Эми К. Роджерс – Вспомни меня (ЛП) (страница 10)

— Хадсон, мой любимый братишка.

— Твой единственный брат. Твое приветствие устарело, — он подхватил Ника за подмышки и вытащил из-за стола. — Пора домой.

— В тот дом на дороге? — Ник невнятно лепетал, точно язык стал слишком большим для его рта. Он высвободил руку из хватки Хадсона.

— Мы заедем туда. — Да хрена с два.

Лицо Хадсона исказили мрачные морщины, пока он наблюдал, как его брат делает два шага и начинает шататься из стороны в сторону. Он поймал Ника за бицепс, едва ощущая его вес.

Он отвел Ника к двери, тот шагал так, будто ноги его стали резиновыми, и Хадсон чудом удержал его от падения лицом в грязь. Достав из кармана сотню долларов, Хадсон хлопнул ею по барной стойке и подтолкнул к бармену.

— Спасибо, приятель. Этого должно хватить.

Владелец вытер руки тряпкой, бросил ее под прилавок и взял сотню.

— Не вопрос.

Хадсон толкнул дверь бедром и поволок Ника к машине. Он запихнул его на пассажирское сиденье и пристегнул ремнем безопасности.

Ник открыл глаза.

— Дерьмо, ты купил крутую тачку.

Проигнорировав Ника, Хадсон, не теряя времени, уселся за руль. Тишину нарушало лишь тихое урчание двигателя, пока он вел машину. Глянув на брата, Хадсон увидел, что он то роняет голову, то снова поднимает в вертикальное положение.

— Я видел ее, Ники, — сказал он наконец. Черт, как же много времени прошло с тех пор, как он говорил о ней. Как будто и не говорил вовсе.

Голова Ника дернулась.

— Брешешь?

Он снова уронил голову. Этот парень начинал походить на китайского болванчика.

— У тебя было столько кисок, а ты все никак ту не забудешь, а?

Снова тишина.

— Она мне нравилась, — голос Ника так тихо звучал в темноте салона. — Она хорошо ко мне относилась.

Свет фар встречных машин накатывал и снова исчезал. Они миновали аллеи. Затем высотки.

— И ты… — Ник захлебнулся дразнящим хохотом. — Ты так был помешан на этой цыпочке.

Его голова перекатывалась по мягкому подголовнику. — Как там ее звали?

Хадсон бегло глянул на Ника.

— Алессандра Синклер, — он помедлил, затем перевел взгляд на дорогу. — Алли.

Ник хлопнул в ладоши, точно его озарило.

— Алли, точно. Какую только херню ты не вытворял, пытаясь ее впечатлить.

Челюсть Хадсона напряглась.

— Кископомешанный ублюдок. Скажи хоть, ты ее трахнул?

— Заткнись, Ник, — прорычал Хадсон. — И не блюй в моей машине. В прошлый раз у меня ушла целая вечность, чтобы избавиться от запаха.

Глава 7

Алли не помнила, когда в последний раз бывала в зоопарке "Линкольн Парк". Кажется, когда ей было восемь… или девять? И хоть убей, она не могла понять, почему выбрала его местом для встречи.

Харпер упоминала, что здесь проходил сбор средств с "Неоновыми деревьями", может, потому и вспомнилось.

В любом случае, мистер Ходячий Секс ее слишком нервировал, потому она и выпалила это, а теперь, вопреки здравому смыслу, стояла перед парадным входом в зоопарк.

Ну, хотя бы это было относительно безопасным местом встречи. Несмотря на то, что зоопарк уютненько устроился в тени небоскребов, все же вряд ли здесь часто бывали ее друзья и родственники. Алли достала из сумочки солнцезащитные очки и стянула кардиган, завязав рукава свободным углом на плечах. Сентябрь подходил к концу, но в Чикаго стояла не по сезону теплая погода.

Она глубоко вздохнула и разгладила складки на угольно-серой юбке-карандаш. Если бы со всем этим можно было так же легко покончить.

В зоопарке было больше посетителей, чем она ожидала. На какой-то момент Алли даже заволновалась, не нужно ли было оставить более конкретные инструкции, но найти Хадсона оказалось просто. Сложно не заметить миллиардера в море детских колясок и школьников. Он стоял у бассейна, спиной к ней, и всем своим видом источал власть и могущество. Одетый в темно-синий костюм в мелкую полоску, Хадсон возвышался над малышами, которым для лучшего вида приходилось вставать на цыпочки.

Взгляд ее скользнул по его мужественному силуэту. Она в точности знала, каково это, когда его мускулистое тело прижимается к ней, и уже один этот образ вызывал массу воспоминаний. Как ее пальцы блуждали в его непокорных волосах. Как ее руки скользили по его широким плечам. Как шпильки ее туфель вонзались в его упругую задницу.

Завязывай с этим, Синклер.

Когда она подошла ближе, Хадсон повернулся. Проклятье. Вид спереди был еще более опустошающим, чем сзади.

— Привет, — сказал он, проводя рукой по волосам. — Спасибо, что пришла.

Как будто у нее был выбор.

— Я не могла рисковать. Вдруг ты будешь появляться в каждой раздевалке по всему Чикаго.

— Или только в тех, что к северу от определенной улицы?

Алли застыла. Как смеет он намекать, что она посещает лишь определенные части города? Она хотела парировать его нелепое заявление, как вдруг один из серых тюленей выпрыгнул из воды. Устремив нос к облакам, он широко раскрыл рот и гавкнул в небеса. Звук получился поистине оглушающим и громким эхом отразился от камней.

Хадсон оглянулся через плечо.

— Боже, адское же ты местечко выбрала.

Решительно взяв Алли за локоть, он увел ее от бассейна, мимо прилавка торговца попкорном и чего-то, похожего на маленькую красную пожарную машину. Она заметила, что Хадсон осмотрел окрестности и затем потащил ее к раскидистому дереву неподалеку от выставки львов.

— Зачем мы здесь? — спросила она, убирая очки обратно в сумочку.

Хадсон усмехнулся, прислонившись бедрами к перилам и скрестив руки на груди.

— Потому что у тебя тяга к экзотическим животным?

Ей было не смешно. Совсем.

— Я имею в виду, почему ты с таким дьявольским упорством добивался встречи со мной?

— Потому что ты у меня в долгу. Я знаю, как ты любишь удирать, Алессандра. Но не в этот раз.

— О чем ты говоришь?

— Оставь эти гребаные увертки и не веди себя так, будто в моем офисе тем вечером ничего не произошло, — его голос сделался чувственным. — Ты была там, со мной.

Рот Алли приоткрылся от изумления. Неважно, как ее предательское тело реагировало на него тем вечером. Они на людях. Ради всего святого, кто-нибудь же мог его услышать. Она нервно оглянулась и с облегчением увидела, что в пределах слышимости были одни белки.

— Говори тише, пожалуйста.

Он нахмурился.

— Ты прям как дебютантка. Прогулка по дикой стороне представляется идеальным бунтом против мамочки с папочкой, но только до тех пор, пока никто не узнает, — он оттолкнулся от перил, нависая над ней всем своим ростом. — Темное и опасное добавляет возбуждения? Это тебя заводит?

Алли побледнела, но сдержалась. То, что она испытывала к Хадсону столько лет назад, было настоящим чувством, и подтверждение тому — шрамы, оставшиеся на ее сердце. Она не позволит ему обесценить это до бунтарской интрижки.

— Все было совсем не так, и ты это знаешь.

— Действия говорят громче слов.

Его интонации были едкими и язвительными, но она заметила на его лице какую-то незнакомую эмоцию. Была ли это боль?

Печаль? Алли не могла сказать точно, потому что эта эмоция исчезла так же быстро, как и появилась.