Эмили Гунн – Пленница Повелителя Василисков (страница 32)

Разбирательства начались незамедлительно. Покушаться на жизнь императора могли либо враги, что банально, либо родственники, претендующие на трон. Что еще более обыденно.

Однако в случае с Адиллатиссом, вражеские козни были крайне маловероятны. Убийцы просто не смогли бы проникнуть во дворец, ведь он был закрытым. В прямом смысле этого слова.

Уже много веков это сооружение было скрыто от мира под неприступным куполом магической сферы. Прозрачная мерцающая оболочка, сотканная из неосязаемой энергии, защищала дворец императорской семьи от чужаков.

Никто, запачканный дурными намерениями, не смог бы проникнуть под купол охранной магии. Никто, в ком тлел бы огонь ненависти к правителю и его близким. А тем более не пропустила бы защитная Магия Предков того, кто принес бы с собой темное желание убить.

Получалось, что злоумышленник уже находился во дворце к моменту создания сферообразного щита. А это было сделано давно. О-очень давно…

Отвратительное осознание душило своей подлостью: убийца живет во дворце уже много лет. Ест, пьет, спит под охраной Магии Предков. Это кто-то из своих. Возможно, кто-то из самых близких. Почти родных…

Многие семьи василисков годами не покидали пределов дворца. В этом не было нужды. Они жили в довольстве и безопасной роскоши. Да и куда им было выезжать? Кругом одна лишь выжженная пустыня. А если у кого и остались родственники и друзья за пределами дворцовой крепости, то тех всегда можно было пригласить в гости. И родня с окраин с радостью приехала бы повидаться, в богатую-то столицу.

Итак, виновного следовало искать здесь, среди своих.

Интриги, без сомнения, частое дело вокруг власть имущих. Однако чтобы они посмели дотянуться до самого императора! Немыслимая наглость, но вполне понятная и предсказуемая.

Разумеется, всегда найдутся противники нынешней власти и еще больше отыщется тех, кто пожелает нажиться на смене правителя.

Если, конечно, есть кому наследовать престол после смерти повелителя.

У Адиллатисса же наследников не было…

Ни своих, ни чужих. Не успел владыка империи обзавестись собственными детьми, которых хитрые тунлиссы могли бы посадить на престол Адиллатисса, избавившись от него самого. Ведь мудрым советникам гораздо проще влиять на молодого наследника императорского дома и убеждать поступать по-своему.

Однако у Адиллатисса не имелось и другой родни мужского пола. Он был последним из династии Золотоглавых королей. Погибни он, и род прервется.

А удержать целостность империи не сможет магия ни одной другой крови. Ни опасных и сильных Черных Василисков, ни яростных и буйных Огненных, ни даже золоченных Бронзовых. Не говоря уже обо всех остальных династиях.

Правда, оставался еще юный отпрыск Серебрянного дома. Но парень был не в ладах со своей внутренней магией. Он и оборачивался-то с трудом. Да и не успел отец парнишки, внезапно исчезнувший при мутных обстоятельствах, принять инициацию сына. А без этого магическое взросление было, увы, невозможно.

«Увы» тут вполне обосновано. Потому как сам Адиллатисс спал бы спокойнее, знай он, что в случае чего, ему есть на кого оставить подданных и империю. Однако племянник на эту высокую роль, к сожалению, никак не подходил. К слову, молодого Алтимурсса только принято было считать племянником повелителя. В действительности же он приходился владыке двоюродным братом.

Алти был поздним ребенком пропавшего без следа дяди Адиллатисса. Тот, будучи младший братом бывшего императора, то есть дядя нынешнего, и сам уже был довольно в пожилом возрасте, когда их дом постигла страшная беда.

Отец Адиллатисса погиб, а дядя будто испарился из их общего династического дворца. Остались лишь Адиллатисс да Алтимурсс. Молодой неопытный правитель и юнец, на чьих губах еще материнский нектар не обсох.

Вероятно, потому-то их и не тронули. Но сильно просчитались! По сравнению с покойным отцом Адиллатисс оказался куда более решительным, несгибаемым и победоносным правителем.

Однако он четко понимал, что родись кузен не Серебрянным, а Золотым василиском, то корона бы сейчас венчала его, Алтимурсса голову, а не Адиллатисса. И как раз таки оттого, что юноша был магически и даже физически слабее самого Адиллатисса, ведь он так и не прошел полной инициатиции. Да и Серебро – не Золото.

Но Алтимурсс родился в Серебре. Пошёл в род своей матери. А Златоглавый Адиллатисс остался в одиночестве тяжелой ноши единоличной власти.

И теперь кто-то возжелал эту самую власть у него отобрать. Пока дворцовые стражники искали виновных, допрашивая всех, начиная с слуг и заканчивая Советом Девяти, Адиллатисс пытался определить цель. Ничто опасное не делается бесцельно. Если уж рисковать, нападая на императора, то и выигрыш в случае победы должен быть соразмеримо большим!

В случае смерти Адиллатисса, престол отойдет его кузену, Алтимурссу. Упрямый, сильный, умный Среброглавый парнишка попробует удержать власть, но не сможет. Империя развалится на крупные и не очень самостоятельные города и крепости.

А тунлиссы, управляющие ими сейчас, упадут в бездну раздора, но никак не выигрыша. Их просто задавят захватчики с чужих краёв прежде, чем василиски договорятся о дележе владений между недовольными соседями. Такое уже бывало. И все помнят те времена темной смуты.

Тогда зачем? Зачем, Бездна их поглоти, они замыслили убийство своего владыки?! И кому это понадобилось?

Ответ был получен скоро. Однако породил еще больше вопросов. Отравителем признали Амтомаса. Но так и не нашли разумной цели в его поступке.

Нужно было признание. А еще темноволосый Советник Девяти не покидал дворец в последнюю войну. Лишь много месяцев назад сопровождал он Адиллатисса в Восточную крепость. И по возвращении Защитный купол пропустил василиска. Получается, покушение Амтомас замыслил совсем недавно.

Повелитель Василисков, не испытывавший страха или смущения с отрочества, не нашел в себе смелости спуститься в темницу бывшего друга. Не смог встретить его предательский взгляд и услышать подлые речи. Амто допрашивали другие.

Но темновласый василиск, прошедший с императором огонь и песок, не сознался. Он согласился говорить лишь со своим повелителем. Лишь ему раскрыть всё, о чем мог знать.

Адиллатисс к нему так и не пошел…

Однако он пошел к той, другой обвиненной в злом умысле против императора. А увидев и услышав ее, Лиссу, покинутую, беззащитную, василиск не сдержался. Все инстинкты внутри вопили, что Дарованную нужно и можно отобрать у предателя Амто. Бывший приятель не достоин такой награды, как сладчайшее удовольствие возлежания с избранной девушкой.

Амтомас не заслуживал более ничего. Ни личного допроса императора, ни снисхождения, милости и ни самой жизни. Его ждала смерть. А, может, и хуже – вечность в виде каменного изваяния в садах дворца. Владыка еще не решил...

Ведь что-то во всей этой истории не давало покоя. Амто был единственным, кто ничего не выигрывал от смерти Адиллатисса. Напротив, он многое терял от этого, Безголовые Черви его раздери!

Не из-за девчонки же друг всё это затеял, в конце-то концов! Наверное, если бы не оплошность Амто с присвоением себе пришлой, Адиллатисс разбирал бы и последующие события иначе. Но совершивший однажды промах приятель напрочь растерял былое доверие повелителя.

К тому же Дарованная ужЕ принадлежала Амтомасу к моменту покушения.

Или нет?

Неужели и Амто не стал проводить полный ритуал? Почуял феромоны повелителя от начатой попытки закрепить за собой права на девушку и не осмелился перебить незавершенный процесс уже своим двойным семенем? Либо просто-напросто не сумел. Не хватило магической мощи в чреслах! - хохотнул про себя Адиллатисс над бессилием тунлисса.

Вот почему малышка продолжает источать столь притягательный флёр! Расспросить бы ее. Но, увы, разговоры ни к чему не приводили. А точнее, доводили Адиллатисса до такого бешенства, что он предпочитал пресечь все дальнейшие объяснения, дабы не навредить девочке в пылу ревнивой ярости. Она отрицала всё! Вообще всё!

«Ничего не знаю, ничего не помню, ничего не понимаю!..» - раз за разом слышал василиск одно и то же повторяющееся вранье.

Или была в ее словах и правда?..

«Асдунгл?» – удивилась девочка однажды, как ни в чем не бывало назвав по имени Советника из Девяти. Лисса слышала о нем в допросном казамате. Что могли обсуждать её стражники, упоминая того, кто никак не был замешан в историю с отравой? Кого никоим образом не коснулось расследование. Тунлисс даже не участвовал в разбирательствах. Амтомаса допрашивали попеременно Ахрибедель и восстановивший свой престиж после победы в Зарреве - Аккэтелт.

Либо Асдунгл и был замешан и перепачкан во всю эту мерзостную грязь сильнее всех?

Таким вот нечаянным образом сообщила владыке его хрупкая Лисса о никем не предполагаемых участниках козни против императора!

А несколько позже озарила повелителя Василисков светлая мысль: «Что если и негаданное посвящение в Длань Солнца снизошло на Адиллатисса не само по себе, а через его Дарованную малышку?»

Невообразимое, никак не обоснованное предположение прочно засело в голове правителя. Однако был лишь один способ проверить это. И при первом же удобном случае Адиллатисс, несмотря на всю абсурдность затеи, подтолкнул девушку к испытанию всевидящим оком императорского Древа...