Эми Доуз – Минутку, пожалуйста (страница 14)

Я устало хихикаю.

— Извини за это. Тогда я тоже отключилась.

— Оно того стоило, — вздыхает он. — Потому что у тебя чертовски изящная задница.

Я вглядываюсь в его лицо. Он что, шутит?

Его глаза закрыты, и на его лице играет милая, посткоитальная улыбка.

Не похоже на шутку.

Я качаю головой и хихикаю.

— Кто говорит «изящная» после секса?

Он издает смешок.

— Полагаю, что я.

Разум заполняют образы того, как он шлепал меня.

— Боже, моя подруга Кейт никогда не позволит мне забыть эту ночь.

— Та самая, что пишет про секс?

— Эротические романы, — поправляю я с защитной ноткой в голосе.

— Понял.

На мгновение мы оба замолкаем, наше дыхание восстанавливается и наступает расслабляющая усталость.

— Я сейчас уйду, — заявляю я, глядя на Джоша, который сонно моргает. Боже, у него такая сексуальная челюсть.

Уголок его рта дергается.

— Как скажешь.

Проходит еще мгновение, и я клянусь, мне кажется, я вешу тысячу фунтов, потому что даже не могу начать подниматься с этой удобной кровати.

— Е-е-еще минуточку, и встаю.

Он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня, но его глаза закрываются, когда он бормочет:

— Я могу вызвать Uber, как будешь готова.

Позволяю векам закрыться всего на секунду.

— Через минуту.

Раздражающий звон пробуждает меня от сна, я пытаюсь приоткрыть глаза, но каким-то образом от туши ресницы слиплись. Я нащупываю телефон и на мгновение вижу на экране «МАМА». Провожу пальцем вправо и хриплю:

— Алло?

— Алло? — повторяет мама.

— Мама... что?

— Что?

— Ты мне позвонила, — защищаясь, рявкаю я. Клянусь, наступит следующее столетие, прежде чем мама научится пользоваться гребаным смартфоном.

— Кто это? — спрашивает она, и в ее голосе слышится смущение, которое звучит довольно забавно.

— Мама, кому ты звонишь? — ворчу я, теперь уже раздраженная и все еще пытающаяся разлепить ресницы.

— Я пытаюсь позвонить сыну! — огрызается голос. — Так кто мне отвечает, черт возьми?

Мои ресницы рвутся, когда я распахиваю глаза.

Дерьмо. Это не моя мать.

Я отнимаю телефон от уха и в ужасе смотрю на него.

Не мой телефон.

Я оглядываюсь.

Не моя постель.

Я смотрю на пустое место рядом с собой и слышу негромкий звук душа из ванной.

Не мой дом!

— Э-м… — бормочу в трубку, потому что женщина требует знать, с кем она говорит. — Я уборщица.

— Уборщица? — огрызается она. — Лана?

— Кто такая Лана? — Я хлопаю себя по лбу, у меня мозги набекрень.

— Уборщица моего сына, — твердо заявляет женщина.

— Ах... Лана! — восклицаю я с натужным смехом, который звучит очень, очень наигранно. — Я ее замещаю.

— А где Лана?

Я сглатываю.

— На бат-мицве... дочери?

— Лана — набожная католичка.

— Ее дочь — нет, — говорю я, пытаясь соврать лучше, чтобы не пришлось объяснять, что я — любовница ее сына на одну ночь.

— Кто это, черт возьми? — нетерпеливо спрашивает она.

— Мне пора! — восклицаю я, нажимая «отбой» и бросая телефон на кровать. — Срань господня. — Я хватаюсь за волосы. Дерьмо. Я все еще голая.

Я бросаю взгляд на часы. Пять утра.

Почему мать этого мужчины звонит ему в пять утра?

Проблемы с границами.

Душ все еще шумит, поэтому я вскакиваю с кровати и мечусь по комнате, разбрасывая подушки в поисках своих вещей.

— Где, черт возьми, моя одежда? — Я не нахожу ее следов. Срываю одеяло с кровати. Ничего. — Серьезно, какого черта!

Душ выключается, и я в ужасе замираю. Прошлой ночью я позволила парню, который был мне совершенно незнаком, отшлепать меня. А теперь, в пять утра, как обезумевшая, ответила на телефонный звонок его матери.

Господи, это унизительно.

Хватаю телефон, заказываю Uber и чуть не плачу от облегчения, когда вижу, что он будет здесь через три минуты. Спасибо Господу за маленькие одолжения.

Бросив разыскивать одежду, кидаюсь к шкафу, натягиваю серые спортивные штаны, восемь раз обматывая их вокруг талии, и накрахмаленную белую рубашку. Если этот мудак забрал мою одежду, то будет справедливо украсть его. Хватаю свою обувь и крадусь в гостиную.

Как только подхожу к входной двери, телефон подает сигнал, уведомляя о том, что Uber уже здесь. Я тихонько открываю дверь, выхожу на цыпочках и оглядываюсь на дом. Слава Богу, я закончила диссертацию. Столкнуться с этим горячим мудаком в кафетерии после только что проведенной ночи, было бы более неловко, чем если бы он был моим лечащим врачом.