Эмери Роуз – Когда упадут звёзды (страница 84)
– На озере есть маленькие столики для пикника, – предложила я.
– Там слишком много людей.
– Как насчет национального парка? Того, что возле карьера? Можно поехать и к реке…
– Везде слишком много народу, – сказал он, отметая все мои предложения. – Не волнуйся, – он сжал мое бедро рукой, – теперь я придумал, куда поехать.
Через пять минут он свернул с трассы и поехал по местной дороге.
– Нужно подобрать такое красивое место, чтобы вокруг было побольше деревьев и мы могли удобно посидеть в тени, – сказала я, все еще не до конца уверенная в том, что Джуд и сам знает, куда мы едем.
Он никак не отреагировал на мою небольшую просьбу. Мы оказались у черта на куличках, да и пикник устраивать здесь было негде. Но эту дорогу я знаю. Это была та же самая дорога, по которой мы вместе катались уже, наверное, тысячу лет назад, после того как Броуди помирил нас за вкусным тако.
Это было одно из моих любимых мест во всех окрестностях Хилл-Кантри. Извилистые дороги, неровные холмы, зеленые долины и известняковые скалы. А еще сегодня ярко светит солнце и небо окрасилось в красивый ярко-голубой цвет.
– Мы уже скоро приедем? – подал голос Ноа с заднего сиденья.
– Мы почти на месте, – ответил ему Джуд.
Я искоса глянула на него:
– Ты вообще хоть знаешь, куда едешь?
– Просто получай удовольствие от этой поездки.
Он сказал это, и мы сразу же повернули немного направо, на узкую дорогу из гравия, обрамленную зелеными деревьями. Моя уверенность в том, что Джуд заблудился, укрепилась. Мы проехали немного вверх по холму, на вершине которого стоял большой фермерский дом из камня и дерева с круговой верандой.
– Это ведь частная собственность, – сказала я. – Поворачивай обратно.
Вместо этого он остановил свой пикап рядом с домом и сразу же заглушил двигатель.
– По-моему, это неплохое место для нашего пикника.
– Ты с ума сошел?
Он заулыбался:
– Сошел с ума от любви к Лиле Тернер.
Я закатила глаза:
– Джуд, не глупи. Поехали обратно.
– Как тебе этот дом?
– Очень красивый. Мне он нравится. – Это была правда. Но зачем ему мое мнение об этом доме? Я сильно проголодалась, и мои мысли то и дело возвращались к фаршированным яйцам и сэндвичам из багета, которые я приготовила для пикника. Мне срочно нужно поесть. – А теперь поехали!
Он вылез из пикапа, обошел его, открыл пассажирскую дверь и протянул мне руку.
– Джуд! Что ты сейчас творишь? Я хочу есть, сейчас не время для твоих дурацких игр…
Я замолчала, заметив его хитрую улыбку. Я крутанула головой, посмотрев на него, а затем на этот дом, стоящий прямо перед нами. Кусочки пазла начали складываться в единое целое. Не может быть… Он же такой красивый!
– Это… Что ты сделал?
Он помог мне вылезти из автомобиля, отстегнул Ноа от его сиденья и подбросил высоко в воздух, прежде чем поставить обратно на землю.
– Помнишь, о чем мы с тобой говорили раньше? – спросил Джуд у Ноа, присев перед ним на корточки.
Ноа кивнул:
– Помню.
Сын посмотрел на меня с озорной улыбкой на лице.
– Ты ведь меня и правда поддержишь? – спросил его Джуд.
Ноа с энтузиазмом закивал головой и спросил картинным шепотом:
– Уже можно отдавать мамочке красивое кольцо?
Джуд покачал головой и принялся тереть свое лицо руками, а затем разразился смехом. Я ошарашенно застыла. О господи… Неужели он…
Прежде чем я успела даже подумать об этом, Джуд опустился передо мной на колено. Дорога вся была из мелкой гальки, а он в шортах. Он точно поцарапает себе всю коленку. Не знаю, почему в первую очередь сейчас я подумала именно об этом. Ноа осторожно похлопал Джуда по плечу, будто желая подбодрить его и сказать, что все будет хорошо.
Джуд взял меня за руку.
– В первый раз у меня ничего не получилось, но я искренне обещаю, что никогда тебя больше не брошу. Я буду всегда рядом с тобой и в горе, и в радости. Ради тебя я бы снова прошел сквозь огонь и воду. Я готов забрать себе все твои невзгоды. Любить тебя до самой твоей смерти. И даже когда меня уже не станет, моя душа будет тоже любить тебя и обязательно найдет тебя в следующей жизни. Потому что ты даришь мне любовь и жизнь. Я живу и дышу одной тобой. Я сильно люблю тебя уже так давно. Ради тебя я готов сделать все что угодно и ради Ноа тоже. Я люблю тебя, люблю тебя одну. – Он поднял свое красивое лицо и посмотрел прямо на меня, а я почти не видела его из-за слез, застилавших мои глаза. – Ты выйдешь за меня, Лила?
По моему лицу вдруг градом покатились слезы, и я смогла лишь кивнуть ему в ответ.
Джуд легонько пихнул Ноа прямо в бок:
– Эй! Пора уже отдавать кольцо!
При виде этой комедии мои слезы переросли в смех.
– А, да! Оно ведь у меня.
Ноа залез в карман своих шорт, и я подумала, что это было очень смело, но в то же время очень глупо – доверять четырехлетнему ребенку обручальное кольцо. Ноа вывернул свой карман наизнанку, и я увидела там кольцо, приклеенное ко дну кармана скотчем.
Джуд содрал с него скотч: оказалось, что кольцо под ним к тому же было обернуто в пищевую пленку.
– Ну прямо военная операция какая-то, – со смехом сказала я.
Джуд торжественно поднял руку с кольцом в воздух и надел его мне на безымянный палец, а после смахнул с брови несуществующий пот. Или существующий – да, похоже, Джуд сейчас вспотел по-настоящему. И он все еще стоял, опустившись на одно колено, на галечной дороге возле дома, который он для нас купил.
Вот он, настоящий дом моей мечты, потому что я наконец-то рядом с Джудом, а Джуд – это и есть мой дом.
Моя любовь. Моя родственная душа. Моя счастливая звезда. Мое все.
Ноа носился по большим комнатам, пока Джуд показывал мне дом, попутно спокойно рассуждая о том, какие можно внести изменения и что можно еще достроить. Но, на мой взгляд, этот дом был и так идеален – так я и сказала Джуду, пока мы с ним стояли у высоких окон в гостиной со сводчатым потолком и любовались роскошным участком в пять акров земли, прилегающим прямо к дому.
– Спасибо тебе. – Я развернулась в его руках и обхватила его лицо ладонями.
– За что?
– За то, что вернул звезды на небо.
– Это еще цветочки, детка. Подожди, я положу к твоим ногам целую Вселенную.
Эпилог
Флористка несет букет полевых цветов, собранный мной и Ноа сегодня утром. Мы собрали их вместе на лугу и перевязали ленточкой. Но мое внимание приковано не к цветам, а к прекрасному лицу моей любимой невесты, идущей мне навстречу по дорожке, осыпанной белыми лепестками роз. Играет A Thousand Years группы The Piano Guys, на просторном голубом апрельском небе сейчас ни облачка.
Она вся светится изнутри. Это можно было описать только так. В ее глаза вернулся свет, и мне очень нравится думать, что это я его зажег. Или, по крайней мере, частично повлиял на то, что она стала такой яркой и сияющей. От нее у меня всегда перехватывает дыхание.
Зеленые глаза цвета луговой травы искрятся от радости. Уголки ее пухлых губ слегка приподняты в милой улыбке, темные волосы волнами падают на плечи и спину. Когда у меня наконец получается оторвать свой взгляд от ее лица, я смотрю немного ниже, на золотистую кожу ее плеч и обманчиво простое платье со сборкой на груди, ниспадающее водопадом прямо к ее ногам. Крохотные золотистые блестки красиво переливаются на кремовой ткани под солнечными лучами. Она сейчас похожа на греческую богиню. Она похожа на мою сбывшуюся давнюю мечту.
Я так долго ждал этого дня. Наконец-то он настал, и я не хочу больше ждать ни единой минуты.