Эмери Роуз – Когда упадут звёзды (страница 53)

Я включила правый поворотник, подождала, пока передо мной проедет машина, и завернула на парковку уютного детского сада «Заря».

– Ты из-за него до сих пор ни с кем не встречаешься?

– Броуди здесь ни при чем.

Сегодня я приехала очень рано, так что я припарковалась в дальнем углу разметки в тени раскидистого дуба и заглушила громкий двигатель, но отключаться от разговора с Софи пока не стала.

– Вот и хорошо. К тому же сам он теперь ни одной юбки не пропускает. Так что если бы он даже и пытался помешать тебе встречаться с другими парнями, то я бы на твоем месте была просто вне себя от дикой ярости.

Моя подруга всегда действует из лучших побуждений, но эту тему мы уже затрагиваем далеко не в первый раз. Софи теперь отвечает за рекламу и планирование мероприятий на своем семейном винограднике «Сэдлерс-Крик», и мы часто с ней сотрудничаем. Но, к сожалению, ей слишком уж нравится постоянно заниматься сводничеством.

Благодаря большим усилиям Софи, в течение нескольких лет я побывала на куче посредственных свиданий. В конце концов для себя я решила, что все, с меня хватит.

Я открыла окно машины, чтобы подышать свежим воздухом, и откинулась на мягкое сиденье.

– Пошли куда-нибудь на выходных. Найдем горячего парня.

– Ты помолвлена!

– Не мне, а тебе. Ты ведь молода, красива, тебе незачем оставаться долго одной.

– Мне нравится быть одной.

– Ну да, здорово быть всегда одной, если при этом ты регулярно занимаешься сексом. Но это явно не твоя история.

– Я же не рассказываю тебе обо всех подробностях своей личной жизни. Откуда тебе знать, регулярно я занимаюсь сексом или нет?

Она громко рассмеялась, будто в жизни не слыхала до этого ничего смешнее. Я закатила глаза:

– Ничего смешного.

Ее смех затих.

– Пора бы тебе его отпустить, – с искренним беспокойством в голосе сказала она.

Конечно же, я прекрасно понимала, о ком сейчас идет речь. Смешнее всего было то, что Софи никогда не знала его по-настоящему. Тот парень, с которым она была тогда знакома, не был тем настоящим Джудом, которого я когда-то полюбила.

– Я уже отпустила его. Я отпустила свое прошлое.

Я живу теперь дальше. Но он всегда где-то находится на периферии моего сознания. В моем сердце. В моей голове. Во всех моих самых счастливых и некоторых самых ужасных воспоминаниях. Это из-за него я все еще одна. Больше чем на два или три свидания меня теперь не хватает.

– Ну конечно, отпустила. Когда ты в последний раз хоть с кем-то спала?

Я тут же отключила свою громкую связь и поднесла телефон к уху. Да, разговаривать с Софи по громкой связи в общественном месте было определенно не лучшей моей идеей.

– Ты что, опять выпиваешь с самого утра?

– А ты как думала? Я же живу на виноградной плантации.

Слева от меня послышался тихий смешок, и я повернула голову. К моей машине быстрым шагом направлялся Броуди. Он был в рваных джинсах, серой футболке и покрытых толстым слоем грязи ботинках. Броуди нагнулся и заглянул в мое открытое окно, и наши с ним лица оказались на одном уровне. В его карих озорных глазах цвета виски плескалось неприкрытое веселье.

– Привет, конфетка.

Он одарил меня своей фирменной обаятельной улыбкой, от которой у всех девушек в ближайшей округе подкашивались коленки. К сожалению, у меня уже был иммунитет к волшебным чарам моего лучшего друга.

– Не называй меня так! – громко засмеялась я, неодобрительно качая головой в ответ на его дурацкое прозвище. – Софи, мне уже нужно идти.

– Ладно. Но ты пойдешь на это свидание, и никаких отмазок. Пока! – довольно пропела она мне.

Я положила трубку и бросила свой телефон в сумку, начав мысленно прикидывать, как бы правильно отмазаться от этого свидания.

– Она права. Тебе бы закрутить с кем-нибудь легкий роман.

– Подслушивать вообще-то нехорошо.

Я вышла из машины, взяла с пассажирского сиденья маленькую сумку и поправила подол платья в синий цветочек.

– А тебе не стоит и дальше включать громкую связь на всю парковку, когда ты разговариваешь со своими странными подругами, – возразил он.

С этим точно не поспоришь. Моим подругам порой часто не хватает такта, так что надо быть более бдительной и внимательной.

Мы вместе пошли по парковке, которая уже начала заполняться приезжавшими машинами в преддверии конца учебного дня. Броуди запустил большую руку в свои косматые русые волосы и немного покрутил плечом.

– У тебя опять проблемы с твоим плечом?

– Нет. Все в полном ажуре.

Едва ли. Броуди скорее умрет, чем признается мне, что плечо болит. За годы своих выступлений он переломал огромное количество костей, ему много раз накладывали швы. Я уже со счету сбилась, пересчитывая все его старые травмы. Он профессионально занимается ездой на диких лошадях и является уже двукратным чемпионом мира. Еще Броуди разводит и дрессирует горячих скакунов, а также спасает диких лошадей.

– Почему ты вообще пришел? – Сегодня же моя очередь забирать Ноа, но Броуди вечно все делает не по правилам и не по расписанию.

– Купил себе несколько новых лошадок. Думал, может, Ноа захочет прийти и посмотреть на них.

Не успела я ответить ему, как мимо нас, вздернув высоко нос, пронеслась Кэрри Данлоп.

– Надеюсь, вы научили своего сына правильным и хорошим манерам, – бросила она.

– У нашего сына прекрасные манеры, – сказал ей грубо Броуди, когда мы подошли ко входу. – Это вашему мальчику нужно…

Я ткнула легонько Броуди локтем в ребра, чтобы он замолчал. Не стоит лишний раз ее провоцировать. На прошлой неделе Ноа подрался с сыном этой неуравновешенной Кэрри. Наш Ноа с его милой улыбкой всем кажется таким ангелочком, но многие даже не подозревают о том, что за ней кроется огненный и дикий темперамент. Что есть, того не отнять… Втайне я всегда горжусь своим сыном. Сын Кэрри – настоящий задира, он обижает девочек. А Ноа бесстрашно защитил Хейли, девочку, которую, как мне поведал мой сын, он очень любит и на которой женится, когда только вырастет.

Разве можно было его за это ругать?

– Действительно, чего еще можно было от него ожидать? Дети обычно повторяют за своими родителями.

Кэрри оглядела нас высокомерным взглядом с головы до ног. У нее на лице было написано выражение превосходства, от которого мне всегда хотелось лезть прямо на стенку, а Броуди начинал сразу же грубить:

– Теперь понятно, почему ваш сын всегда выглядит так, будто у него постоянный запор.

О черт. Кэрри разинула рот от такого возмущения. Одарив нас напоследок недобрым взглядом, эта женщина в красивом спортивном костюме от «Лулулемон» важной походкой направилась от нас прочь, прижимая к себе свою брендовую сумку.

К завтрашнему дню все остальные мамы будут в курсе этих событий, если, конечно, они еще не успели прямо сейчас подслушать наш разговор. В фойе сада на нас было направлено сразу несколько пар любопытных и внимательных глаз. Я отвела Броуди немного в сторонку, чтобы не мешать пройти другим родителям.

– Прекращай молоть своим языком, не думая, – сказала ему я. – Нам ведь уже не по тринадцать лет.

В ответ он лишь пожал плечами. Мои слова в одно ухо ему влетали, из другого вылетали. Попытки хоть немного изменить Броуди не приводили ни к чему, кроме лишней траты моей внутренней энергии.

– Взгляни-ка!

Он показал своим пальцем на один из милых рисунков восковыми мелками, висящих на стене возле учебного класса. Надпись на нем гласила: «Ноа, 4 года».

Его воспитательница подписала нас на его рисунке: мамочка, папочка, бабушка, дедушка, дядя Джесси, дядя Гидеон. МОЯ СЕМЬЯ. В верхней части этого листа были нарисованы два квадрата с треугольниками сверху, и оба были подписаны как «ДОМ».

Одного члена семьи на рисунке, конечно, не хватало, но я ничего не сказала. Ноа ведь никогда не встречался с Джудом. Откуда ему взяться на этом рисунке?

Я внимательно изучила шедевр своего сына.

– Почему ты такой высокий? – возмутилась я, глядя на Броуди. – А я всего лишь одного роста с Ноа…

– По-моему, все верно.

Я громко расхохоталась и шлепнула его по руке. Он потер ее, как будто я и в самом деле причинила ему боль.

– Понятно теперь, от кого у него эта тяга к частым дракам.

Я закатила глаза:

– Естественно, это от тебя.