Эмили Дункан – Жестокие святые (страница 34)

Серефин застонал.

– Я рада, что не была рядом, когда ему все рассказали, – продолжила она.

Серефину хотелось все обдумать, но в голове сильно гудело. И спать не было смысла. Да и вряд ли ему сейчас удалось бы заснуть. Ему хотелось отыскать ответы. Хотелось потребовать объяснений от отца. Серефин не сомневался, что король к этому причастен, хотя и понимал, что это вряд ли его рук дело. Потому что покушение не удалось. Славно.

– Отец собирается обвинить в этом Калязин, – задумчиво проговорил он.

– А это не так? – вставая, спросила Жанета.

– Я… не знаю.

В Калязине хорошо обучали своих убийц, и его глаза этому подтверждение. Покушение могла организовать Багровая Стервятница. А может, за этим все-таки стоит отец, но она подстроила так, что к Серефину подослали неумелых убийц, чтобы дать ему возможность победить их. Ему не нравилось жить, ощущая над собой нависшее черное облако рока и понимая, что без четких ответов его будущее мрачно.

– Можешь позвать Кацпера? – спросил он.

Жанета нахмурилась. Но, поколебавшись несколько секунд, словно не решалась что-то спросить, вышла из комнаты. Серефина заинтересовало, что же она могла скрывать.

Только эти мысли тут же испарились, когда зашел Кацпер с озадаченным выражением лица.

– Жанета выглядела расстроенной, – сказал он.

– Я не сказал ничего такого, что могло бы ее расстроить, – ответил Серефин.

Кацпер не стал с ним спорить:

– Стервятника отправили провести допрос выжившего убийцы. Результат скорее всего мы узнаем к полудню. А пока…

Серефин сел и прислонился к изголовью кровати. Его задумчивый взгляд был направлен на противоположную стену.

Какой информацией он обладал? Его пытались убить, скоро ему предстоит жениться и еще множество вопросов без ответов. Почему отец отправляет тысячи пленных в Соляные пещеры? И почему так активно сотрудничает со Стервятниками? С какой целью? Почему сейчас?

Что вообще происходит?

– Ты видел последний список семей, которые участвуют в Равалыке? – спросил Кацпер.

– Нет, а что?

– Он постоянно меняется, – сказал он. – Имена девушек то появляются, то исчезают.

– Что ты имеешь в виду?

Кацпер покачал головой:

– Не уверен. Но мне стало интересно: это обычная девичья нервозность или что-то другое?

Серефин громко засмеялся:

– Мы такие параноики.

На мгновение воцарилась тишина.

– Мне нужно поговорить с матерью, – пробормотал он.

Серефин сомневался, что она сможет ему помочь. Но у него больше не осталось вариантов. Он оказался заперт в клетке из золота и железа, из которой не было выхода, и ему дали лишь кинжал, хотя тут явно не хватало пилы, чтобы выбраться из этой тюрьмы.

– Я отправлю слугу в ее покои, – сказал Кацпер. – Это все?

Серефин рассеянно кивнул, а затем нахмурился и покосился на Кацпера:

– С тобой все в порядке?

Тот удивленно заморгал:

– У меня? Конечно. Почему ты спрашиваешь? Они же не меня пытались убить.

Серефин окинул взглядом юношу, отмечая его темные волосы и кожу, шрам, который пересекал бровь, и проницательный взгляд карих глаз. Он не рос, отбиваясь от убийц, как Остия и Серефин. Из-за низкого происхождения ему светило стать лишь еще одним солдатом в королевской армии. Но благодаря невероятному таланту к магии крови и наблюдательности во время вылазок его перевели в полк Серефина. Их дружба завязалась через месяц после того, как Серефин впервые отправился на фронт в шестнадцать лет. Кацпер повздорил с Остией. Она сломала ему руку, а он ей три ребра. Серефину пришлось оглушить их, чтобы разнять.

Он до сих пор не знал, из-за чего они подрались. Никто из них так и не признался. А еще через неделю Кацпер чуть не лишился второй руки из-за Серефина и перешел к нему на личную службу.

– Мне не нужен формальный ответ, Кацпер. Не от тебя. Я просто хотел убедиться, что ты не слишком потрясен произошедшим. Наемные убийцы для тебя в новинку.

Кацпер усмехнулся и плюхнулся на кровать рядом с Серефином.

– Честно говоря, я боялся, что заскучаю здесь. Так что с убийцами стало поинтереснее.

– Ты думал, что в Гражике будет скучно? – недоверчиво спросил Серефин.

– Мне казалось, что мы едем сюда, чтобы твой отец выбрал тебе в жены хорошенькую девушку, а потом все вернется на круги своя.

Серефин застонал:

– Не говори мне о браке.

– Ты прям как Остия.

– Окажись на моем месте Остия, ее положение было бы более завидным. Последнего поклонника, которого к ней подослал отец, она отправила купаться в фонтане. Думаю, еще до того, как все закончится, она будет ухлестывать как минимум за половиной здешних девушек.

– Как минимум?

Серефин задумался:

– Да, ты прав, возможно, даже больше, чем за половиной.

Остия бывала очаровательной. Когда этого хотела.

Почувствовав наконец, что головная боль стихает, Серефин поднялся, чтобы встретиться с матерью. Каждый шаг давался ему с трудом, но он превозмогал себя. Серефин обязан был показать Гражику, что их Верховного принца ничто не остановит. Ни перспектива жениться, ни убийцы в ночи.

Опередив Серефина, Остия постучала в дверь покоев Кларисы. Ее отворила служанка его матери, Лена. Решительно кивнув Серефину, она жестом пригласила их войти. Но Остия решила подождать снаружи.

– Я уже несколько недель живу в этом проклятом городе, а мой единственный сын только сейчас удостоил меня своим визитом, – донесся в коридор мелодичный голос матери.

Лена сочувственно посмотрела на Серефина. Мать всегда сбивала его с толку. Оба его родителя были яркими личностями и любили пускать пыль в глаза. Он так мало видел их, пока рос.

Его детство прошло среди учителей и слуг. А родители играли номинальную роль, изредка показываясь и снова пропадая из его жизни. Иногда они появлялись во время ужина только для того, чтобы утром исчезнуть вновь. В жизни Серефина постоянно присутствовала лишь Остия – ее семья всегда жила во дворце – и кузина по материнской линии. Кузен уехал в деревню поправлять здоровье, когда они были еще маленькими. Дядя и тетя периодически приезжали во дворец, но кузена он больше так и не видел, поэтому вскоре перестал о нем спрашивать.

– Я был занят, – сказал он, повысив голос, чтобы его услышала мать, а затем последовал за Леной.

Роскошная гостиная вполне соответствовала королеве. Она сидела в расшитом бархатом кресле, прикрыв рот и нос тканевой маской. Ее каштановые кудри были тщательно уложены, а книга заклинаний лежала на столике рядом.

Клариса положила книгу, которую читала, на подоконник страницами вниз, а затем поднялась на ноги.

– Серефин, – стянув маску, произнесла королева.

Она притянула его к себе, и Серефину пришлось наклониться, чтобы мать смогла поцеловать его в щеку.

– Мама, рад тебя видеть в добром здравии, – сказал он, когда она вновь опустилась в кресло.

А затем плюхнулся на стул напротив, когда она жестом предложила ему сесть.

– Я чувствую себя достаточно хорошо, чтобы твой отец притащил меня в этот грязный город. – Клариса замолчала на мгновение, а затем признала: – Но по уважительной причине.

– И что же это за причина?

Она приподняла бровь:

– Сразу к делу?

– У меня мало времени. – Он закинул ногу на ногу. – Я уже поговорил с Пелагеей и Багровой Стервятницей и должен признать, что даже на фронте чувствовал себя в большей безопасности.