Эми Эванс – Супруги по завещанию (страница 21)

Женщины о чем-то активно переговаривались, и любому дураку было понятно, что они гораздо больше, чем просто знакомые. Не сводя глаз с огненноволосой красотки, я залпом осушила бокал прежде, чем успела сообразить, что делаю.

Герцог Камерон, от которого не укрылось мое внимание к одной из своих гостей, понимающе протянул над ухом:

— Стало быть, до вас дошли столичные слухи?

О каких слухах идет речь, гадать не приходилось.

— А еще я слышала, что на подобные вечера приглашаются только семейные пары.

Можно было бы предположить, что любовница герцога Гейрлейва счастливая обладательница законного супруга. Но что-то мне подсказывает, что в таком случае она бы не стала так бурно выражать свое негодование по поводу женитьбы ее визави.

— Для красивых женщин всегда можно сделать исключение, — невозмутимо пожал плечами министр финансов, — Особенно когда они об этом так проникновенно просят.

Наконец, когда я нашла в себе силы отвернуться от любовницы своего мужа, мне показалось, что в последний момент она повернулась в мою сторону, и ее красивое лицо озарила предвкушающая улыбка.

В этот момент бальный зал перед моими глазами покачнулся и поплыл. А в груди разлилось странное тепло, которое продолжало нарастать, заставляя все мое нутро напряженно сжаться.

Все эти катаклизмы, происходящие в собственном организме, подняли во мне волну паники и беспокойства. Потому как это было совершенно не похоже на действие легкого алкоголя на организм. И даже не похоже на побочный эффект после смешивания алкоголя и успокоительной настойки.

Что же за гадость я выпила? А в том, что всему виной подсунутый герцогом Камероном напиток, я поняла по взгляду мужчины. И на встревоженный или обеспокоенный он не походил. Это был спокойный, торжествующий взгляд.

— Теперь настал мой черед повеселиться, леди Гейрлейв, — произнес министр финансов, расплываясь в широкой, довольной улыбке.

А меня обдало такой волной жара, что я покачнулась, не выдержав порыва, и, схватившись за стену, начала медленно оседать.

— Не так быстро, — почти ласково прошептал герцог Камерон, подхватывая меня за талию и рывком дергая вверх.

Глава 16

— Леди Гейрлейв, что с вами? — с обеспокоенным видом воскликнул герцог Камерон, подхватывая меня крепче и прижимая к своему боку так, чтобы я не свалилась снова.

И тон у министра финансов был такой искренний и невинный, словно он понятия не имел, что со мной происходит.

На оклик хозяина вечера к нам стали заинтересованно оборачиваться. Кто-то смотрел удивленно, кто-то обеспокоенно, но два взгляда, полных злорадства и предвкушения я почувствовала из другого конца зала. И мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кому они принадлежат.

— Леди Гейрлейв нужен свежий воздух, — тем временем безапелляционно произнес герцог Камерон, — Я ее проведу, сообщите герцогу, — произнес мужчина.

И отчего-то мне показалось, что он точно знает о том, что Алмира сейчас не то, что в зале, его даже в особняке нет.

Министр финансов перехватил меня за талию и, не встретив моего сопротивления, уверенно повел к выходу из зала. Гости покорно расступались, что-то обеспокоенно шепча нам в спину.

Но сейчас я не могла сосредоточиться на их словах. Вообще не могла не на чем сосредоточиться. Перед глазами продолжало плыть, превращая бальный зал в круговерть из пестрых, ярких точек. Тело бросило в жар, дыхание участилось. В груди стало тесно, и заботливо затянутый супругом корсет сейчас только мешал, не давая вдохнуть глоток воздуха полной грудью. А кожа стала такой чувствительной, что я сквозь слои одежды чувствовала жар, исходящий от ведущего меня прочь герцога. Прикосновение ткани к горящей коже так раздражали, что хотелось немедленно скинуть с себя платье и облегченно выдохнуть. На лбу выступила испарина, и я подумала о том, что идея выйти на свежий воздух не такая уж и плохая.

— Чем вы меня опоили? — хрипло поинтересовалась я, облизывая вмиг пересохшие губы.

Ощущения были похожими на то, что я испытывала с герцогом Гейрлейвом в кабинете министра. Но лишь на самую малость. Сейчас они были в разы, в десятки раз острее.

— Я? — удивленно вскинулся герцог Камерон, — Леди Гейрлейв, к чему такие голословные обвинения? Я всего лишь подал вам бокал с напитком, который проносил мимо официант. Если и стоит предъявлять претензии, то к нему.

Я слабо улавливала смысл сказанных министром финансов слов. Мысли то и дело возвращались к жарким картинкам из чужого кабинета, запуская по телу новые волны жара и…предвкушения.

И лишь усилием воли мне удалось оторваться от сладостных воспоминаний и сосредоточиться на словах герцога Камерона.

— То есть, вашим слугам разрешено опаивать гостей?

Мне даже хватило сил сформулировать и произнести вслух вопрос. Только я не узнавала собственный голос, который сейчас охрип так, что каждое произнесенное слово мне давалось с большим трудом.

— Леди Гейрлейв, вы не в себе и оскорбляете меня своими грубыми предположениями, — возмутился мужчина, — Но я прощу вам эту маленькую оплошность. Пойдемте, вам нужен свежий воздух.

Мы уже вышли из бального зала, и герцог Камерон попытался потащить меня к выходу силком. Но я уперлась каблуками в мраморный пол, перехватила руку, сжимающую мою талию, и попыталась вырваться.

— Пустите! — воскликнула я, — Я вполне могу идти сама.

— Как можно, леди Гейрлейв? — вздохнул министр, не желая слушать моих слов и с легкостью удерживая меня, словно в капкане, — Если вы не устоите на ногах и поранитесь, то ответственность перед герцогом за ваше состояние буду нести я.

— Да сколько можно? — возмутилась я, прилагая все больше усилий для того, чтобы обрести свободу, — Оставьте меня здесь, и я дождусь Алмира.

Меня раздражала навязчивость хозяина вечера, его слова, прикосновения. Да и он сам пугал меня до чертиков. Больше всего сейчас мне хотелось оказаться как можно дальше от него, расшнуровать дурацкий корсет, скинуть с себя одежду и опуститься в прохладную, успокаивающую воду.

А вместо этого я вынуждена спорить со странным и скользким герцогом, который тащит меня непонятно куда. И ведь не закричишь, привлекая к себе внимание. Нет, попытаться, конечно, стоило. И тогда с большой долей вероятности мне бы удалось избавиться от навязчивого внимания герцога Камерона.

Вот только этот скользкий тип выкрутит все так, что виноватой останусь я. И тогда меня ждет сначала скандал, потом позор и нежелание видеть мою персону в высшем свете столицы. И если бы это касалось только меня, такой бы расклад меня более, чем устроил. Но сейчас я жена герцога Гейрлейва, и как он отнесется к моей вольности остается только гадать.

Хотя вместе с раздражением внутри меня закипала и злость на новоиспеченного супруга. Где его носит, когда меня тут опаивают все, кому не лень? Хорош же муж, использовал в своих целях и оставил на произвол судьбы в потенциально опасном месте. От него поступков так и веет трепетной любовью и заботой. Или это я такая везучая, что везде могу найти приключения?

Немногочисленные гости, гуляющие за пределами бального зала, начали заинтересованно коситься на нашу возню. Пусть мы с герцогом Камероном разговаривали не громко, но внимание успели привлечь.

И не успела я обрадоваться такому раскладу, как герцог раздраженно дернул щекой, сдавил мою талию так, что мне выбило весь воздух из легких, и уверенно потащил к выходу из особняка, не обращая внимания на мое недовольство.

Стоило мне оказаться на свежем воздухе, как почти сразу полегчало. Дышать стало проще, а прохладный ветер смог немного остудить горящую кожу лица и тела. И облегченно выдохнув, я почувствовала, что могу спокойно стоять, не стремясь никуда завалиться. И даже мысли стали яснее.

Но глупо было надеяться, что герцог Камерон стремится облегчить мое состояние. Он, словно и не заметив изменений, продолжил тянуть меня вглубь сада с невозмутимым видом.

— Вы думаете, я поверю, что вы не причем? — зашипела я на него, — Ваша фраза, сказанная в бальном зале, носит весьма недвусмысленный характер.

— Не понимаю, о чем вы, — невозмутимым тоном отозвался министр.

Его руки сжимали меня с такой силой, что синяков было не избежать. Кажется, герцог Камерон теперь даже не пытается соблюсти хоть какие-то рамки приличий и создать видимость заботы о гостье.

Чем дальше мы отдалялись от особняка, тем темнее становилось в саду и тише было слышно звуки музыки и веселья. Герцог Камерон шел практически наощупь, таща меня за собой. Словно из неоткуда перед нами появилась неприметного вида беседка, в которую меня и запихнул мужчина, заходя следом.

— Вам придется отвечать перед моим мужем за свое поведение, — предупредила его я, резко разворачиваясь.

Герцог Камерон возвышался надо мной, закрывая собой проход и отрезая возможные пути отступления.

— Боюсь, леди Гейрлейв, после случившегося вскоре, отвечать за свое поведение перед вашим мужем придется именно вам, — хищно усмехнулся министр финансов.

А я гулко сглотнула, с ужасом понимания, в логово какого зверя притащил меня герцог Гейрлейв.

— Может, уже объясните, что происходит? И чем вы меня отравили? — нервно поинтересовалась я, медленно отступая.

— Отравил? — усмехнулся герцог Камерон, — О, моя дорогая леди Гейрлейв, тем, что вы по незнанию называете ядом, очень любят баловаться многие замужние благородные леди. Так что, можете меня поблагодарить за заботу.