё? И тут же смешок сорвался с губ. Нет. Ради потех столько монет не спускают, да и на такой риск не идут. Влюбился? Хм-м-м… Не похож он на влюбленного. А впрочем, не её это дело. Золотое правило контрабандиста: платят – делаешь. Вопросы – это дорога в забвение.

Опомнившись, чародейка собрала волосы в пучок, скрепила тоненькой деревянной палочкой и прошла в комнату, которую отдала под алхимическую лабораторию. И время перестало существовать. Так всегда бывало, когда она погружалась в любимую работу. Гвендолин готовила снадобье и чувствовала себя не просто чародейкой – она чувствовала себя Создателем. Сочетание целебных свойств растений, потусторонней силы некоторых мертвых ингредиентов и тихая, наполненная жизнью речь – это ли не волшебство, которое дает нужному предмету искру настоящего? Зелья, которые могут продлить чью-то жизнь, которые даруют силу, которые могут заставить страдать, а могут и подарить эйфорию, – это такая же сильная магия, как и та, что носят в себе Иные по праву рождения. Гвендолин повезло вдвойне: ей была доступна магия Иных и магия человеческой расы.

Посетившее чародейку вдохновение сделало зелье для Айэма даже сильнее, чем планировалось. Защитный амулет тоже вышел более продолжительного действия. Гвендолин бросила взгляд на окно, пытаясь рассмотреть силуэт водного духа, и нахмурилась. Выторговать бы за это побольше, но что-то ей подсказывало, что ничего не получится. Айэм вряд ли будет покладист. Хотя… если воспользоваться его безвыходным положением и спешкой…

После проведенных манипуляций и ритуалов чародейка привела в порядок руки; распустила волосы; забрала пузырьки с зельем, которое позволит Айэму пребывать в облике человека безболезненно, и амулет, способный спрятать Иного от ока Круга и остаться незамеченным; прихватила с собой комплект одежды и вышла во двор. Вороной конь сразу же направился к ней. Столб ярких искорок, и уже красивый мужчина взирает на неё своими внимательными синими глазами.

– Срок амулета продлен до недели, а зелья хватит на два полных дня. Плюс запрошенная тобой одежда обошлась мне дороже, – сказала Гвендолин, демонстрируя принесенное, но при этом не подходя ближе. – Тридцать золотых, – сразу же обозначила цену она.

Лицо Айэма сначала вытянулось от изумления, а потом в глазах ярко запылала ненависть. Желание кровавой расправы так остро ощущалось, что Гвендолин отшатнулась, инстинктивно формируя пальцами одной руки атакующую печать. Впрочем, водный дух быстро погасил эмоции, лицо снова стало расслабленным и относительно спокойным.

– Уговор был на пятнадцать, – напомнил он, на желанные предметы старался не смотреть, но выходило откровенно плохо.

Гвендолин мысленно улыбнулась, предвкушая.

– Так и договор у нас был только на завтра. Поэтому или бери это сегодня за тридцать, или приходи завтра за другим: меньшим по действию и стоимости, – по-деловому сухо сказала она и на всякий случай отошла от него ещё на шаг.

Конечно, если Айэм захочет, то достанет её и с такого расстояния. Но тогда ему придется искать другую чародейку, торгующую нелегально, да и убийство привлечет внимание, следовательно, лазейку на этом участке земли между миром людей и миром Иных прикроют. Понимал это сейчас и размышляющий водный дух.

– Двадцать, – тщательно пряча раздражение, проговорил Айэм.

– Тридцать.

– Двадцать два.

– До встречи завтра, – отрезала Гвендолин и развернулась, чтобы уйти.

Она блефовала. Ей некому это было продать. По крайней мере в ближайшее время. Догадывался ли об этом Айэм? Скорее всего. Но свернуть уже не могла. Если идти, то до конца.

– Двадцать пять, – отрезал он.

– Договорились! – чуть эмоциональнее, чем собиралась, сказала Гвендолин.

Мужчину уже мучила сильная боль, поэтому чародейка поспешила навстречу. Айэм выхватил пузырек с зельем и сразу выпил. Облегчение наступило мгновенно. Шумный выдох сорвался с губ, а глаза в наслаждении прикрылись. Когда водный дух протянул руку, собираясь забрать остальное, Гвендолин отстранилась и требовательно на него уставилась. Он стремительно сократил разделяющее их расстояние, резко схватил её за руку и рванул на себя. Силу не рассчитал: её тело врезалось в его, а вещи, которые она держала в руках, упали на землю.

– Это первый и последний раз, когда ты позволяешь себе такое, – процедил он сквозь зубы.

Её сердце бешено стучало от охватившего адреналина, но показать свой страх было нельзя. Она смело встретилась с ним глазами.

– Первый и последний раз, когда ты смеешь касаться меня без разрешения, – так же ядовито процедила она и с силой оттолкнула его. Но это не возымело эффекта, с таким же успехом можно было ударить в стену.

– Я никогда не спрашиваю разрешения. Женщины сами умоляют меня дотронуться до них, – зло проговорил он.

Нестерпимое томление вдруг охватило её тело. Дыхание сбилось, а мысли стали путаться. Хотелось любить его. Отдавать себя без остатка. Губы призывно открылись, прося поцелуя. Айэм наклонился, поднося лицо ближе, и усмехнулся. Гвендолин понимала, что это его чары, но сил сопротивляться им у себя не нашла. Слишком много энергии ушло на недавнее превращение в ворона, да и зарядка амулета тоже утянула много магии.

– Так что? Попросишь меня? – тихо сказал он.

Внутри тоненько проклюнулся гнев. Гвендолин зацепилась за это чувство, раскручивая и взращивая его, делая опорой.

– Да, – выдохнула она ему в губы и разом расслабила тело, делая его податливым.

Она провела ладонями по его обнаженному торсу, коснулась лаской плеч, скользнула к волосам и плавно сместилась к лицу, а затем замерла, томно приоткрывая губы. Она ждала… Ждала, пока Айэм потеряет бдительность. Он чуть усмехнулся и наклонился, собираясь её поцеловать. Гвендолин улучила момент, поймала его взгляд своим и сжала его виски ладонями. Слова заклинания были злыми и неуловимыми. Её сознание поймало его сознание… Он не успел закрыть его.

Она оказалась в чьей-то Лагуне. По исходящей энергии пространства Гвендолин догадалась, что это место принадлежало миру Иных. Айэма она увидела в его истинном облике водного духа. Прозрачное, состоящее из воды, мерцающее в отблесках серебристого света тело Иного внешне, в целом, напоминало человеческую форму, с той лишь разницей, что нижняя часть плавными потоками сливалась с озером, в котором Айэм находился. Легкий ветерок порой оставлял рябь на водной глади как самого озера, так и на коже Иного.