Эми К. Роджерс – Освободи меня (ЛП) (страница 35)

Ник рассмеялся.

— Раз она так говорит, — он отбросил большую коробку и схватил маленькую из рук Хадсона. Сорвав ленточку, поднял крышку и обнаружил серебристый ключ с цепочкой и надписью HARLEY DAVIDSON. На наносекунду Ник лишился дара речи, а затем резко вскинул голову.

— Да ладно?!

— До ужина осталось еще несколько минут, — сказала Алли. — Почему бы тебе не сходить с ним вниз и не показать?

— Он здесь?

— Хочешь пойти посмотреть?

— Э, да, черт побери, — Ник уронил коробочку и вскочил на ногу, едва не подпрыгивая на месте, как в детстве.

Хадсон локтем обхватил шею брата и потащил его к лифту, ероша волосы костяшками пальцев.

— Веди давай, малыш.

Возможно, он радовался не меньше брата. Они вновь проводили время вместе, и Ник улыбался почти как в детстве, когда открывал дерьмовые подарки, на которые Хадсон еле как наскребал деньги. Но в этот раз он приготовил брату кое-что, что компенсирует хреновые игрушечные машинки, у которых через неделю отваливались колеса. В этот раз его брат получит настоящие охренительные колеса.

Вырвавшись, Ник побежал вперед и ударил по кнопке вызова лифта.

— Давай, старичок. Брось ходунки и поспеши.

Хадсон едва зашел в лифт, а Ник уже жал большим пальцем на кнопку закрытия дверей. Ему казалось, что брат вот-вот начнет отскакивать от стен лифта точно мячик, а эта поездка несомненно будет самой долгой в жизни Ника.

Через три… два… один… двери открылись.

Рядом с стально-серым DB9 Хадсона был припаркован единорог Ника, Harley Davidson Fat Boy, вальяжный и роскошный, с безошибочно узнаваемым ностальгическим профилем.

Хадсон Чейз не шутил, когда дело касалось мотоциклов.

Ник прошелся вдоль блестящей черной классики так, будто если он подойдет ближе, чудо исчезнет.

— И это мое?

Хадсон усмехнулся.

— Ага, с Рождеством.

Его брат провел рукой по хромированному значку на кожаном ремне, затем перебросил одну ногу через байк.

— Здесь четырехцилиндровый двигатель, коробка передач с шестью скоростями. Хромированный спидометр, консоль зажигания, — указал Хадсон. — Вся необходимая информация здесь.

Ник положил руки на руль из нержавеющей стали с хромированными ручками.

— Это охренительный байк.

— Если тебе не нравится цвет или комплектация, можем перепродать.

— Ни за что. Это лучший подарок на свете, бро. Я обожаю его, — Ник откинулся на металлическом троне, смотря на бетонную стену перед собой, точно это была открытая дорога. — Когда поедем кататься?

— Байк, снег — не лучшее сочетание.

— Ой да брось, кайфолом.

— Никакого байка в такую погоду. Не говоря уж о том, что яйца отморозишь.

— Говорю же. Кайфо. Лом, — Ник усмехнулся.

— Здравый смысл, — Хадсон сделал два шага вперед. — У него хромированные колеса и противоугонная система, автоматически блокирующая движение, — сказал он, указывая на дополнительные прибамбасы. — Даже лучше, чем на моем байке.

Ник продолжал трогать все, касаясь пальцами каждого дюйма.

— Я не знаю, что сказать.

— Попробуй 'спасибо'.

Он посмотрел на него снизу вверх.

— Спасибо, Хадсон.

— Не за что. Рад, что понравилось, — Хадсон почувствовал, как в кармане завибрировал телефон. Вытащив его, он быстро набрал сообщение и убрал аппарат обратно. — Ужин готов, — едва он произнес эти слова, как телефон снова завибрировал.

— Нам лучше подняться, — сказал Ник, слезая с байка.

— Ага, — Хадсон напечатал ответ, снова убрал телефон и наградил брата строгим взглядом. — Никакой езды в пьяном виде, понял?

— Чувак, да когда ты уже оставишь эту тему? Трезв как стеклышко, помнишь? — Ник запустил руку в карман и достал жетон за 30 дней(19) и бросил Хадсону.

Хадсон поймал жетончик и посмотрел сначала на одну сторону, потом на другую. Можно было много чего сказать, но на ум не приходило ничего, кроме как:

— Это для меня лучший подарок на Рождество, Ники, — он прочистил горло. — Нам лучше подняться, пока Алли не начала опять строчить мне смс-ки.

Ник засмеялся.

— Подкаблучник.

— Не отрицаю, — он широко улыбнулся. — Однажды это случится и с тобой, — Хадсон хлопнул брата по плечу, направляясь к лифту. Пока они поднимались, он просветил Ника в еще несколько деталей об его новом железном коне. И пока он с напыщенным видом разглагольствовал, Ник сопровождал это звуковыми эффектами, эхом отражавшимися от деревянных панелей.

Едва они вышли из лифта, Алли глянула на них, продолжая расставлять еду на столе.

— Как раз вовремя. Садитесь оба.

— Могу я помочь чем-нибудь? — Хадсон чмокнул ее в щеку.

— Нет. О, погоди, да! Вино, — она металась между столом и кухней, пытаясь определиться, куда идти.

— Я займусь этим.

Алли остановилась, коснувшись его предплечья.

— Или лучше не стоит, — она посмотрела на Ника, который тыкал пальцем в батат.

Привязанность, которую эта женщина питала не только к нему, но и к его брату, была подобна стреле в сердце.

— Все нормально, детка.

Ник ясно дал понять, что не хочет, чтобы вокруг него ходили на цыпочках. Он хотел, чтобы все было как можно естественнее, и если Хадсон обычно подавал вино к ужину, он подаст его и сейчас.

Он как раз вернулся с бутылкой шардоне, когда Алли вышла с кухни. Ее руки были заняты очередным блюдом, но проклятье, это как раз было его любимым — запеканка из зеленой фасоли с очень хрустящим луком. Блюдо, может, для кого-то и бюджетное, но черт, это же классика.

— Ты превзошла сама себя, — сказал он. Хоть Алли и была не в своей среде, все было идеально. Хадсон открыл вино с мягким хлопком и стал наполнять бокалы. Алли принесла последнее блюдо, и проклятье, он был готов рухнуть на одно колено.

— О, дерьмо, это картофельный гратен? — выпалил Ник, прежде чем Хадсон успел сказать хоть слово.

— Угадал.

— Чувак, Хадсон, не вздумай облажаться и потерять ее.

— Ни за что.

— Садитесь, пожалуйста. Ешьте, пока горячее, — Алли только присела, как ее телефон разразился визгливой мелодией Girls Just Want to Have Fun.

Хадсон выгнул бровь при звуках поп-гимна 1980-х.

— Харпер, — смущенно улыбнулась она. — Это она поставила, не я.

Хадсон и Ник оба рассмеялись над ее отговоркой.