Эмиль Кронфельд – Фокусник теней (страница 7)

Но фигура была другой. Более массивной. И походка – тяжелой, уверенной. Это был мужчина.

Он остановился в двадцати метрах от нее, повернулся лицом к озеру. Лика не дышала, прижавшись к скале. Ее черная одежда помогала слиться с тенью.

Мужчина что-то делал у воды. Она услышала звук – как будто что-то волокут по гальке. Потом – всплеск. Еще один. Он бросал что-то в воду. Камни? Нет, звук был глуше, мягче.

Потом он зажег фонарь. Не яркий, а красный, как свет темной комнаты. Луч упал на воду, и Лика увидела.

Он держал в руках куклу. Тряпичную, самодельную, с волосами из пакли. Кукла была одета в лоскутное платье. И на ее лице было нарисовано что-то. Символ. Тот же, что в подвале: круг с точкой и лучами. Солнце.

Мужчина опустил куклу в воду, держа ее за голову, как будто крестил. Потом вытащил, положил на песок, достал из кармана нож. Длинный, с узким лезвием, блеснувшим в красном свете.

Лика почувствовала, как сердце остановилось. Она хотела закричать, но голос застрял в горле.

Мужчина поднес нож к горлу куклы и медленно, с явным усилием, разрезал ткань. Из разреза высыпалась какая-то темная субстанция – песок? Земля? Он выскоблил ее рукой, бросил в воду. Потом достал что-то из другого кармана – маленький сверток, развернул. В свете фонаря блеснуло что-то белое, костяное. Он вложил этот предмет внутрь куклы, в разрез, потом зашил его грубыми, неровными стежками черной ниткой.

Весь ритуал занял не больше десяти минут. Он совершал его с сосредоточенностью хирурга или жреца. Без спешки, без эмоций. Когда закончил, поднял куклу, поцеловал ее в лоб – прямо над нарисованным солнцем – и бросил в озеро. Кукла поплыла, медленно, вертясь на мелкой ряби, пока красный свет фонаря не потерял ее из виду.

Мужчина выключил фонарь. Темнота снова сомкнулась. Лика слышала, как он тяжело дышит, как песок хрустит под его ногами. Он повернулся и пошел обратно по пляжу, прямо мимо того места, где она пряталась.

Она вжалась в скалу, стараясь стать невидимой. Он прошел так близко, что она почуяла запах – смесь пота, табака и чего-то химического, как бензин или растворитель. Он не заметил ее. Его шаги удалились, растворились в ночи.

Лика сидела неподвижно еще долго после того, как звуки стихли. Дрожь била ее, как в лихорадке. То, что она только что увидела, было не просто странным – это было безумием, воплощенным в ритуале. Этот человек… он был «Фокусником»? Или одним из его последователей? И что было в той кукле? Что он вложил внутрь?

Вопросы крутились в голове, не находя ответов. Но самое страшное было в другом: этот ритуал был обращен к чему-то древнему, темному. К вере, что через насилие и осквернение можно достичь очищения. И это зеркально отражало ее собственную попытку очиститься через возвращение в место травмы.

Она наконец встала, ноги одеревенели от холода и страха. Фонарик она не зажигала, шла на ощупь, держась за скалы. Когда она выбралась на тропинку, ведущую к дому, то увидела там другую фигуру.

Высокую, в темном пальто. Белобородова.

Он стоял, прислонившись к дереву, и курил. Огонек сигареты был единственной точкой света в темноте.

– Вы все видели? – спросила Лика, и ее голос прозвучал хрипло, чужим.

– Да.

– Почему вы не остановили его? Не позвали полицию?

– Полиция здесь бесполезна. А остановить… зачем? Чтобы он просто убежал? Теперь мы знаем больше.

– Кто это был?

– Не знаю. Но не «Фокусник». Слишком грубая работа. «Фокусник» – художник. Это… ремесленник. Подражатель. Или часть чего-то большего.

Он отбросил окурок, раздавил его каблуком.

– Вы справились. Остались. Видели страх лицом к лицу. Что чувствуете?

Лика задумалась. Страх был. Ужас. Но также… странное чувство превосходства. Она выжила. Она увидела монстра и не убежала.

– Я жива, – сказала она просто.

– Да. И это главное. Теперь пойдемте. Вам нужно отогреться.

Он повел ее не к ее дому, а обратно в город, к своему особняку. Кабинет был освещен лишь настольной лампой, отбрасывающей круг света на стол. Он налил ей коньяку в маленькую стопку.

– Пейте. Это поможет.

Она выпила залпом. Огонь разлился по желудку, отогревая изнутри.

– Кто бы это ни был, он занимается этим не в первый раз, – сказал Белобородов, садясь за стол. – Ритуал был отрепетирован. Но кукла… кукла была новой жертвой. Той, что нашли в лесу. Он сделал ее изображение, «очистил» от «грязи» – той субстанции внутри, – и вложил новую «сущность». Кость, скорее всего. Фетиш.

– Зачем?

– Чтобы сохранить часть ее. Чтобы контролировать. В примитивных культурах считалось, что, обладая частью человека, ты обладаешь его душой. Или хотя бы влияешь на нее. «Фокусник» и его последователи верят в магию. В магию травмы.

Лика смотрела на свои руки. Они все еще дрожали.

– Вы думаете, их несколько?

– Возможно. Секта. Или просто группа больных людей, нашедших друг друга. «Фокусник» – их лидер, вдохновитель. Он задает тон, символы. Остальные подражают. Или выполняют часть работы.

– Какая работа?

– Сбор «материала». Девушки с определенными страхами. Их похищение. Подготовка. А потом… презентация. Как в лесу. Как на озере. Они создают выставки из страданий.

Лика почувствовала тошноту. Коньяк загорелся в желудке кислотным огнем.

– И я следующая? Потому что приехала со своим страхом?

Белобородов посмотрел на нее долгим, пронзительным взглядом.

– Вы могли бы быть. Но теперь вы под защитой.

– Вашей?

– Моей терапии. Вы больше не просто жертва. Вы – охотник. Вы изучаете свой страх, чтобы понять страх других. Вы видели ритуал. Вы знаете больше, чем любая другая потенциальная жертва. Это делает вас опасной для них. И интересной для меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.