“Oh!” said he, releasing me, “I see that hideous little villain is not Hareton: I beg your pardon, Nell. If it be, he deserves flaying alive for not running to welcome me, and for screaming as if I were a goblin. Unnatural cub, come hither! I’ll teach thee to impose on a good-hearted, deluded father. Now, don’t you think the lad would be handsomer cropped? It makes a dog fiercer, and I love something fierce—get me a scissors—something fierce and trim! Besides, it’s infernal affectation—devilish conceit it is, to cherish our ears—we’re asses enough without them. Hush, child, hush! Well then, it is my darling! wisht, dry thy eyes—there’s a joy; kiss me. What! it won’t? Kiss me, Hareton! Damn thee, kiss me! By God, as if I would rear such a monster! As sure as I’m living, I’ll break the brat’s neck.”
Poor Hareton was squalling and kicking in his father’s arms with all his might, (Бедный Хэртон визжал и лягался в руках отца изо всех сил; to squall – визжать; to kick – лягаться.) and redoubled his yells when he carried him upstairs and lifted him over the banister. (и удвоил свой визг, когда тот понёс его наверх и поднял над перилами; to redouble – удваивать; banister – перила лестницы.) I cried out that he would frighten the child into fits, (Я закричала, что он доведёт ребёнка до припадка; to frighten into fits – напугать до припадка.) and ran to rescue him. (и бросилась спасать его; to rescue – спасать.) As I reached them, Hindley leant forward on the rails to listen to a noise below; (Когда я подбежала к ним, Хиндли наклонился вперёд через перила, чтобы прислушаться к шуму внизу; to lean forward – наклониться вперёд; rails – перила.) almost forgetting what he had in his hands. (почти забыв, что у него в руках; to forget – забывать.) “Who is that?” he asked, hearing some one approaching the stairs’-foot. («Кто там?» – спросил он, услышав, что кто-то приближается к подножию лестницы; stairs’-foot – подножие лестницы.) I leant forward also, for the purpose of signing to Heathcliff, (Я тоже наклонилась вперёд, чтобы подать знак Хитклиффу; for the purpose of – с целью; to sign to – подать знак.) whose step I recognised, not to come further; (чей шаг я узнала, чтобы он не подходил ближе; to recognise – узнавать.) and, at the instant when my eye quitted Hareton, (и в тот самый миг, когда мой взгляд отвлёкся от Хэртона; to quit – отвести, покидать.) he gave a sudden spring, (он сделал внезапный прыжок; spring – прыжок, скачок.) delivered himself from the careless grasp that held him, (вырвался из небрежной хватки, державшей его; careless grasp – небрежная хватка.) and fell. (и упал; to fall – падать.)
Poor Hareton was squalling and kicking in his father’s arms with all his might, and redoubled his yells when he carried him upstairs and lifted him over the banister. I cried out that he would frighten the child into fits, and ran to rescue him. As I reached them, Hindley leant forward on the rails to listen to a noise below; almost forgetting what he had in his hands. “Who is that?” he asked, hearing some one approaching the stairs’-foot. I leant forward also, for the purpose of signing to Heathcliff, whose step I recognised, not to come further; and, at the instant when my eye quitted Hareton, he gave a sudden spring, delivered himself from the careless grasp that held him, and fell.
There was scarcely time to experience a thrill of horror (Едва хватило времени, чтобы испытать дрожь ужаса; scarcely – едва; thrill – дрожь, трепет.) before we saw that the little wretch was safe. (как мы увидели, что маленький негодник был в безопасности; wretch – несчастный, негодник.) Heathcliff arrived underneath just at the critical moment; (Хитклифф оказался внизу как раз в критический момент; critical moment – решающий, опасный момент.) by a natural impulse he arrested his descent, (по естественному порыву он остановил его падение; impulse – порыв; to arrest descent – остановить падение.) and setting him on his feet, (и, поставив его на ноги; to set on one’s feet – поставить на ноги.) looked up to discover the author of the accident. (поднял глаза, чтобы узнать виновника происшествия; author of the accident – виновник происшествия.) A miser who has parted with a lucky lottery ticket for five shillings, (Скупец, который продал выигрышный лотерейный билет за пять шиллингов; miser – скупец, скряга; to part with – расстаться.) and finds next day he has lost in the bargain five thousand pounds, (и на следующий день узнаёт, что потерял при этой сделке пять тысяч фунтов; bargain – сделка.) could not show a blanker countenance than he did on beholding the figure of Mr. Earnshaw above. (не смог бы показать более окаменевшее лицо, чем то, с которым он увидел фигуру мистера Эрншо наверху; blank countenance – бесстрастное, окаменевшее выражение лица; to behold – узреть, увидеть.)
There was scarcely time to experience a thrill of horror before we saw that the little wretch was safe. Heathcliff arrived underneath just at the critical moment; by a natural impulse he arrested his descent, and setting him on his feet, looked up to discover the author of the accident. A miser who has parted with a lucky lottery ticket for five shillings, and finds next day he has lost in the bargain five thousand pounds, could not show a blanker countenance than he did on beholding the figure of Mr. Earnshaw above.
It expressed, plainer than words could do, (Это выражало яснее, чем могли бы слова; plainer – яснее) the intensest anguish at having made himself the instrument of thwarting his own revenge. (самую сильную муку оттого, что он сделал себя орудием для того, чтобы воспрепятствовать собственной мести; intensest – самый сильный; anguish – мука, страдание; instrument – орудие; to thwart – мешать, воспрепятствовать; revenge – месть.) Had it been dark, (Если бы было темно,) I daresay he would have tried to remedy the mistake (я полагаю, он бы попытался исправить ошибку; daresay – полагаю, смею предположить; to remedy – исправить, исправлять) by smashing Hareton’s skull on the steps; (разбив на ступенях череп Хэртона; to smash – разбивать; skull – череп; steps – ступени.) but, we witnessed his salvation; (но мы были свидетелями его спасения; to witness – быть свидетелем; salvation – спасение.) and I was presently below with my precious charge pressed to my heart. (и вскоре я был внизу с моим дорогим подопечным, прижатым к моему сердцу; presently – вскоре; precious – дорогой, драгоценный; charge – подопечный.) Hindley descended more leisurely, sobered and abashed. (Хиндли спустился более неторопливо, протрезвевший и смущённый; leisurely – неторопливо; sobered – протрезвевший; abashed – смущённый.)
It expressed, plainer than words could do, the intensest anguish at having made himself the instrument of thwarting his own revenge. Had it been dark, I daresay he would have tried to remedy the mistake by smashing Hareton’s skull on the steps; but, we witnessed his salvation; and I was presently below with my precious charge pressed to my heart. Hindley descended more leisurely, sobered and abashed.
“It is your fault, Ellen,” he said; (Это твоя вина, Эллен, – сказал он; fault – вина.) “you should have kept him out of sight: (ты должна была держать его вне поля зрения;) to keep out of sight – держать вне поля зрения.) you should have taken him from me! (ты должна была отнять его у меня!) to take from – отобрать, забрать.) Is he injured anywhere?” (Он где-нибудь пострадал?; injured – пострадавший, раненый.)
“Injured!” I cried angrily; («Пострадал!» – воскликнула я сердито;) to cry angrily – воскликнуть сердито.) “if he is not killed, he’ll be an idiot! (если он не мёртв, он станет идиотом!) idiot – идиот, дурак.) Oh! I wonder his mother does not rise from her grave to see how you use him. (О! Удивляюсь, что его мать не восстает из могилы, чтобы увидеть, как ты с ним обращаешься.) to rise from her grave – воскреснуть из могилы; to use (him) – обращаться (с ним).) You’re worse than a heathen— (Ты хуже язычника —) heathen – язычник, нечестивец.) treating your own flesh and blood in that manner!” (так обращаться со своей собственной плотью и кровью таким образом!»; flesh and blood – плоть и кровь, ближайшие родственники.)
“It is your fault, Ellen,” he said; “you should have kept him out of sight: you should have taken him from me! Is he injured anywhere?”
“Injured!” I cried angrily; “if he is not killed, he’ll be an idiot! Oh! I wonder his mother does not rise from her grave to see how you use him. You’re worse than a heathen—treating your own flesh and blood in that manner!”
He attempted to touch the child, (Он попытался дотронуться до ребёнка; to attempt – пытаться, пробовать.) who, on finding himself with me, sobbed off his terror directly. (который, оказавшись со мной, сразу же выплакал свой ужас; to sob off – выплакать; directly – сразу же.) At the first finger his father laid on him, however, (Однако при первом же прикосновении пальца его отца; to lay a finger on – дотронуться пальцем.) he shrieked again louder than before, (он снова закричал громче, чем прежде; to shriek – пронзительно кричать.) and struggled as if he would go into convulsions. (и забился так, будто вот-вот впадёт в конвульсии; to struggle – биться, сопротивляться; convulsions – судороги, конвульсии.)
