Эмили Ли – Дорога жизни 2 (страница 35)
– Какого черта?! – вспылила в ответ Тэруми и заготовила волну не совсем красивых аргументов, но высказать их не успела, вернулись Фенрис и Чонсок. Повышенные тона не остались без их внимания.
– Вы только что в любви друг другу признавались, – насмешливо проговорил Чонсок, – а теперь готовы вцепиться в волосы.
– Вот ещё, – презрительно фыркнула Тэруми. – В волосы? Что за варварский девчачий способ выяснения отношений?
– Другое дело кинжал в спину, – поддел её Чонсок, улыбаясь.
– Именно, – серьёзно подтвердила танэри.
– Или яд в бокал, – добавил иронично Фенрис, смотря на гневный взгляд Лайи.
– Да-а-а… – тоже вполне серьезно произнесла Лайя.
Девушки бросили друг на друга сердитые взгляды и отвернулись.
***
Время, еда и зелья постепенно возвращали силы. А вот вылечить магией, Лайя никого не могла. Собственная слабость ещё не прошла, да и золотисто-черные руны говорили, что тьмы в её теле осталось очень много.
– Как ты вернула меня? – спросила вдруг Тэруми. – Как Фенриса?
– Нет. Я к нему применила заклятие жизни. Это светлая магия. С ним я поделилась теплом своей души, стала маяком в надвигающейся тьме. С тобой такое не сработало бы. Во-первых, твоей души уже там не было, а во-вторых, во мне было слишком много тьмы, следовательно, ни одно светлое заклинание не сработало бы.
– Тогда как? – удивилась танэри.
– Чон натолкнул меня на мысль, когда попросил взять его жизнь в уплату твоей. Я не знала, есть ли подобное заклинание, но доверилась чутью и делала, как чувствовала. Я отдала темной магии годы своей жизни, взамен вернула тебя. Любовь Фенриса и наша магическая связь довершила дело. Тьма немного развеялась, и свет смог вернуться. Получилось и заклятие жизни.
– Зачем? – выдохнула Тэруми в ужасе.
– Ведьмы живут очень долго, не переживай, хватит на двоих, – ответила Лайя, правильно понимая чувства танэри.
Чонсок вдруг потянулся к Лайе и, под изумленные взгляды Фенриса и Тэруми, взял за руку, приложил к своей груди в области сердца. Посмотрел прямо в глаза. Взволнованно заговорил.
– То, что ты сделала, не уместится ни в одни слова благодарности. Ты вернула моё сердце, а взамен заняла его часть. Моя жизнь и мой меч отныне для тебя, – в воцарившейся тишине прозвучал перевод Фенриса, ведь в порыве чувств Чонсок сказал это на азурианском.
– Ведьмочка, ты же знаешь, что без тебя не будет и меня, – тихо и серьёзно сказала Тэруми. – Поэтому живи и борись, никогда не сдавайся. А я буду твоей тенью, что спасет и прикроет, что будет рядом.
Она положила руку поверх руки Чонсока, который всё ещё прижимал руку Лайи.
– Вместе до самого конца, – прошептал Фенрис, опуская ладонь на руку Тэруми.
Тэруми и Лайя потянули Фенриса и Чонсока к себе, встретились на середине, на мгновение касаясь головами друг друга, образуя круг.
Где-то в стороне шумно шмыгнул носом Лукас, а следом цыкнула Тэруми и ворчливо, но с оттенком нежности сказала:
– Какая же ты тряпка, малой.
Воздух взорвался громким смехом четверых и сердитым пыхтением ещё одного.
***
Лайю очень занимала одна идея, но чтобы её попробовать, нужно было дождаться темноты и… согласия Фенриса. С последним могли быть проблемы. Измин сбежал и вполне мог вернуться с новым отрядом, следовательно, позволить себе безрассудство было смерти подобно. А то, что она задумала, точно было безрассудством. Приятным таким безрассудством.
Тихое «волк» от Тэруми всколыхнул отряд. Лайя обернулась и увидела неспешно приближающегося к ним хищника, жёлтые глаза которого смотрели, казалось, именно на неё. Тэруми схватила кинжал и резко запустила, целясь в голову. Лайя в последний момент ударила её по руке, и оружие улетело в другую сторону. Тэруми удивлённо уставилась на неё, а животное замерло и не рисковало подходить ближе.
– Ничего не предпринимать! – предупредила Лайя остальных.
Она медленно, стараясь не делать резких движений, поднялась и пошла в сторону волка. Хищник тоже возобновил свой ход. Охранного круга не было, поэтому сближению ничего не могло помешать. Подойдя ближе, девушка поняла, что это была та самая волчица, которую она спасла.
Во рту у неё Лайя увидела человеческую руку. Волчица положила свою ношу на землю и замерла, ожидая. Лайя перевела взгляд на окровавленную кисть, на тонких пальцах которой красовались перстни, увеличивающие магический резерв. Такие обычно носят маги Инквизиции. Она уже знала, чья эта рука.
Лайя присела перед волчицей на корточки.
– Спасибо, – прошептала она.
Волчица попятилась назад, а когда отошла на достаточное расстояние, развернулась и убежала прочь. Лайя проводила её взглядом и вернулась к спутникам.
– Что это было? – первым пришла в себя Тэруми.
– Это была моя волчица. Она вернула долг, принесла руку Измина.
Фенрис подошёл к руке, осторожно пнул носком сапога волчий подарок.
– Ну что ж, это значительно облегчит нам ближайший путь, – заключил он. – Пропавшие отряды не сразу обнаружат, это даст нам преимущество. Плюс Инквизиция не узнает, что мы путешествуем вместе.
Лайя радостно встрепенулась, понимая, что теперь ничего не может ей помешать осуществить то, что она задумала. Тело сразу же отозвалось дрожью возбуждения, предвкушая.
– Фенрис, пойдем пройдемся, – попросила она его.
Тэруми открыла рот съехидничать, но получила легкий тычок от воина и его выразительный взгляд.
– Мы будем недалеко, – сказала громко Лайя и, не дожидаясь ответа, потянула Фенриса в лес.
Когда они отошли достаточно, чтобы силуэты азуров и Лукаса больше были не видны, Лайя остановилась. Фенрис с укором на неё посмотрел, догадываясь о причинах.
– Я тоже хочу тебя, но это небезопасно, – сразу сообщил он.
– Я хочу кое-что попробовать, поможешь мне?
Он выразительно поднял одну бровь и окинул всё ещё осуждающим взглядом. Лайя взяла его за руку и сплела пальцы, выпуская свою магию, соединяясь с его. И без того возбужденное ожиданием тело ярко отреагировало. Лайя обвила второй рукой шею Фенриса и притянула к себе.
– Лайя…
Договорить не смог, Лайя провела языком по его губам, а следом нежно поцеловала. Связь магии и физическое притяжение слились воедино, стирая рациональность Фенриса и гася возражения.
Фенрис прижал её к себе, вжимаясь пахом в её бедра, и ответил на поцелуй. Жарко. Медленно. Чувственно. Упиваясь её срывающимися стонами и тихими просьбами. Её провокация, сопротивляться которой он был не в силах, злила его, добавляя остроты ощущениям. Ему хотелось заставить её пожалеть об этом и вместе с тем заставить её просить ещё большего.
Лайя чутко улавливала его настрой, разгораясь ещё сильнее. Она хотела, чтобы он сдался, чтобы перестал контролировать свои мысли и тело…
– Люби меня, Фенрис… – прошептала она ему на ухо, следом проводя по мочке языком, и снова зашептала: – Я хочу почувствовать тебя в себе… Хочу, чтобы ты наполнил меня…
Затуманенные страстью глаза Фенриса опасно блеснули. Он медленно стал раздевать её, покрывая легкими поцелуями кожу. Лайя несколько раз порывалась прижаться к нему, желая ощутить своей кожей его, но всё, что он ей позволил, это скользить руками по груди и животу. Он подтолкнул её на землю, а после склонился и снова соединил их руки. Она потянулась к нему навстречу магией и своим телом.
– Не двигайся, – приказал он.
Лайя встретилась с его глазами и… не смогла ослушаться. Он до упора вошел в неё и замер, наслаждаясь отраженным во взгляде нетерпением. Затем качнулся ещё, на сей раз ловя её шумный выдох наслаждения губами. Близко, но не касаясь. Лайя выгнулась и потянулась за поцелуем, но он сразу отстранился и снова качнулся. Медленно…
– Я же предупреждал, – прошептал он ей на ухо, – не нужно играть со мной ведьма…
Его голос прошёлся по телу новой жаркой волной возбуждения, а последовавшее ещё одно глубокое движение подарило мучительное наслаждение. Она громко застонала и требовательно подалась вперёд, призывая ускорить темп, желая двигаться вместе с ним, но он удерживал её, не разрешая, чем только усиливал любовную агонию.
Её магия, вторя физическим ощущениям, сияла, просачиваясь через кожу золотистым светом, смывая черные следы тьмы с её тела. Его узоры на руке ярко светились, отвечая ей взаимностью.
Подбираясь к яркой разрядке, он забыл о своём намерении. Лайя притянула к себе, обвивая ногами за талию и тесно прижимая, и он с готовностью подался вперёд, позволяя вобрать себя. Тесно прижавшись, они одновременно устремились навстречу друг другу, невольно ускоряя темп.
– Лайя… – стоном острого наслаждения сорвалось с его губ её имя.
Лайя застонала в ответ, на мгновение замирая, а следом содрогаясь от невообразимого наслаждения.
Фенрис лег рядом с ней, целуя её пальчики и смотря в сияющие глаза. Он бесконечно любил её и не мог выразить это словами. Хорошо, что есть магия, которая может передать порывы его души. Он вдруг заметил, насколько ярко сияют его линии на магической руке.
– Я никогда не был настолько полон, – проговорил он, удивленно смотря на свою руку. – Я, наверное, смог бы сотворить сейчас ледяную гору даже без посоха, – засмеялся он, приподнимаясь и целуя её в нос, – а ты была бы хозяйкой этой ледяной горы. – Он нежно провёл руками по её шее и груди. – Твоя кожа… она сияет… ты так прекрасна… – А потом он строго на неё посмотрел, добавляя: – Нам надо быть осторожнее, нельзя быть настолько безрассудными.