Эмиль Ахундов – Необратимый урбанизм (страница 5)

Я уже говорил, что у меня еще была и другая мечта – путешествовать. Этой мечте не суждено было сбыться. Первый раз на борту самолета я оказался уже в возрасте сорока лет, уже с женой и детьми. До сих пор не могу объяснить, почему так вышло, хотя точно помню, что у меня были и деньги и время. На протяжении всей жизни я видел, как у всех моих друзей и знакомых юношеские мечты разбивались в прах, видимо, так было и задумано свыше. Ведь осознать истинную ценность наших желаний мы можем, только пережив десятки неудач и пролив несколько литров пота, пока пытались достичь своих целей.

Потом меня ждал развал Советского Союза, времена лихой перестройки и период становления моей новой страны, которая возникла на руинах предыдущей. Те времена никому не дались легко, но, тем не менее, все мои знакомые обзавелись семьями, квартирами и всем тем, о чем мечтали все. Все-таки человек – удивительное существо, он в любых условиях может жить и наслаждаться жизнью. Даже в тех условиях, где жизни-то и нет, с этой точки зрения мы почти не отличаемся от тараканов, и я даже не верю утверждениям, что ядерную зиму могут пережить только эти омерзительные существа, ведь как показало время – наш, человеческий, вид остался, а про них я давно уже ничего не слышал.

В конце концов, жизнь как-то наладилась сама собой и начался коммерческий бум – все оказывали какие-то услуги или что-то производили. И в какой-то момент всего стало настолько много, что было даже проблематично идти в магазин – уж слишком там был большой выбор, например, одних бутилированных напитков были тысячи, так было со всеми продуктами. Уникальность исчезла, а компаниям нужно было как-то конкурировать между собой, вот тут я заработал первые действительно большие деньги. Внезапно оказалось, что как раз маркетологи могут повлиять на ситуацию. Ведь наша работа строится на том, чтобы изучить рынок конкурентов и потребителей и предложить оптимальное решение в пользу последних. Именно в тот момент у меня появились и просторная квартира в Купчино, и большая дача, и в отпуск я поехал не в пригород, а в Париж.

Сам город рос и развивался быстрыми темпами и привлекал все больше новых людей, которые привозили в него свои деньги – это был некий замкнутый круговорот денег, которых почему всегда было мало, как оказалось, золото не делится поровну. И каждый из новых жителей хотел показать свое превосходство, даже не думая о том, что оно никому неинтересно. Так у нас появились дорогие бренды, где наручные часы могли стоить как несколько квартир. И такие компании не скупились на зарплаты маркетологам, с каждым новым игроком на рынке я становился богаче, и мы все реже ужинали дома, и все чаще в ресторанах. Мне казалось, что так будет всегда, и что деньги никогда уже не кончатся, а если все же случится беда, то я спокойно найду себе другую высокооплачиваемую работу.

Как я понял потом, это был просто приступ звездной болезни, и ничего более. Но я пошел на поводу у него и открыл собственный бизнес. Мне всегда нравились рестораны – я открыл модный и престижный ресторан, благо, на них был спрос. Я строил его сам, полностью на свои деньги, которые почти кончились к моменту завершения строительства. Я все-таки не учел много факторов, которые стоили не очень дорого, но их было очень много, так что вложения в моё строительство возросли в несколько раз.

Первый год было очень тяжело – я не знал ни как вести этот бизнес, ни как им управлять, мне все пришлось изучать заново. Когда я смог разобраться что к чему, на мне уже висело несколько кредитов. Я еле сводил концы с концами, но всё же наступило, наконец, время, когда мой ресторан начал давать прибыль. Небольшую, но для начала этого было вполне достаточно, но тут начался новый экономический кризис, который полностью подкосил покупательную способность населения. Мой ресторан оказался самой большой ошибкой в моей жизни, ведь он просто-напросто пустовал. Моя мечта стала никому не нужной, стала проблемой и засела занозой в памяти.

Что было дальше? Да, следующие несколько лет я работал на разных должностях, отчаянно не понимая, почему я никому не нужен. А когда всё же понял, мне стало и вовсе нехорошо. Все оказалось элементарно: я и раньше был никому не нужен, я не обладал такими знаниями, чтобы за них так щедро платили, просто у людей были деньги. Их было много, поэтому можно было раздавать, было как-то не жалко. Теперь же я всё меньше понимал людей. Разрыв между социальными классами был настолько огромен и так размазан, что уже нельзя было утверждать, кто бедный, кто богатый. Люди, казалось, сходили с ума в погоне за деньгами – это было много трагичнее, чем известная золотая лихорадка. Тогда на Аляске рисковали только те, кто туда отправился, а тут весь город мерил деньгами все. Самым отвратительным стало, что деньги заменили даже чувства.

И я перебивался на гроши, даже сдал одну комнату рабочим, постоянно пытаясь вернуться на прежний уровень доходов. Лишь потом я поумнел и начал нагло врать на собеседованиях, и в один день это сработало – я сумел убедить директора одного гаражного производства, который взял меня маркетологом с очень хорошей зарплатой. И я тогда…

Пока меня пронизывали меланхоличные воспоминания, моя семья уже полностью экипировала меня для моего будущего подвига. Я и не заметил, как настал вечер. Нам осталось только поужинать и попрощаться. Мы доели вкусную пиццу, которую нам привез робот-курьер, и вызвали мне такси. Я пообещал провести первый прямой эфир по дороге: провести для своих дочерей экскурсию по городу, в котором они родились, но не бывали в нем очень давно. Я был уверен, что мои девочки его не узнают, впрочем, я сомневался, узнаю ли я этот город сам. После долгих и теплых объятий, я все-таки сел в белоснежное такси, которое должно было меня доставить до моей старой квартиры. Я возвращался туда, откуда все начиналось.

7

Я ехал в такси и всё время пытался убедить себя, что принял верное решение, когда покинул зону защищенного города. Всегда неприятно выходить из зоны комфорта, особенно, когда ты понимаешь, что условия жизни сейчас ухудшаются с каждой секундой, с каждым метром, с которым я удалялся от Эдема. Хоть такси и было максимально комфортным, в душе у меня скребли кошки – меня не спасали ни прохладительные напитки, ни легкий джаз, льющийся как будто ниоткуда, ни даже мягкий простроченный кожаный диван. С одной стороны, я был очень рад, что сейчас поеду домой, именно в то место, о котором у меня были только хорошие воспоминания. Вообще, человеческий мозг изначально заточен таким образом, чтобы вымарывать все плохое, оставляя в памяти только самое нежное и приятное. Конечно, я помнил, что там происходило много всего, и даже те события, которых лучше бы не было вовсе, но об этом я не хотел думать, гнал воспоминания прочь, вновь и вновь прокручивая будущее.

И вдруг я совершенно точно понял, насколько нелепа моя идея. Что если я, идеализируя воспоминания, не учитываю того, что могу сделать только хуже? И в то же время я чётко понимал, что повернуть назад я уже не могу да и не хочу. Моя поездка должна была длиться всего минут двадцать, и началась она с безумно пыльной улицы Савушкина. Из-за близости к заливу этот район всегда был ветреным, а когда на дорогах лежал слой пыли в несколько сантиметров, тут часто зарождались и кружили свои дикие танцы черные смерчи. Единственно, что изменилось в положительную сторону, – это отсутствие пробок. Я ехал по набережной почти до самого конца и узнавал самые разные здания, с некоторыми меня связывали воспоминания, но я не успевал проявлять их в памяти. В моей голове мысли менялись так же быстро, как и пейзаж за окном, словно я смотрел личный диафильм, непременно чёрно-белый, и мои мысли были мрачными и серыми, такими же, каким стал город.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.