Эмили Ли – Дорога жизни 2 (страница 21)

Он рассматривал землю, злясь на себя за неумение найти правильное направление, этим всегда занималась Тэруми. Тэруми… При мысли о ней сердце сжалось. Она ведь не могла бросить его и уйти не попрощавшись? Или могла? Есть же ещё ведьма, она должна была ей что-нибудь сказать…

Чонсок быстро шел, молясь всем силам, какие существуют, чтобы направление, которое выбрал, было верным. Лоскут ткани на ветке привлек его внимание. Он снял его, поднося ближе. Одежда Тэруми. Воин сжал в руке лоскут, радуясь тому, что верно идет, и одновременно с этим испытывая страх за танэри, которая всегда была осторожна и не могла так просто зацепиться за ветку. Значит, что-то произошло…

Он услышал рычание и крики. Родной его сердцу голос кричал от боли – внутри всё оборвалось. Чонсок уже бежал, не обращая внимания ни на что. Если он не успеет, если…

Тэруми стояла спиной к дереву, пытаясь закрыться хотя бы с этой стороны. Твари окружили её, от всех сразу не получилось отбиться. Бок девушки и часть лица уже были залиты кровью.

Чонсок закричал, перетягивая на себя внимание и на ходу доставая оружие. Помогло. Часть стаи бросилась на новую жертву. Испуг за Тэруми и попытки добраться до неё и помочь сыграли свою роль. Плечо пронзила боль. Напавшего с этой стороны монстра воин не увидел. И пока он отбивался от ближайших тварей, не уследил за спиной, ведь ту больше никто не прикрывал… Тело стало покалывать сотнями иголочек, словно по крови медленно расползался яд, но Чонсоку было всё равно. Скорее… спасти… лишь бы не пострадала… ведь это его вина…

Когда твари всё-таки закончились, Тэруми обессиленно сползла на землю.

– Какого черта ты здесь забыл? – зло крикнула она воину. – Это только мой бал, тебя не приглашали!

Чонсок подбежал к Тэруми, упал возле неё на колени и стал осматривать, пытаясь понять, как помочь.

– Руми… Прости меня… прости… – тихо шептал Чонсок, немеющими пальцами беря её за руку и сжимая. – Я знаю, что не заслужил, но прошу… прости меня.

– За что? – с грустной насмешкой спросил она. – Ты ничего не сделал.

– За то, что усомнился… В нас… в себе…

– Прекрати! – зарычала Тэруми, отворачивая от него лицо и забирая свою руку. – Ты рвёшь мне душу! Замолчи, иначе я не смогу тебя отпустить… Просто уходи… Прошу… – Слёзы потекли из глаз, она уже не могла кричать, просто шептала: – Пожалуйста… уходи…

– Я никуда не уйду. Мне ничего не нужно, кроме тебя, слышишь? – Он умоляюще смотрел на лицо любимой, поцелуями собирая дорожки слёз на её щеках. – Посмотри на меня и скажи, что прощаешь. Руми… Не молчи… Скажи, что прощаешь…

– Дурак, – сквозь слёзы прошептала она, – у тебя был такой шанс всё исправить, и ты его упустил…

Она коснулась ладонями его груди, прислонилась лбом к его лбу и закрыла глаза. Чонсок бережно обнял её и тихо сказал:

– Тхарамэ и вэн даур.

Тэруми едва слышным шелестом повторила его признание.

Где-то на задворках здравого смысла оба понимали, что нужно дойти до лагеря, перевязать раны, пока не стало слишком поздно, но отстраниться друг от друга так и не смогли.

***

– Тэ!.. – воплем отчаяния раздался крик Лайи, заставляя Тэруми и Чонсока вздрогнуть.

Танэри перевела взгляд на бегущих Лайю и Фенриса, а потом увидела Лукаса.

– А зачем мелкого взяли? – недоуменно спросила Тэруми.

– Не оставлять же его одного в лесу, – ответил эльф, обеспокоенно осматриваясь, опасаясь появления новых монстров.

– Надо было оставить. А вдруг бы сожрали его? И тогда не нужно было с ним нянчиться, – съязвила танэри, за что получила легкий щелчок по носу от Лайи.

– Походу чуть не сожрали тебя!

Лайя уже вовсю хлопотала, перевязывая её руку и тело. Мужчины деликатно отвернулись.

– У них ничего бы не получилось, подавились бы.

Тэруми хотелось спать. Голова начала кружиться. Она понимала, что это от потери крови, но твердо решила продержаться до лагеря.

– Вы же пошли с Чоном к озеру! Вас оставили наедине не для того, чтобы вы бегали по лесам и в поисках подвигов! – отчитывала её Лайя.

– Ой, как интересно… А можно поподробнее узнать твои фантазии про то, чем мы там должны были заниматься? – шутила, пытаясь отвлечься, Тэруми.

– Вредина, – проворчала она незлобно. – Что произошло?

– Вышла я значитца прогуляться, а тут… ай! Можно нежнее? Больно же! – возмутилась Тэруми.

– А ты не паясничай! – одернула её Лайя.

– Это вы их всех? – с благоговением в голосе произнес Лукас, смотря на Чонсока.

– К сожалению, я пришел поздно, почти всех убила Тэ, – грустно сказал воин.

– Не драматизируй, я жива, значит, ты не опоздал, – отмахнулась от него танэри.

Лайя встревожилась. Она посмотрела на этих двоих, гадая, что могло произойти. Боль и раскаяние промелькнули в глазах Чонсока при словах Тэруми, а сама Тэруми стала серьезной, уставшей и поникшей, словно… словно её предали… Лайя невольно обернулась посмотреть на Лукаса, ища подтверждение своей догадки. Судя по его выражению лица, он считал с танэри что-то подобное. Она перевела взгляд на монстров. Слишком много. А ведь Тэруми вполне могла позвать на помощь, но не стала.

– Вы не могли бы немного отойти, я хочу прочитать заклинание, а вы мне мешаете, – попросила Лайя мужчин.

Когда все отошли достаточно, чтобы не услышать то, что она собиралась сказать, Лайя серьёзно посмотрела на танэри.

– Не надо! – строго сказала Тэруми, догадываясь, что Лайя не для этого всех отослала. – Это только моё дело.

У Лайи аж перекосило лицо, волна ужаса прошлась по ней, следом ярко взвиваясь пламенем.

– Только твоё дело?! – закричала она, забывая, что собиралась высказать ей всё наедине. – Ты втянула меня… всех нас в этот поход! Ты дала нам всем надежду на иной исход! И теперь вот так?! Ты ведь не просто ушла погулять, потому что поругалась с Чоном! Ты бросила нас! Всех нас! Ты бросила меня! А потом и вовсе умереть собралась! Эгоистка!

Обида жгла изнутри, смешиваясь с ужасом, от понимания того, что могло случиться. Лайя замахнулась, собираясь отвесить пощечину. Рука сама взлетела, но замерла. Тэруми даже не шелохнулась и не моргнула, понимала, что заслужила, но вместе с тем упрямо поджатыми губами показывала, что не жалела. Лайя сжала руку в кулак и часто заморгала, стараясь прогнать подступающие слёзы.

– Я только прошу тебя, если ты ещё раз захочешь уйти, позволь мне попрощаться, – тихо добавила она.

– Договорились, – прошептала Тэруми и притянула её к себе, обнимая, целуя в висок. Лайя обняла её в ответ.

В образовавшейся тишине Лукас шумно шмыгнул носом, чем рассмешил Тэруми.

– Не будь тряпкой, малой, – отсмеявшись, сказала танэри.

– Чонсок сейчас упадет без сознания, – злорадно сообщил Лукас, решив так своеобразно отомстить за издевку Тэруми.

– Глупости, это просто царапины, – отозвался воин, отстраняясь от дерева, на которое опирался, собираясь показать, что всё нормально, но не рассчитал и покачнулся. Пришлось снова найти опору у дерева.

Тэруми широко распахнула глаза, скользя по нему взглядом.

– Почему не сказал? Я думала, это кровь монстров, я… Чон…

Она вскочила и бросилась к нему. Лайя поспешила следом.

– Я схватила ближайшую сумку, там мало было всего, – сказала Лайя воину, оправдываясь. – Давай подлечу магией? Сможешь продержаться, пока кто-нибудь сбегает до лагеря.

– Не нужно, – твердо сказал Чонсок. – Я дойду.

– Магия – это не страшно… – начала было Тэруми и осеклась при виде его взгляда, каким он наградил её. – Давай помогу, – быстро сориентировалась она и осторожно обняла за талию, стараясь дать ему опору и помочь идти.

Добрались до лагеря они не скоро, но Чонсок, как и говорил, продержался до него самостоятельно. Когда воин обнажил верх, то масштаб ранений заставил испуганно ахнуть сразу двух девушек. Одна рука уже совсем не двигалась, да и спина оставляла желать лучшего. Тэруми непривычно жалобно запричитала на азурианском, часто заглядывая в глаза Чонсоку. Зелья, которые протянула ему Лайя, воина уговаривали выпить все, включая Фенриса. А вот применить к себе магию, он категорично отказался.

Зелья начали действовать, унося боль, и Чонсок немного расслабился, наблюдая за осторожными движениями Лайи из-под полуопущенных ресниц. Тоненькие пальчики скользили по его телу, холодя чем-то кожу… Тот факт, что она ведьма, вызывал у него внутреннее отторжение. И хоть он уже знал её немного и не верил, что её действия будут во вред, собственные эмоции было не отключить. Приходилось сражаться с собой, чтобы не оттолкнуть. Можно, конечно, представить, что это обычная женщина… Руки Лайи скользнули к рваному краю раны на его боку, ближе к границе ремня… Хотя нет, такое лучше не представлять.

– Я сама, – грубо сказала Тэруми ведьме, забирая баночки с целебными мазями. – Спасибо, Лайя, – последнее вышло слишком ядовито.

Чонсок спрятал улыбку, делая вид, что не понимает, почему разозлилась Тэруми. Когда руки его танэри коснулись его, тело отозвалось волнением, несмотря на все раны тела и оставшуюся грусть на душе после ссоры.

– Я предпочел бы прикосновения ведьмы, – прошептал он на азурианском.

Тэруми замерла и зло на него уставилась, а когда уловила, почему он так сказал, хитро блеснула глазами.

– Потерпишь, я никому не позволю тебя касаться, – ответила она ему на родном языке.

– Я-то потерплю, но не все части тела будут со мной согласны, – чуть усмехнулся он.