Эми Мун – Помощница для князя оборотней (страница 27)
— Скоро уже остановимся, — не оборачиваясь, бросил Северян, — Тропка нынче добрая.
— В каком смысле?
— В том самом, что ежели по человечьей дороге версту пройдешь, то по лесной в разы более.
Василиса озадаченно почесала голову:
— Значит мы быстро движемся? А другие так могут?
— Дикие все могут, а челоек в одиночку нет. Поэтому нас так тяжело поймать в лесу. Не единожды люди пробовали, войска посылали. Ничего у них не вышло, кровь только зря пролили, а мой народ остался непокоренным... Ну вот, хорошая прогалина.
И Северян махнул рукой на крохотный пятачок между тремя соснами. Четвертая лежала поперек, как раз удобно будет сидеть.
— Принеси веток и огонь разведи, — приказал в привычной уже господской манере.
И стал раздеваться.
Василиса рысью бросилась исполнять приказ. Спокойно смотреть на мужчину после того, что ей снилось, она не могла. Впрочем, до этого тоже. За спиной тихо фыркнули. И все. Василиса обернулась, но медведя уже и след простыл.
Жаль. Она бы не отказалась рассмотреть его поближе.
Василиса нагнулась, поднимая первую ветку. А мишка у него красивый! Пушистый такой, плюшевый… Вторая ветка отправилась вслед за первой. И мордашка симпатичная. Когда не рычит, конечно. Василиса снова потянулась к земле. Вот бы его погладить! А если повезёт, то и потискать немножечко.
— Берегись! — ударил из-за деревьев смутно знакомый голос.
И ей навстречу выскочили несколько волков. От неожиданности Василиса села на задницу. А волки громадными прыжками бросились к ней. Это конец! Но вдруг им наперерез метнулся огромный рыжий кот. И, вздыбив шерсть, зашипел на весь лес. Волки ненадолго замешкались. А Василиса, заорав во все горло, белкой взвилась на ближайшую сосну. Вовремя! Серые тени окружили дерево и дружно оскалились.
— Х-хорошие с-собачки… — прозаикалась Василиса, крепче стискивая ветку.
Собачки злобно рявкнули. Они были очень недовольны, что добыча ушла из-под носа. Точнее, ее увели… Василиса вздрогнула. Это же Ладимир помог! Но где он сам?! Неужели… все? По коже деранул озноб. Набрав полную грудь воздуха, Василиса крикнула:
— Ладимир!
— Р-р-ра! — ответил ей медвежий рев.
Волки как-то по поросячьи взвизгнули и бросились врассыпную. Далеко не убежали. Василиса и представить не могла, что медведи способны двигаться настолько быстро. Один волк шмякнулся о ту же сосну, на которой она сидела, и остался лежать. Два других были настигнуты чуть дальше: скулеж, хруст — и готово. Остальные получили фору. Ненадолго.
Меховая торпеда бесшумно скрылась в чаще, и через минуту оттуда раздался дикий скулеж и вой. Василиса злорадно усмехнулась. А через секунду кричала уже она. Под деревом вместо волка лежал… лежало… Что это такое вообще?! Весь в проплешинах, с полузвериной мордой, хвостом, когтями и… Ой, плохо ей, плохо!
К горлу подкатила тошнота. Василиса отвернулась, только бы не видеть изломанного уродца. Но это не помогло — ее все-таки вытошнило.
— Малахольный, — зарычали совсем рядом.
А вот и Северян собственной персоной… Как хорошо.
— Уб-бери… ик!
И Василиса зажала рот ладонью. К счастью, в этот раз лесной князь не стал ее воспитывать. Послышалось тихое шуршание, а потом рокочущее:
— Слазь!
Василиса кое-как слезла. И тут же оказалась прижатой к дереву. А князь навис сверху. Глаза полыхают, клыки оскалены.
— Ладимир тут?!
Василиса кивнула:
— Д-да... Он меня спас.
Северян отшатнулся, как будто она его ударила.
— Выходи, котячья шкур-р-ра, — зарычал злее прежнего.
Ладимир вышел, держась за окровавленное плечо. Василиса охнула. А Северян шагнул вперед.
— Смотрю, ты глухой стал. Ну так не обессудь.
И стиснул кулаки. Ой, беда!
Василиса бросилась к князю и не придумала ничего лучше, чем бухнуться на колени и молитвенно сложить руки.
— Он спас меня, господин! Не побоялся против волков выйти. Разве в твоём сердце нет хоть чуточки места для справедливости? Разве храбрость Ладимира достойна тумаков? Ну так убей меня тоже! Я ведь для тебя вроде надоедливой мошки, ни к чему не способный…
И, понурив голову, Василиса расплакалась. Наверное, от стресса. Она это понимала мозгами, но остановиться не могла. Слезы катились без остановки, а тело сотрясала дрожь.
— Будет сырость разводить, — проворчали над головой.
И на плечи упала пахнущая зверем накидка. Слезы резко закончились, как будто краник перекрыли. А Северян подхватил ее под руку и заставил подняться.
— Мужику слезы лить — последнее дел! — прикрикнул на нее.
А сам будто смутился. Василиса поскорее спрятала нос в опушку и тихо-тихо ответила:
— Прости, господин.
Северян шумно вздохнул.
— Малахольный... — И повернулся к Ладимиру: — Говори, что хотел.
Оборотень чуть склонил голову:
— Три твоих соперника союз меж собой заключили. Думают тебя со свету сжить, как только ты все, что княжна загадывала, достанешь.
Северян скрестил руки на могучей груди:
— Не удивил.
— Так может, тебя удивит то, что Шурале Батыр мертвую воду достал?..
Северян ругнулся так, что Василиса покраснела. Однако, как богат русский язык…
— …А Иван-боярский сын разжился на меч-кладенец…
К ругани добавился медвежий рык. Эффектно.
— …Но всех усерднее Бова Королевич. Он Сивку-бурку ради такого дела позвал. А ведь конь ему третий раз служит, больше на зов не придет.
Северян треснул по сосне кулаком так, что дерево хрустнул. Василиса втянула голову в плечи. Мало ли.
— Троих конь не подымет! — крикнул зло.
— Нет, но двое сесть могут, а потом всадник за третьим вернется.
— Твоя правда.
И Северян крепко потер подбородок, а Ладимир тихонечко подмигнул, мол, спасибо, что заступилась. Василиса кивнула. Ей было приятно отплатить добром этому удивительно милому оборотню. Но вот странно, нагота Ладимира смущала лишь чуточку, а вот когда взгляд падал на Северяна — дыхание перехватывало.
Василиса уставилась на шишки под ногами. Так безопаснее.
— Позволь мне идти с вами, — нарушил затянувшееся молчание Ладимир.
— Нет.
Василиса вздрогнула и оторвала взгляд от земли.
— Но, господин…
— А ты молчи, Васька. И впредь на слезы не уповай, — насупился лесной баран. И снова поглядел на Ладимира. — Тебя я выслушал, благодарность за спасение мальца сказал. А теперь — убирайся.